мгновенно понял, что это невозможно, ведь перед нами стоял не живой человек, а лишь иллюзия. Такая же, как на верхних этажах, когда он показывал мне заснеженную пустыню.

— Он совершенно прав, — усмехнувшись, сказал я, вставая рядом с изображением. — Не стоит нас бояться. Но не потому, что мы не можем ответить на агрессию. А лишь потому, что мы не хотим ее проявлять. Мы пришли с мирными намереньями.

— Безусловно, спуститься на девятнадцать уровней вниз, вырезать несколько сотен живых существ лишь для того, чтобы добраться до одного, последнего — это мирные намерения? — со смехом возразил демон.

— Не вы ли только что говорили, что они не опасны? — пророкотала Сцилла в шесть голосов. — Если, по-вашему, те, кто убил около тысячи тварей, победил отступников-гиен и прорвался через оборону наших восставших рабов, не опасны, то что же может являться настоящей опасностью? Может, то, что они погасили наше солнце одним своим приказом?

— Это всего лишь блеф. Иллюзия, — возразил Шунюан. Я видел, что его раздражает сам факт разговора, что с ним спорят, а не беспрекословно подчиняются.

— Такая же, как твое присутствие здесь, старик? — усмехнулся я, проводя рукой сквозь изображение и стараясь еще больше вывести его из себя. — Я могу немедля прервать твое присутствие здесь. Но вместо этого хочу спросить о некоторых вещах. Уверен, хозяйкам этого дома тоже будет интересно услышать, за что ты проклял их род, не позволяя рождать детей-мальчиков?

— Лжец и манипулятор, я никого не проклинал! Это просто случайность! — возмутился демон.

— Вот как? А разве не ты их создатель? Ты ведь так им врал? — сыграв на скрытом недовольстве, близком всему народцу неко, я не стал останавливаться на достигнутом и продолжил наступление. — Может, ты еще хочешь сказать, что именно ты создал меня?

— Что за бред ты несешь? При чем тут это? Я создатель этих народов, и мне решать, как они должны развиваться! — возмущенно сказал Шунюан. — Я все рассчитал. Да, вначале им будет тяжело, но затем они найдут свое место в мире, постепенно рабовладение сменится крепостным строем, а потом и вовсе равными отношениями. Я дам им науку и искусство, помогу развить технологии…

— Какой ценой? Ты поможешь им точно так же, как помог народу ехидн, которые вымерли по твоему недосмотру? Или как гориллам, страдающим от голода? Или гиенам, каждый день борющимся за выживание? — мне пришлось приглушать голос Шунюана иллюзорными техниками, чтобы все в зале услышали мои слова. И это не укрылось от внимания демона. — Он вам врет. Использует и бросает, заставляя жить впроголодь.

— Это ты им врешь! Люди на поверхности живут не лучше! Им постоянно приходиться сражаться за еду и пресную воду, отбиваясь от толп монстров! — взревел демон. — Мои дети в безопасности, они переживут здесь вековечную Тьму и выйдут на очищенную от монстров и чудовищ землю.

— Как давно ты это им обещаешь? Десять поколений? Пятнадцать? Может, сто? И как? Улучшилась ваша жизнь за это время? А что на поверхности? Может, небеса рухнули на землю? Океан смыл всех? Да десять раз, конечно. Все в полном порядке, — усмехнулся я. — С какой стати они должны тебе верить? Тебе, даже при смертельной опасности для своего идеального народа трусливо прячущегося от моего взора. Выйди, встань рядом со мной и скажи мне все это в глаза. Или стоило Стражам перестать слушаться приказов, как ты мгновенно потерял остатки смелости? Почему они должны тебя слушаться, трус?

— Да как ты смеешь, мальчишка⁈ Я их создатель! Я! — взревел сильнее прежнего демон. И резко замолчал, заметив на моих губах победоносную улыбку. О, я ждал этих слов. Мановение руки — и рядом с одним изображением Шунюана стоит его точная копия. Даже одежда не сменилась. Вот только слова из его рта льются совсем другие.

«Это ты, ты во всем виноват! Ты создал нас. Ты хотел спасти всех! — чуть дерганно кричала иллюзия, показывая на меня пальцем. — Я заставлю тебя вспомнить!»

Изображение дернулось и, резко искривившись, попыталось сбежать, как во время схватки с Джен Ли, но теперь я замедлил его движения, чтобы каждый в подробностях мог рассмотреть бегущего.

— Вот он, истинный облик вашего господина, — усмехнулся я. — Внимательно посмотрите на страх, что горит в его глазах, выжигая душу. Он трус и подлец, стремящийся во всем обвинить других, прячущийся под личиной друга и наставника только для того, чтобы ударить в спину.

— Вот же мразь! — прошипел демон, и в его взгляде я заметил ненависть с крошечной долей восхищения. — Решил, что мой народ пойдет против меня лишь потому, что нашлось несколько недовольных? Хочешь драки? Спускайся ко мне, в храм, и я размажу тебя по стене!

Изображение мигнуло и исчезло. Вернее, так видели окружающие, мне же больших усилий стоило поместить копию иллюзии поверх настоящей, спрятанной в оке урагана. Шунюан, естественно, не собирался никуда уходить. Он кричал, ругался, взывал к голосу разума и сыпал угрозами вперемешку с невыполнимыми обещаниями. Вот только никто, кроме меня, этого не видел и не слышал. А потом и я перестал — Джи, довольно улыбаясь, выворотила из пола крошечный кристалл проектора.

— Не стоит заставлять ждать того, кто хочет покинуть этот мир от моей руки, — улыбнувшись, сказал я. — Но прежде мы собирались поговорить. Я и в самом деле не желаю вам зла. В знак доброй воли, прежде чем спускаться к демону, я отвяжу ваше солнце от моего сердца, и в случае моей гибели оно не погаснет. Однако я все равно считаю, что вы должны знать — вам здесь не место. Вы вольные существа, горделивые кошки. Вы обладаете магией и прекрасными телами. А вас заперли в клетке, хоть и большой.

— И что же ты предлагаешь, чужак? — спросила хором Сцилла.

— Полную, безграничную свободу, — улыбнувшись, ответил я. — Готовьте своих сородичей и слуг. Собирайте припасы. Всего несколько часов подъема по открытым лестницам, и перед вами откроется безграничное пространство возможностей, где вас примут с распростертыми объятьями. В сотни, в тысячи раз больше места, чем у вас здесь. Дома в десятки этажей. Поля и леса невиданных размеров. А главное — свобода. Идите куда хотите. Живите как хотите. Делайте что хотите. Разве с вас не хватит? Разве вы не