студентам лень уходить. Но сегодня в воздухе появилось дополнительное волнение. Первая неделя в школе завершена, и никто не слышал о вызове. Предвкушение — это тяжкое бремя, и студенты переговариваются приглушенным шепотом, открывая свои шкафчики только для того, чтобы скрыть свое разочарование, когда не находят толстый пергаментный лист, сложенный в маленький квадрат поверх своих книг.

Я провожу часть вечера возле гробницы, делая наброски. Здесь тихо, и я могу расслабиться, не нуждаясь в музыке в ушах, чтобы заглушить окружающий меня шум. Келлан придет и заберет меня в какой-то момент. Он гораздо более общительный, чем я, и ему нравится быть среди других людей, даже когда они его нервируют. Возможно, это часть привлекательности. Я никогда не спрашивал его об этом.

— Илай?

Как раз вовремя, Келлан проскальзывает в дверь и проходит туда, где я сижу, скрестив ноги, спиной прислонившись к гробу с лордом Чёрчиллем Брэдли.

Я смотрю на него.

— Знаешь, за все годы, что мы сюда приходим, мы ни разу не открыли гроб и не поздоровались с его обитателем.

Его взгляд переходит на гроб, потом снова на меня.

— Хочешь открыть?

— Хочу. Мы вдвоем должны справиться с этой задачей.

— Зачем?

Я пожимаю одним плечом.

— Мне любопытно, действительно ли он внутри, или это просто очень причудливый памятник, — поднимаюсь на ноги и поворачиваюсь по кругу, чтобы изучить всю гробницу. — Как ты думаешь, гробница звукоизолирована?

Мой взгляд возвращается к гробу, и мы смотрим на него.

— Можем ли мы просто открыть его? — Келлан нарушает молчание.

— Думаю, да. Возможно, нам придется скинуть крышку гробницы. Сомневаюсь, что ее двигали с тех пор, как его похоронили.

— Нам понадобятся инструменты.

— Мы можем найти их в кладовой, — улыбка поднимает мои губы. — Однако нам нужно будет убрать беспорядок. Я не хочу, чтобы моя игрушка навредила себе, если решу привести ее сюда.

— Кстати об этом, — он поворачивается ко мне лицом, — думаю, что она получила вызов. Я стоял возле шкафчиков, когда она открыла свой. Что-то внутри испугало ее. Я не видел, что именно, но она определенно что-то достала и сжала в ладони.

Удовлетворение пронеслось сквозь меня. Ожидание, наконец, закончилось. Пора начинать.

— Она кому-нибудь рассказала? — закрываю блокнот и возвращаю его в сумку.

— Я не видел, чтобы она с кем-то разговаривала. Она выскочила из здания, будто ее задница была в огне, — он достает из сумки напиток и протягивает мне. — Ты серьезно насчет гроба? — дергает он подбородком в сторону белого мрамора за моей спиной.

— Я хочу заглянуть внутрь. Разве тебе не интересно узнать, есть ли доля правды в слухах, что его похоронили вместе с женой и домашними животными?

Его голова наклоняется, когда он смотрит на гроб.

— Я не уверен, что какие-то вещи поместятся внутри. В любом случае, история гласит, что он бродит по городу в поисках своей жены, так что сомневаюсь, что она была похоронена вместе с ним.

Я ухмыляюсь.

— Может быть, он был похоронен вместе с ней… заживо.

Мы обмениваемся взглядами, затем смеемся. Никто из нас не верит в призраков или в какие-либо истории о том месте, где обитают призраки.

— Как ты думаешь, они позволят нам устроить вечеринку в честь Хэллоуина в этом году?

Мое хорошее настроение угасает. Последний Хэллоуин закончился смертью девушки, которую я считал таким же близким другом, как и Келлана.

— Позволят. Я думаю, они захотят устроить вечеринку, чтобы стереть память о том, что произошло в прошлом году, — тщательно контролирую свой голос, чтобы никакой внутренней ярости из-за смерти Зои не было слышно, но Келлан знает.

Это можно увидеть в его глазах. Он знает, потому что чувствует то же самое.

— Может, тебе стоит оставить Арабеллу в покое и сосредоточиться на…

— Я могу делать и то, и другое, — осушаю банку и раздавливаю ее кулаком. — Давай выбираться отсюда.

Глава 11

Арабелла

Дотянувшись до телефона на тумбочке, я провожу большим пальцем по поверхности, оживляя экран. Я смотрю на время. Два часа ночи.

Лист бумаги с написанным на нем вызовом лежит у меня под подушкой, и я не могу перестать думать об этом. Никто не знает, что я получила его. Было что-то немного захватывающее в том, чтобы держать его при себе. Только я и тот, кто положил его в мой шкафчик, знаем, что он у меня есть, и я не смогла выяснить, кто это.

Лейси тихо похрапывает в другой части комнаты в своей постели, и никому из нас не надо рано вставать, так как сегодня субботнее утро.

Все еще сжимая телефон, я откидываю одеяло и сползаю с матраса, торопясь в сторону ванной. Я закрываю за собой дверь, включаю свет и иду к раковине. Я изучаю свое отражение в зеркале. Между моими бровями появляются морщинки от беспокойства, а глаза затуманены неуверенностью.

Осмелюсь ли я выполнить вызов? Это просто глупая шутка, вот и все. Сколько людей действительно проходят через это?

Это просто безобидное развлечение. И никто не узнает, что это я.

Закусив губу, я сильно зажимаю мягкую кожу между зубами, пока не становится больно.

Что, если меня поймают? Что, если что-то пойдет не так?

Никто не пострадает. Коварный голосок продолжает говорить эту фразу в моей голове. Может быть, придет в бешенство, но и только. И меня не поймают, если я буду осторожна.

Я смотрю на свое отражение в зеркале. В моих глазах мелькает безрассудство, которого не было раньше.

Я всегда была хорошей девочкой. Отличницей, усердно учащейся и никогда не выходившей за рамки. Я никогда не нарушала правила и не пропускала комендантского часа.

Кому я пытаюсь угодить? Почему я веду себя так идеально? Что мне это дает?

«Выполни вызов», — шепчет мне маленькая искорка тьмы.

Что мне терять? Елена только и ждет от меня неудач, что бы я ни делала. Илай ненавидит, хотя ничего обо мне не знает. Эллиот засунул меня сюда только потому, что этого хочет моя мать.

Давление нарастает в моей голове, и я закрываю глаза, ненавидя внутренний голос и эту правду. Во мне открылся клапан, и плохие вещи выплеснулись наружу.

Почему я придаю этому такое большое значение? Это всего лишь замороженный горох.

Хватаюсь за раковину и прерывисто выдыхаю. Неуверенность растворяется в решимости и принятии.

Я возвращаюсь в спальню и использую свет от экрана телефона, чтобы схватить свою форму для бега и натянуть ее. На цыпочках подхожу к двери и выбираюсь наружу, неся свои кроссовки в руке. Как