а потому со сторицей возместит расходы. Деньгами или патентом на торговлю.

– Нет, идите без меня. Только, пожалуйста, без кулачных боев. Не уроните честь нашего флота, – Лард задул свечу, оставив мерцать лишь ту, что стояла у кровати.

– Как же можно, капитан? Мы и честь неразделимы, – боцман вновь пощупал увесистый кошель. Поняв, что король предпочел здоровый сон веселью, моряк ретировался и вскоре присоединился к ждущей его команде.

Потянувшись, Лард вышел на веранду. Густо пахло цветами. Сорвав розу, чьи гибкие стебли оплели решетку, король покрутил ее. Она, расправив лепестки, весьма сильно походила на танцующую в пышном платье даму. Со стороны дворца неслась музыка, но не она привлекла внимание короля, а неясный разговор на соседней веранде. Перегнувшись через перила, Лард увидел двух офицеров, что носили такие же маски, как у него. По негласному правилу двойники покидали свои комнаты только тогда, когда выходил король. Сегодня бедняг ждало не веселье, а унылый вечер в покоях.

– Собирайтесь. Мы идем на Карнавал Цветов.

В шкафах всех трех «близнецов» висели одинаковые одежды, поэтому из гостевого дома вывалились три совершенно одинаковые горошины.

– Что, и танцевать будем? – глаза под маской блестели.

– Нет, – королю не хотелось отказывать, но зачем смущать дебютанток и их матерей, ведь именно на таких балах закладываются будущие родственные связи. Совсем ни к чему забивать головы милым девушкам таинственными масками, пусть лучше будущие невесты развлекаются с итарцами, которые готовы составить выгодную партию. – Понаблюдаем сверху.

Книга «История в картинках» наглядно продемонстрировала внутреннее убранство королевского дворца, поэтому Лард знал, как пройти в бальную залу, не оказавшись у всех на виду.

***

Молодой король наблюдал за праздником со второго яруса, окружавшего роскошное помещение по периметру. Рядом гремел оркестр. Кому из гостей пришло бы в голову глазеть на музыкантов? А потому люди в масках и неярких одеждах были надежно скрыты от любопытных взоров.

Когда в зале появилась принцесса, а это была она, золотой венец не дал бы возможности усомниться, Лард замер. Сколько красивых женщин он видел, но ни одна из них не шла в сравнение с Виолой! Нежность бутона белой розы выглядела грубой рядом с ней.

Сердце заныло, захотелось прикоснуться к этому чуду. Король даже встал, собираясь двинуться в сторону лестницы: принцесса, стоящая рядом с троном и взирающая на родителей, танцем открывающих бал, казалась такой одинокой.

Рука Ларда легла на перила балкона, и тут же рядом легли две затянутые в перчатки ладони его «близнецов» – сверкнули одинаковые кольца, браслеты в унисон звякнули о металлический узор ограды.

Впервые он пожалел, что не может снять маску и, не оглядываясь на охрану, пригласить ту, что возмутила его душевное спокойствие. Кружить в танце на потеху всему свету вчетвером?

– Мы уходим? – офицеры переглянулись между собой.

– Нет, еще немного, – Лард не мог говорить. Спазм жесткой рукой схватил за горло.

Король отвлекся лишь на мгновение, а возле Виолы уже вился морской офицер. Франт в белом кителе вел себя уверенно, не отпускал девушку ни на шаг. Наклонился за уроненным платком, но не отдал его, а протянул свой. Лард прекрасно видел принцессу: ее растерянность, потом смущение, но лицо соперника разглядеть никак не удавалось. А когда тот повел ее танцевать, и Виола засветилась от счастья, король коротко кинул своим телохранителям:

– Уходим.

***

Утром доложили, что прибыл фрегат «Роза Ветров». Лард даже обрадовался. Быть гостями на торговом судне, останавливающемся чуть ли не в каждом порту, или плыть на военном корабле – над выбором король даже не думал.

Эйгоний пришел попрощаться лично. Потирал в воодушевлении руки.

– Не скрою, вы мой ангел–хранитель, – король Итары занял кресло у камина – его попросил ночью разжечь Лард. Никогда не боящийся стужи, он вдруг начал мерзнуть летом. – Стоило вам появиться на пороге, как Итару накрыла крылом птица счастья Фаусс.

Птица, приносящая богатство и благоденствие, была одним из любимых символов итарцев. Ее изображения можно было видеть на барельефах богатых зданий и намалеванными яркими красками на вывесках в трактирах.

Лард, садясь напротив, в изумлении поднял брови.

– Не смейтесь, – король широко улыбался, – сначала известие о залежах Пира на никчемном острове, потом предложение помощи и дружбы от Тарквидо, а теперь… – Эйгоний сделал многозначительную паузу, – … Теодор Фарикийский предложил моей дочери руку и сердце!

– И Виола ответила согласием?

Если бы Эйгоний не был настолько погружен в счастливые события, ждущие его страну, то заметил бы, как побелели пальцы Ларда, сжимающие подлокотник.

– Еще вчера по лицу моей девочки я понял, как она влюблена в Теодора. И знаете, сразу вспомнился весьма забавный случай: Виола лежала в колыбели, когда Вильхельм, отец Теодора, пошутил, что его сын прекрасная партия для нашей малышки. Мечты сбываются. Поэтому я, не задумываясь, ответил согласием. Остались бы на официальную помолвку, а?

Озноб ледяной рукой прошелся по спине Ларда. Все кончено, не успев начаться. Напрасно король Тарквидо ночью думал, что время есть: Виола слишком юна, чтобы вступать за нее в бой. А оказалось, что уже опоздал.

– Что с вами?  – улыбка с лица Эйгония сползла. Не понимая, что происходит, король позвал срывающимся голосом: – Эй, люди!

В комнату влетели офицеры в масках.

– Что с ним? – король Итары поднялся из кресла и с беспокойством взглянул на опустившего голову союзника.

– У капитана сильный жар.

– Так вызовите лекаря! – Эйгоний решительно направился к двери, и был крайне удивлен, когда тарквидцы вместо того, чтобы уложить своего короля на кровать, потащили его к выходу.

– Простите, Ваше Величество, – на пороге появился боцман, – мы капитана своему лекарю покажем. На «Розе ветров». Там и условия есть. Салон адмиральский и каюта, где наш король может снять маску. А тут нам этого делать никак нельзя. Уж простите великодушно.

– А какой он, ваш король? – Эйгоний сделал шаг навстречу. Говорил он тихо, вкрадчиво. – Вам когда–нибудь доводилось видеть его лицо?

– Никак нет, – покачал головой боцман и, отсалютовав монарху Итары, кинулся к выходу, где его ждала вторая повозка. Первую, с королем, упряжь коней уносила со двора во весь опор.

***

Никогда Лард не знал, что можно заболеть любовью. Он не был монахом. В его постели побывали красивейшие женщины, но никогда желание обладать не довлело над его разумом, сжигая напрочь иные чувства.

– Боги! Я видел ее лишь раз и то со стороны! – он срывал со лба мокрое полотенце и отшвыривал от себя склянки с лекарствами. Он не понимал, как он, разумный человек, король целого государства, может влюбиться в маленькую девочку, с которой не перекинулся и словом! – Это просто магия!

Обладатель