обрюзг, и лица Девы Марии и разных ангелов размазались по плечам. Мне зверски хотелось попросить его надеть рубашку, когда он заключил меня в объятия. Хорошо бы, чтоб меня что-то отделяло от его подмышек.

Трог выдавил весь воздух из моих легких и издал скрежет резко тормозящего поезда. Я подумала, что, должно быть, этот звук в его случае символизировал рыдания. Когда он отпустил хватку, вокруг меня тут же сгрудились остальные мужчины и с серьезными лицами по очереди стали жать мне руку. Некоторые из них уже подносили мне выпить свободной рукой. Бармен работал быстро. И, похоже, наливал двойные. На пустой желудок. У меня всего сорок минут обеденного перерыва. Но бесплатная выпивка есть бесплатная выпивка.

Я позвонила на работу предупредить, что не вернусь с обеда, потому что у меня умер отец. Трубку взял Эндрю.

– Подожди-ка, ты утром пришла на работу. Теперь вдруг у тебя отец умер. Это шутка такая?

– Возможно, он утром и умер. Я не знаю. Я его десять минут назад нашла, когда принесла обед.

– Что? Серьезно? У тебя перерыв всего тридцать минут, а ты в это время носишь папе обед?

– Сорок минут. Да.

– Тридцать минут. Сколько раз говорить, тридцать минут. Не удивительно, что ты вечно опаздываешь.

– Видимо, в будущем у меня не будет столь веского оправдания.

– Гадство. Придется просить Сью тебя подменить. А она еле шевелится, сонная кобыла.

– Ладно, хорошо. Спасибо за сочувствие. Думаю, ты в курсе, что на этот счет есть правила. Отпуск по семейным обстоятельствам. Название говорит само за себя. Проверю трудовой договор. Я едва успела отключить связь, прежде чем добавить: «Мудила».

Наступила гробовая тишина. Брань вполне позволительна в клубе. Но некоторые слова запрещены. Можно свободно ругаться типа «срань», «сука», «говно» и «жопа», но слова «мудак» и «б****» вне закона. Не спрашивайте, откуда берутся эти правила. Я уже говорила, что их никогда не фиксировали письменно. Я знаю это только благодаря многолетней работе за барной стойкой. А из запрета для женщин есть всего одно исключение. Им можно работать за баром – правда, нельзя заходить в бильярдную, даже чтобы собрать грязные стаканы. Однако существует еще и правило, согласно которому недопустимо остаться без посуды, если все грязное стоит в бильярдной. Никто не признает противоречивость этих двух правил. Всем плевать.

Трог положил свою огромную мясистую руку мне на плечо и сказал:

– Все нормально, братаны. Сегодня такой день. До нее пока не дошло.

Все члены клуба собрались вокруг меня, чтобы пожать руку, и Трог руководил процессом знакомства с посетителями, которые сочувственно подходили ко мне группами и угощали выпивкой. Я пила и кивала. Трог повторял каждый раз одно и то же: «До нее пока не дошло». Он как бы пытался объяснить, почему я не рыдаю. Остро я ощущала только одно – воздействие виски. Трог все говорил, каким хорошим парнем был мой отец, просто олдскул, таких сейчас не делают. А я думала: возьми себя в руки, ты такого в ближайшее время еще наслушаешься. Множество фигни от множества незнакомых людей.

Кое-что из сказанного ими я запомнила. Могу даже записать по памяти. Понятия не имею, правда ли это хотя бы наполовину. Хотя я не запомнила, кто именно говорил.

Один рассказ касался пожара в старом клубе. Все стояли перед зданием возле пожарных машин, и тут кто-то начал озираться. Дескать, где Стэн? Оказалось, что он зашел со служебного входа и выкатывал бочонки вверх по пандусу из подвала, при том, что эти бочки так-то созданы специально чтобы катиться вниз. Попробуйте поднять хоть одну, когда она полная. Вообще не весело. Их докатили за огородами всей толпой и припрятали в сарае Артура, потому что все равно они были застрахованы, так что какая разница. Этих запасов им на несколько недель хватило.

Большинство историй касались его бойцовского прошлого. Этим он зарабатывал на жизнь. Он получал деньги, участвуя в боях в барах. Иногда он тренировал бойцовского петуха или собаку. Когда подобные мероприятия стали нелегальными, он продолжал заниматься ими подпольно. Говоря, что он получал деньги, я имела в виду, что некоторое их количество постоянно переходило из рук в руки. На них покупались напитки. Деньги были в обороте, и значительные суммы проходили через него. Но ни копейки не доходило до дома. Простите, я же обещала только пересказывать услышанное.

Еще одна история известна вообще всем. О петухе по имени Дэйв. Итак, у него был петух, которого он назвал Дэйвом, абсолютно черный, с одной лишь белой полоской на хвостовом пере, весьма приметной. Эта птица одержала километровую серию побед, и никто не мог понять, как петух настолько быстро возвращался в бой после очередной схватки. Затем один из тех, кто ставил против него, проследил за моим отцом до курятников и обнаружил там целых трех черных петухов. Каждый раз перед боем он просто рисовал краской белую полосу на хвосте. Каждый раз выходили разные птицы, свежие и готовые драться. Гениальность заключалась в том, что ни у одной из птиц на самом деле не было белого пятна. Ни одна из них не маскировалась, и при этом ни одна не была настоящей. Он называл их Дэйвами, потому что куда ни сунься, везде найдется чувак по имени Дэйв, а за деревьями леса не видно.

Он присел еще в молодости (люди говорят «присел» – то есть отправился в тюрьму), когда дело приняло плохой оборот (в смысле: кто-то получил серьезные травмы). Вернулся он пешком, и пока шел по Хай-стрит, все вокруг узнавали его, даже совсем маленькие дети, которые никогда его раньше не видели. Все знали, что у него голубые глаза, темно-каштановые волосы и щербинка между передними зубами. Стэнли Картрайт вернулся в город.

Он всегда держал бойцовскую собаку, которую никто другой не мог контролировать, такую, от которой отказались все остальные. Все его собаки заканчивали с разорванными связками, драными ушами, вырванными хвостами, неправильно сросшимися после перелома челюстями, большинство называлось в честь игроков команды «Волки», прошлых или настоящих. Однажды, возвращаясь с вечерни, он нашел симпатичную маленькую суку колли, почти готовую ощениться, принес ее домой, посадил в коробку у камина и назвал Холли, сделав собственную ставку на грядущий сезон. Он умел подбирать подходящую суку для правильного кобеля, чтобы вывести идеального бойца. Никто и подумать не мог, что Холли станет праматерью лучших его бойцов. Он говорил, что у нее есть крепость духа. Выносливость. Та самая способность собаки продолжать бой, когда силы уже исчерпались. Это важнее мышечной