бала. Для вас имеется место в первом ряду, — дракон указал на место прямо напротив трибуны.

Оно всегда пустовало, потому что сидеть под носом у магистров не любили даже те, кто постоянно получал стипендии. Но выбора не было.

Под сопровождение улыбок и тихого шёпота Маэль я спустилась и села напротив трибуны.

Каждая ступенька позволяла лучше рассмотреть, как эта крыса жмётся к дракону, как поглаживает его по плечу. Даже если не знать, что она его любовница, достаточно нескольких минут, чтобы понять — отношения господина ректора и помощницы старого Виндома давно вышли за рамки рабочих.

— Ненавижу тебя, гад хвостатый, — прошептала, медленно опускаясь на стул и пристально смотря прямо в зелёные глаза Дерека.

Лишь на мгновение в них вспыхнула магия, а по лицу промелькнула волна голубой чешуи. Если он и не услышал мои слова, то прочёл всё по лицу. Но уже в следующую секунду лицо ректора украсила маска безразличия.

Остальную часть дня я провела как в тумане.

Сначала — наставления господина ректора и магистров. Всем адептам перед балом выдавали инструкции: как себя вести, какие правила соблюдать и чем грозит их нарушение.

Меня их наставления мало волновали, а потому, пока все охали и ахали от описаний того, что делать можно или нельзя, я рисовала руны. Обычные защитные руны. Это было полезнее, чем слушать про бал, на который я идти не собиралась.

После этого были скучные лекции про оборотней, а вечером — совсем унылый поход в библиотеку. Всё казалось однообразным, пока не наступила ночь.

Рисовать руну и вовремя поставить её на дверь оказалось разными вещами.

Возвращаясь в свою комнату, я сразу заметила, что что-то не так. Шушу дремала на согревающем артефакте, который я точно не активировала. А главное — в комнате оказался незваный гость.

* * *

— В третьей руне из раза в раз ты делаешь одну и ту же ошибку, Амелия. Так она не будет работать, — прозвучал тихий низкий голос.

На кровати лежал листок, исписанный защитными рунами, а рядом с ним сидел наглый дракон. Судя по ровному почерку, господин ректор лично принёс мне правильные руны.

Правда, сделал это весьма своеобразно и совершенно не вовремя. Впрочем, как всегда.

Не знаю, какой реакции он ждал на свои слова или на предлог, под которым вломился в комнату. Я же сделала вид, что ничего необычного не происходит, и это вполне нормально — заставать в своей спальне наглого подлого ящера.

Молча взяла у дракона листок, положила его на стол, проверила артефакт Шушу и принялась снимать пальто.

— Тебе не понравилось платье? — задал Дерек другой вопрос.

Похоже, он ожидал более бурную реакцию, а, может, решил, что задобрил меня украшениями. Наивный хвостатый предатель.

— Мне не нравится, когда кто-то входит в комнату без стука и приглашения, господин ректор. А ваше платье будет полезным, если я смогу его продать, — всё так же спокойно ответила, вынула заколку и, не без удовольствия, потерла голову.

Ежедневно носить тугую прическу было тем ещё испытанием. Но если я не желала остаться без волос, другого выбора не было.

— Амелия, я думал, Дарий всё тебе объяснил, — едва слышно произнёс Дерек, незаметно оказавшись за моей спиной.

Дракон смотрел, как я распускаю волосы, и, судя по отражению в зеркале, почти не дышал.

Неужели, заметив интерес других магов, дракон вспомнил, что у него есть жена?

Решил напомнить мне об уговоре?

Отвлекся от важных дел с любовницей, чтобы предостеречь от потери невинности с другим?

— Ты о том, что мне угрожали ссылкой на север, браком с магом, который сводит жен со свету? Или о том, что лишили золота и поддержки? — посмотрев в отражение дракона, я заметила, как вспыхнули его глаза, и улыбнулась. — Не волнуйтесь, господин занятый любовницей ректор. Никаких сцен, скандалов и глупостей. Ты доволен, или что-то ещё? — так же невозмутимо сказала, положила щетку и медленно развернулась.

По какой-то причине моя холодность злила ящера больше, чем крики и истерики.

Мы словно поменялись местами. Я стала излишне спокойной, а дракон — слишком нервным.

Вот и сейчас, не получив хамства и криков в ответ на свою выходку, он снова был зол. В глазах Дерека пылала магия, дыхание участилось, а кулаки были сжаты. Непонятно, что хочет от меня этот странный дракон, но смотрел он так, будто готов был сожрать.

По коже пробежал холодок, и я отступила в сторону. Казалось бы, после того как поставила его на колени, я не должна бояться, но инстинктивно захотелось отойти подальше.

— Ты боишься меня, Амелия? — рычащим голосом спросил Дерек, делая шаг следом.

Это было странно, но моё безразличие будто распаляло его инстинкты. Обычно так зверь смотрит на свою добычу.

— Не очень. Моя магия, помнишь? А ещё ты клялся не трогать меня, пока я не позволю, — уверенно соврала я, не забыв напомнить Дереку данную у алтаря клятву.

Ту единственную, которую я позволила произнести.

В ответ дракон лишь хищно улыбнулся.

— Ты могла получить более конкретное обещание, жена, но сама от него отказалась, — оскалившись, прорычал он.

Моя спина уперлась в холодный камень, и по обе стороны от головы на стену легли мужские руки. Как и в тот первый день в кабинете ректора, Дерек подался вперёд, и прежде чем я успела выскользнуть из его ловушки, едва ощутимо коснулся меня губами.

От почти невинного прикосновения магия браслета молнией прошибла тело, а с губ сорвался тихий стон. Раньше такого не случалось. Браслет подчинял моё тело, туманя разум и подавляя даже мысли о сопротивлении.

Руки сами обвились вокруг шеи дракона, и в следующее мгновение я очнулась уже без платья и на кровати. Сознание прояснялось редкими вспышками.

Я стонала, выгибалась под горячими руками и блуждающими по телу губами, и лишь ощутив на себе вес чужого тела, ошарашенно распахнула глаза, встретив такой же затуманенный взгляд зеленоглазого дракона.

— Становится только хуже, Амелия. Я думал, если мы будем держаться друг от друга подальше, магия ослабнет, но становится только хуже. Я буквально теряю контроль над инстинктами, — хрипло произнёс Дерек, поглаживая мое лицо.

— Но тогда ты не сможешь аннулировать обряд, — шепотом напомнила коварному ящеру о его планах.

В ответ Дерек как-то странно улыбнулся.

— Глупая, ревнивая девочка, — тихо сказал он и, опустив голову, снова начал покрывать поцелуями шею.

Губы Дерека опускались всё ниже, моё нижнее платье поднималось всё выше, а магия бурлила всё сильнее. Яркие вспышки заставляли желать поцелуев, тихо стонать и впиваться ногтями в широкую, уже обнаженную мужскую