всё же хотелось узнать, кто встречается для тайных бесед в такой укромной части балкона. Явно не влюблённые, потому что шаги слишком осторожные и медленные. А вот и вторые, женские.

Эрианта чуть шевельнулась, из-за чего в уголке стало теснее. На щеках её разлился румянец — видимо фея ощутила возбуждённое состояние мага. Двэйн ничего не мог поделать со своим организмом. Уж точно не тогда, когда желанная женщина так близко.

Наконец-то двое заговорили, давая возможность сосредоточиться на их словах.

— Вы обещали выполнить свою часть условий, — мужской голос оказался незнакомым, но реакция Эрианты оказалась недвусмысленной.

Девушка вздрогнула, а потом от неё пришла такая волна ужаса, что лорд Файрэд едва смог сдержать свой инстинктивный порыв защитить самое дорогое в жизни существо. Лишь мягко коснулся волос Эрианты и прижал к своей груди щекой.

— К сожалению, я вынуждена сообщить, что возникли трудности, — женский голос принадлежал Милене Розамель.

Двэйн насторожился. Не нравилась ему ситуация, которая складывалась вокруг его маленькой рыжей Конфетки.

— Мне очень не нравится тон, которым вы это заявляете, леди, — в голосе прорезалось недовольство. — Не заставляйте меня пожалеть о том, что я связался с вами.

— У Эрианты началось пробуждение, — девушка в объятиях мага замерла, словно даже окаменела. — Какой-то больной идиот смог влюбиться в эту дрянную девчонку.

У лорда Файрэда невольно приподнялись в изумлении брови. Теперь он ещё больше понимал, почему фея рванула из дома. С такими родителями и врагов не нужно.

— Вы не сильно-то жалуете свою дочь, леди, — смешок и какой-то неразборчивых шорох. — Может быть потому, что она единственная — нежеланный ребёнок?

— Прекратите! — Милена Розамель повысила голос, но потом спохватилась. — Вы не имеете права вмешиваться в моё прошлое и как-то меня судить.

— Как странно, вы даже не скрываете передо мной всей правды. А ваш супруг осведомлён о вашей измене? Что будет, если он узнает?

— Главой рода являюсь я, так что его мнение не особо важно…

— Вот только в высшем свете особенности фей мало кого интересуют. Как думаете, кому больше посочувствуют? Супруге, которая ошиблась, но при этом завралась и ненавидит свою дочь за то, что та слишком похожа на своего настоящего отца? Или обманутому супругу, жена которого повела себя как шлюха? — по манере разговора магу всё больше казалось, что эти двое знают друг друга очень и очень давно.

— Ты тоже не безгрешен, — внезапно огрызнулась леди Розамель. — Учти, мне известно кое-что, что может сломать твою жизнь, превратив прекрасные замки благополучия в крошево из мелких камней и пыли.

— Не угрожай мне. И давай ближе к делу, Эна. Ты обещала мне девчонку нетронутой.

— Она не тронута, — раздался смешок. — Ещё нет. Понятия не имею, кто возжелал Анту, но пока что по каким-то причинам не стал с ней спать или не было возможности. Так что Эрианта до сих пор невинна.

— Прекрасно. Устроим тогда так. Я на правах дворянина обращусь к императору за благословлением брака. А ты дашь своё согласие. Против воли правителя страны твоя дочь не пойдёт.

— Хорошо. Я сделаю, как ты скажешь. Я пойду первой через вторые двери.

Стук каблуков. Тихий смех, в котором закралось предвкушение. Уверенные размашистые шаги. Двэйн не сразу понял, что что-то не так, а когда взглянул на Эрианту, то опешил. По её щекам катились слёзы. Крупные. Похожие на хрусталь. Маг прикоснулся к щеке девушки, и та подняла на него взгляд полный боли и разочарования.

— Теперь я понимаю, почему, — хрипло с надрывом произнесла фея, но тут же сама себя осекла. — Отпустите меня. Всё кончено. Меня убьют…

— Почему ты так говоришь, Эрианта? — лорд Файрэд взял бледное лицо феи в ладони и заглянул в глаза. — Кто тебя убьёт?

— Тот, кто говорил с, — она запнулась и сглотнула. — С мамой. Он чернокнижник. Я… Отпустите!

Эрианта попыталась вырваться, но это бы вряд ли у неё получилось, всё же маг куда как сильнее физически. Лорд Файрэд вздохнул, постарался взять себя в руки и сосредоточиться.

— Сейчас ты пойдёшь со мной. Я отведу тебя в комнату, откуда ты сможешь выйти в зал без подозрений. А я решу вопрос с тем, как не отдать тебя в качестве трофея. Ты поняла?

— Д-да, — в глазах Эрианты появилась осознанность, она кивнула и послушно вложила свою ладонь в руку мага.

Просто взять и заявить на фею свои права маг не мог. Не то положение и множество обязательств. Кроме прочего, в таких случаях всё же семья имеет слишком сильное влияние. Как в социальном плане, так и в магическом. А значит, требовалось придумать что-то ещё.

— Иди, — Двэйн подтолкнул фею к дверям в комнату, которая служила одной из многих переговорных. — И ничему не удивляйся.

Эрианта Розамель кивнула и скрылась за дверью, а личный маг его Императорского Величества поспешил туда, куда должен был успеть первым. К чете правящих супругов, надеясь на их поддержку и совет.

Глава 20

Глава 20

Никогда бы не подумала, что самое большое разочарование в моей жизни будет связано с моей же семьёй. После услышанного в голове роились тысячи мыслей, оттесняя с первого плана даже поцелуй. А ведь он у меня был первый! Вроде как.

В бальный зал я вышла из-за ширмы и, не опасаясь повредить репутацию, довольно шустро растворилась в толпе. Мне нужно было оказаться как можно ближе к императору и императрице, чтобы как-то в случае чего опротестовать претензии чернокнижника. Если лорд Файрэд не успеет.

Увидела свою подругу, качнула той головой, чтобы не шла за мной, и принялась лавировать в толпе, обмениваясь на ходу любезностями. А вот и мой «жених», он уже почти пробился и вот-вот встанет в очередь к тем, кто жаждал аудиенции. Сегодня монархи в честь традициям не отказывали просьбам. И это было ой как плохо.

Сердце тревожно случало, так ещё и магия решила взбунтоваться. Я ощущала свой дар намного ярче, чем обычно. Поцелуй с магом послужил катализатором пробуждения моих настоящих магических сил. С одной стороны это хорошо, а вот с другой. Закусила губу, если не будет продолжения, то максимума силы я не достигну. Целомудрие у фей не являлось чем-то обязательным. Но в обществе, конечно же, старались