вперед, но нога зацепилась за что-то мягкое — одно из тел. Она с размаху упала, ударившись коленом о бетон. Пистолет выскользнул из руки и отлетел в сторону. За долю секунды, пока она поднималась, силуэт исчез.

— Черт! — вырвалось у нее, когда она нащупала пистолет.

Она вскинула оружие, включила фонарь. Луч выхватил из тьмы неподвижные тела. Никого. Тогда она выключила свет и замерла, вглядываясь в темноту. Тишина.

Сделала несколько шагов — и снова тот же лязг. Цепь. Нева резко включила и направила фонарик вниз. И замерла. Цепь не просто лежала — ее край был зажат в руке мертвеца. Грудная клетка "трупа" слабо, но заметно поднималась.

— Вставай, — тихо сказала Нева, направляя на него ствол.

Ответом было лишь притворное окоченение. Тогда она пнула тело ногой. Из-под груды тел раздался пронзительный, детский крик. "Труп" дернулся, зашевелился, и Нева увидела испуганное лицо подростка, залитое слезами. Вся ярость разом ушла, сменившись ледяным спокойствием.

— Вставай, — приказала она, поднимая цепь.

Подросток, рыдая, поднялся, беспомощно глядя на пистолет в ее руке. Нева направила фонарик в лицо. Теперь она разглядела — это была девочка. Лет тринадцати. Голодная, грязная, испуганная, притворявшаяся мертвой среди мертвецов. Нева жестом приказала идти к госпиталю, не опуская оружия.

Когда они дошли, Нева, не выпуская цепь из одной руки и не опуская пистолет в другой, подтолкнула рыдающую девочку к двери госпиталя. Она не могла постучать — руки были заняты. Вместо этого она ударила ногой по двери — три резких, громких удара.

Из-за двери донесся приглушенный, утробный звук — не крик, а скорее стон зажатого рта. Потом — нерешительные, шаркающие шаги, и снова давящая тишина, густая, как смола.

— Открывай! Свои! — резко крикнула Нева.

Засов с грохотом отъехал, дверь рывком приоткрылась. В узкой щели показалось бледное, искаженное страхом лицо доктора Меррика. Его глаза были огромными, полными ночного ужаса. Увидев Неву, он замер на секунду, а затем облегченно выдохнул, и все его тело обвисло. Он поспешно, с дрожащими руками, распахнул дверь.

— Вы меня... черт возьми... вы меня напугали, — прошептал он прерывисто, его взгляд судорожно перебежал с лица Невы на дрожащую, испачканную грязью и чем-то темным фигурку, которую она почти что волокла за собой.

Нева грубо втолкнула девочку внутрь, в свет холла, и та тут же прижалась к стене, съежившись и закрыв лицо руками. Нева опустила пистолет и бросила цепь на пол с оглушительным лязгом. Уголок ее рта дрогнул в короткой, безрадостной усмешке.

— Вот тебе, доктор, и первый пациент, — она кивнула в сторону девочки.

Она тут же подняла рацию.

— Том, прием.

— Я уже почти у госпиталя, — тут же отозвался тот.

— Вернись и вези сюда Шарлотт., — отрезала Нева, ее голос снова стал собранным и командным. — Немедленно.

В рации на секунду воцарилось молчание, затем голос Тома прозвучал сдавленно:

— Что случилось? Ты ранена?

— У нас гости, — подтвердила Нева, глядя на испуганную девочку, которую доктор Меррик уже осторожно пытался подвести к дивану.

— Я... я не знаю, с чего начать, — тихо признался он, осматривая ее всклокоченные волосы и рваную одежду. — Она в шоке. Нужно согреть, дать воды.

— Сначала убедись, что она не опасна, — холодно напомнила ему Нева, все еще стоя у двери и прислушиваясь к звукам снаружи. — Обыщи ее. Аккуратно. Она только что притворялась мертвой среди оживших. Не доверяй никому, Стивен. Никому.

Ее слова повисли в воздухе, напоминая, что даже здесь, в относительной безопасности, расслабляться нельзя. Доктор Меррик кивнул, его лицо стало серьезным. Он снова превратился из напуганного человека в врача, готового к работе в полевых условиях.

Нева подошла к рубильнику и щелкнула одним тумблером. Где-то в глубине здания послышался слабый гул.

— Пятая палата, — показала она Меррику. — Теперь там есть свет, тепло и горячая вода.

Как будто в ответ на ее слова, снаружи донесся шум подъезжающей машины. Вскоре в дверь вошла Шарлот с запасами еды. Нева, не тратя времени на приветствия, тут же выдала команду:

— Помой ее. Накорми. Осмотри на предмет укусов. Карантин.

Подойдя к девочке, Нева спросила жестко:

— Как тебя зовут?

Та даже головы не подняла.

— Ты одна? И как ты тут оказалась? Зачем тебе цепь? — вопросы повисли в воздухе, оставшись без ответа.

— Может, она глухая? — тихо предположила Шарлот.

— Нет, — отрезала Нева. — Она все прекрасно слышит.

Она отошла на шаг и шепнула Шарлотт, не сводя глаз с согнутой спины девочки:

— Наверное, я ее напугала. Или она давно одна и разучилась говорить. В общем, на карантин. Когда выясните, что не опасна, можно будет забрать в особняк.

Шарлот мягко подошла и протянула руку:

— Пошли со мной. Я помою тебя и накормлю, — она показала на контейнеры с едой.

Девочка мельком взглянула на еду и отвернулась. Когда Шарлот попыталась взять ее за руку и приподнять, та дико вырвалась, замычала и забилась в угол дивана, словно загнанный зверек.

Шарлот беспомощно посмотрела на Неву. Та медленно подошла вплотную, и ее тень полностью накрыла девочку. Та испуганно подняла глаза. Нева спокойно отодвинула полу куртки, открыв рукоять пистолета.

— Не хочешь с доброй тетей идти? — тихо, но отчетливо произнесла Нева. — Тогда я тебя заберу с собой.

Девочка взглянула на оружие, потом — на Шарлотт. Та снова протянула руку:

— Пошли. Не бойся, я не обижу.

Девочка резко соскочила и потянулась к руке Шарлотт. Уголок губ Невы дрогнул в подобии улыбки. Сила. Вот что сейчас правит. Сила и оружие.

— Пятая палата, — бросила она Шарлотт вслед и повернулась к Меррику. — Как она помоет девчонку, осмотри ее.

Она уже направилась к выходу, когда доктор окликнул ее:

— Нева, я... я хотел...

Она обернулась:

— Что?

— Мне бы какое-нибудь оружие. А то... — он не договорил.

Она перебила, кивнув:

— Скажу Тому. Даст тебе.

И вышла на улицу, в холодные объятия ночи, оставив за спиной хрупкий островок света и одну спасенную, но пока такую же опасную, как и этот мир.

На улице, у входа в госпиталь, ее ждали Сет и Том, затянутые в куртки от пронизывающего ветра. Сет, увидев Неву, резко шагнул вперед и обхватил ее в порывистом, почти братском объятии, похлопал по спине.

— Рад тебя видеть, живущую,