чтобы посадка была мягкой, а полет приятным. Но, будем честны, у него это не вышло. Но вряд ли вообще кто-то мог бы справиться лучше.

Феерично плюхнувшись на пятую точку прямо на лужайку, я ощущаю, как дрожат руки и ноги, глаза слезятся, а на голове, по внутренним ощущениям, теперь полноценное птичье гнездо. И всё равно, я бесконечно счастлива снова чувствовать под собой твёрдую землю.

Рейв пыхтит, аккуратно разворачиваясь лицом к своим друзьям.

— Элира! — кричит Анвира и тут же бросается ко мне. — Богини, ты в порядке?

Рейв фыркает, выпуская облачко дыма. Анвира мгновенно отшатывается, а Орен оказывается рядом, закрывая её собой. Глядя на них снизу вверх, я улыбаюсь – насколько это вообще возможно в моём состоянии.

— Да не бойтесь вы, — говорю осипшим после визгов голосом. — Это же Рейв. Ну… да, он стал немного больше. И, возможно, чуть более диким. Но это всё ещё ваш друг.

Орен напряжённо складывает руки на груди. Анвира смотрит на дракона широко раскрытыми глазами.

— Да… наверное, — неуверенно говорит она наконец. — Пойдём. Надо привести тебя в порядок. А ты расскажешь, что произошло.

Я принимаю протянутую руку Орена и поднимаюсь с земли, после чего нерешительно мнуcь на месте.

— А как же Рейв? — спрашиваю я. — Может, ему нужно… не знаю… корыто с водой? Или что вообще делают для таких… массивных животных?

Рейв фыркает снова – на этот раз с маленьким огоньком, подпаливая участок лужайки недалеко от моих ног. Удар прицельный, аккуратный и явно призванный не причинить вреда, а исключительно выразить недовольство.

— Я думаю, он разберётся, что делать, — напряжённо говорит Орен, не отводя взгляда от дракона.

Я поворачиваюсь к Рейву:

— Ты побудешь здесь? Я совсем ненадолго.

Он прикрывает глаза. Я решаю расценить это как знак согласия.

— Ну вот, — улыбаюсь я. — Ты хороший мальчик.

И тут же натыкаюсь на крайне скептичный взгляд дракона. Рейв демонстративно отворачивается и одним слитным движением взмывает ввысь.

— Ну… наверное, полетел охотиться, — пожимаю я плечами, оборачиваясь к Анвире и Орену, которые всё ещё стоят, застыв, словно памятники сами себе.

Я вздыхаю и добавляю:

— Ну что? Проведёте меня в ванную?

Я не знаю, сколько именно откисала в знакомой чаше с водой, но эти минуты казались величайшим блаженством в моей жизни. Вода была горячей, мягкой, почти обволакивающей, и я с трудом удерживалась от того, чтобы не застонать от удовольствия.

Анвира показала мне несколько волшебных пузырьков, которые, по её словам, должны были справиться с колтунами на моей голове. От них вкусно пахло – можжевельником и какой-то ещё травой, терпкой и свежей одновременно. Всё-таки не зря она ведьма и знахарка. Наверное, косметику себе делает сама. Или, по крайней мере, точно знает, где её достать.

После купания мои волосы выглядели даже лучше, чем до всех этих приключений. Я надела платье, которое любезно одолжила Анвира, и вышла в знакомую столовую с механизмами. Там уже сидели Орен и Анвира и о чём-то напряжённо разговаривали. Перед ними стояли маленькие чашечки с чаем. При моём появлении, они замолкли и уставились на меня.

Я улыбнулась и максимально непринуждённо прошла внутрь.

— Рейв ещё не вернулся?

Орен побледнел.

— Слава богам, нет, — выдохнул он.

Анвира сглотнула. Я вздохнула и опустилась на стул рядом с ней.

— Ну… ребят. Тут такое дело.

И я начала рассказывать. Про безумный план Сайрона. Про ритуал. Про дракона, проломившего потолок. Про бегство. И про то, что у Рейва так и не получилось превратиться обратно в человека.

— Да уж, — мрачно говорит Орен. — Эту проблему я заметил.

Анвира барабанит пальцами по столу. Она выглядит тревожной. Нет, очень тревожной. Гораздо сильнее, чем тогда, когда лечила руку Рейва.

— Я знала, — тихо говорит она. — Ему нельзя было оборачиваться. — Она резко вдыхает. — Я не понимаю, как теперь вернуть ему человеческую форму.

Орен накрывает её руку своей.

— Мы разберёмся, — твёрдо говорит он. — Как-нибудь.

Анвира выдергивает руку и вскакивает.

— Ты не понимаешь! — почти кричит она. — Драконов не было уже несколько веков! Все рассказы о них давно перешли в разряд сказок! Семья Рейва – одна из последних, в чьих жилах осталась по-настоящему сильная драконья кровь. А он… — голос её дрогнул. — Он вообще единственный, кто получил шанс стать драконом. И найти свою истинную.

Она бессильно опускается обратно на стул, уронив голову на ладони.

— Это катастрофа.

Я закусываю губу, уставившись в чашку. В горле стоит ком. Мне хотелось держаться, улыбаться, делать вид, что всё нормально. Что всё обязательно будет хорошо. Но чем больше я слышу, как обстоят дела на самом деле, тем меньше в это верится. Орен вдруг резко ударил ладонью по столу.

— Всё. Хватит.

Мы обе вздрагиваем.

— Анвира, — продолжает он уже спокойнее, — мы и не из таких передряг выбирались. Посмотри на Рейва. Красавец. Мужчина хоть куда. А если что – будет домашним питомцем Элиры.

Он покосился на меня.

— Я смотрю, она уже начала разговаривать с ним, как с собакой.

Я не выдерживаю и улыбаюсь. Анвира замирает, потом медленно кивает не сводя глаз с Орена.

— Знаешь… — говорит она наконец, поворачиваясь ко мне. — Если где-то и есть зацепки, то тольковКоролевской библиотеке. Она самая обширная. Там могут быть старые манускрипты. Записи. Что угодно. Если существует способ вернуть дракону человеческий облик… искать надо именно там.

Глава 2.

Глава 2.

Откровенно говоря, после всего произошедшего ехать во дворец – последнее, чего мне хочется. Даже мысль об этом вызывает внутреннее сопротивление. По многим причинам. В первую очередь, конечно, король-марионетка смущает меня максимально сильно. Как вспомню эту темную дымку – мороз по коже. Однако в этом смысле остается надежда: во время обряда Рейв успел превратить бОльшую часть тёмных магов в аккуратные головешки, и, возможно, король больше не находился под их влиянием.

А вот второй момент смущает гораздо больше. Мой Рейв. Я вижу в нем того герцога, с которым встретилась и которого полюбила. Но стоит признать, что ведет он себя не вполне цивилизованно. И какая-то часть меня воспринимает его относительно разумным и безопасным. Неважно человеком или драконом. Но вся эта его демонстрация огня и дыма. Я не знаю как много