дочери встречались с рыбаками, а все четыре сына в разное время тоже рыбачили. Большинство из них продолжают этим заниматься.

Окна «Вороньего гнезда» выходят на восток, на наступающий день, над улицей, по которой на рассвете проезжают рефрижераторные грузовики. Постояльцам не удается поспать подольше. Около восьми утра Бобби Шэтфорд с трудом просыпается. У него льняно-каштановые волосы, впалые щеки и жилистое тело, видавшее тяжёлую работу. Через несколько часов он должен быть на борту меч-рыболовного судна «Андреа Гейл», которое отправляется в месячный рейс на Большую Ньюфаундлендскую банку. Он может вернуться с пятью тысячами долларов в кармане или не вернуться вовсе. За окном стучит дождь. Крис стонет, открывает глаза и щурится на него. Один глаз Бобби цвета перезрелой сливы.

— Это я?

— Ага.

— Господи.

Она секунду разглядывает его глаз. — Как я до него дотянулась?

Они выкуривают по сигарете, натягивают одежду и ощупью спускаются вниз. Металлическая противопожарная дверь выходит в переулок; они толкают её и идут к входу с Роджерс-стрит. «Воронье гнездо» — строение во всю длину квартала, в псевдотюдоровском стиле, напротив «Рыбной компании Дж.Б. Райт» и «Роуз Марин». Считается, что его витринное стекло — самое большое барное окно в городе. Немалое достижение в городе, где окна в барах делают маленькими, чтобы клиентов через них не выбрасывали. Старый бильярдный стол, таксофон у двери и стойка в форме подковы. «Будвайзер» стоит доллар семьдесят пять, но сплошь и рядом находится рыбак, только вернувшийся с рейса, который угощает весь зал. Деньги утекают у рыбака сквозь пальцы, как вода сквозь рыболовную сеть; один завсегдатай набрал кредит на четыре тысячи долларов за неделю.

Бобби и Крис входят и оглядываются. Этель за стойкой, пара ранних пташек города уже цепко держат бутылки пива. У стойки сидит товарищ Бобби по экипажу, Багси Моран, слегка ошалелый. «Тяжёлая ночка, а?» — говорит Бобби. Багси что-то бурчит. Его настоящее имя — Майкл. Длинные лохматые волосы, слава буяна, и в городе его все обожают. Крис приглашает его позавтракать вместе, Багси сползает с табурета и выходит за ними под мелкий дождик. Они забираются в двадцатилетний «Вольво» Крис и едут до «Уайт Хен Пэнтри», вваливаются внутрь, глаза налиты кровью, головы гудят. Покупают сэндвичи и дешёвые солнечные очки, а потом выходят обратно в неумолимую серость дня. Крис везёт их назад к «Гнезду», забирает тридцатилетнего Дейла Мёрфи, ещё одного члена экипажа «Андреа Гейл», и они выезжают из города.

Кличка Дейла — Мёрф, здоровый, как медведь гризли, парень из Брейдентон-Бич, Флорида. Лохматые чёрные волосы, жидкая борода и раскосые, почти монгольские глаза; в городе на него оборачиваются. У него трёхлетний сын, тоже Дейл, которого он обожает не стесняясь. Бывшая жена, Дебра, трижды становилась чемпионкой юго-западной Флориды по боксу среди женщин, и, по всему, маленький Дейл тоже будет здоровяком. Мёрф хочет купить ему игрушек перед отъездом, и Крис везёт троих мужчин в торговый центр у Гуд-Харбор-Бич. Они заходят в «Эймс»: Бобби и Багси берут дополнительное термобельё и спортивные костюмы в рейс, а Мёрф шагает по проходам, набивая тележку самосвалами «Тонка», пожарными касками и лучевыми пистолетами. Когда в тележку больше не влезает, он расплачивается, все садятся в машину и возвращаются к «Гнезду». Мёрф выходит, а остальные трое решают заехать за угол в «Зелёную таверну» ещё по стаканчику.

"Зелёная таверна" похожа на уменьшенную копию "Гнезда" — кирпич и фальшбрус. Напротив — бар "Билла"; три заведения образуют бермудский треугольник центрального Глостера. Крис, Багси и Бобби входят, усаживаются у стойки и заказывают кружку пива каждому. Телевизор бубнит, они рассеянно смотрят, болтая о поездке и последней безумной ночи в "Гнезде". Похмелье понемногу отпускает. Выпивают ещё по одной, проходит, может, полчаса, и вот в дверях появляется сестра Бобби, Мэри Энн. Она высокая блондинка, сводящая с ума подростков-сыновей своих подруг, но в её осанке есть деловая строгость, которая всегда заставляла Бобби держать ухо востро. "О чёрт, она идёт", — шепчет он.

Он прячет пиво за локтем и надвигает очки на фингал. Мэри Энн подходит. "Я что, по-твоему, дура?" — спрашивает она. Бобби выставляет пиво на видное место. Она разглядывает его глаз. "Неплохо", — говорит она.

"В центре нарвался на разборку".

"Ну да, конечно".

Кто-то угощает её винным коктейлем, она делает пару глотков. "Я просто хотела убедиться, что ты сядешь на судно, — говорит она. — Не надо пить так рано".

Бобби — крупный, крепкий парень. В детстве он был болезненным — у него был близнец, умерший через несколько недель после рождения, — но с годами он крепчал. Он играл лайнбекером в дворовом футболе, где переломы случались еженедельно. В джинсах и худи он выглядит таким типичным рыбаком, что фотограф как-то снял его для открытки с набережной; но всё же Мэри Энн — его старшая сестра, и он не в том положении, чтобы ей перечить.

"Крис тебя любит, — неожиданно говорит он. — И я тоже".

Мэри Энн не знает, как реагировать. В последнее время она злилась на Крис — и из-за пьянства, и из-за фингала, — но откровенность Бобби выбила её из колеи. Он никогда раньше ничего подобного ей не говорил. Она задерживается, чтобы допить коктейль, и выходит.

В первый раз, когда Крис Коттер увидела "Воронье гнездо", она поклялась, что ноги там не будет; место выглядело как тупик на жизненной дороге, по которой она идти не хотела. Но она подружилась с Мэри Энн Шатфорд, и однажды та протащила её через массивную деревянную дверь и представила всем. Заведение оказалось ничего: люди угощали друг друга, будто здоровались, Этель периодически варила огромный чан рыбной похлёбки, и не успела Крис опомниться, как стала завсегдатаем. Однажды вечером она заметила, что на неё смотрит высокий молодой человек, и ждала, когда он подойдёт, но он так и не решился. У него было резкое, угловатое лицо, квадратные плечи и застенчивый взгляд, напомнивший ей Боба Дилана. Одних глаз было достаточно. Он продолжал смотреть, но не приближался, и наконец направился к выходу.

"Куда это ты собрался?" — сказала она, преграждая путь.

"В "Моряка".

"Ирландский мореход" был по соседству, и в представлении Крис это была уж точно дорога в ад. "Я не перейду Рубикон, — подумала Крис. — Я в "Гнезде", и хватит, "Моряк" — это самое дно". Так Бобби Шатфорд исчез из её жизни на полтора месяца. Она снова увидела его лишь в канун Нового года.

"Я в "Гнезде", —