— произнесла с грустью и пониманием, что никогда не вернусь домой.

— Подчиниться не собираешься? — выгнутая бровь и лёгкое удивление. — Да быть не может…

— Это заклинание на меня не действует больше, мама, — глава рода Розамель вздрогнула от такого обращения. — Никогда не подействует.

— Как такое произошло? Кто вообще на это оказался способен?

Я смотрела на обескураженное лицо матери, на удивление отца и ошарашенных сестёр. Хотелось плакать. Это же насколько нужно не верить в собственного ребёнка, чтобы удивляться тому, что кто-то оказался способен на симпатию.

Милена Розамель собиралась ещё что-то сказать, но внезапно замолчала и посмотрела куда-то мне за плечо. Я не сразу сообразила, а потом произошло что-то непонятное и неожиданное.

— Леди Эрианта Розамель? — этот голос я бы могла узнать из тысячи тысяч.

— Да, — обернулась, встречаясь со взглядом ярких глаз Двэйна Файрэда.

Мужчина поклонился и протянул мне руку:

— Окажите честь подарить мне танец.

Тудум. Сердце предательски пропустило удар. Я протянула руку и вложила свои пальцы в его ладонь прежде, чем во мне очнулся здравый смысл. А когда он очнулся совсем, то я уже кружилась по паркету с придворным магом Его Императорского Величества, невольно между разговором вспоминая то, что снилось в течении последней недели. 

Глава 16

Глава 16

Двэйн до последнего опасался, что Эрианта откажется от приглашения. И тогда с ней бы пришлось разговаривать совершенно иначе и не только ему. Но девушка оказалась достаточно благоразумной, чтобы всё же приехать. Он видел её из кабинета, когда девушки вышли из кареты и поднимались по ступенькам.

Фея взяла с собой подругу в качестве компаньонки, что, несомненно, сыграло плюсом в её репутации. А ещё маг понял, что очень сильно злится из-за того, что на Эрианту глазели. И объективно понимал, почему. Даже издалека.

А уж когда пришёл в мраморный зал, где и проводился бал, на мгновение ощутил себя подростком, неспособным сдержать эмоции. Пришлось даже не сразу подойти, побоялся сделать что-то не то, потому несколько минут потратил на то, чтобы поговорить с министрами, но взгляды в сторону соблазнительно одетой феи бросал слишком заинтересованные.

— Вас чем-то заинтересовала леди Розамель? — поинтересовался Родриг Браун, министр по финансам.

— Да, — кивнул на автомате Двэйн Файрэд.

— У Милены прекрасные дочери, — продолжил Родриг, приглаживая короткие волосы. — Я подумываю посватать своего среднего. Отличная партия.

— Насколько знаю, леди Розамель стережёт своих детей как зеницу ока, — хмыкнул министр сельского хозяйства.

«Настолько стережёт, что одна из дочерей попросту сбежала из дома по неизвестной пока причине», — маг промолчал, но что-то в разговоре его коробило, однако он не мог понять, что именно.

— Да, девушки хороши, как на подбор. Изящные, все в мать. Только бы не с таким характером, — хохотнул Родриг и покачал головой. — Иначе нашим отпрыскам не поздоровится.

— Мне интересно, кто эта женщина, с которой они разговаривают.

— Верно, между ними чувствуется напряжение. Враги?

— Я не помню эту рыжую леди, — министр Ладо покачал головой. — Хотя бываю почти на всех мероприятиях. Слишком дерзкая и необычная. Кто она? И почему без мужа?

— Она с сопровождением, вон та милая черноволосая леди, что стоит чуть поодаль, пришла с ней.

— Если это дебют, то крайне неудачный, так как вряд ли ей именно на этом балу удастся подобрать партию. Хотя, не желаете породниться? — усмехнулся Родриг, приподнимая брови. — Ваш старший сын, насколько помню, до сих пор не женат и любит пищевые излишества.

— Ни в коем случае, да и сам Диго предпочитает более красивых леди, у нас на примете уже есть хороший брак, который поможет упрочить положение нашей семьи с финансовой стороны.

— Кстати о финансах, вы просмотрели документы, которые я вам направлял?..

— Прошу меня простить, — Двэйн ощутил, как в той стороне начала твориться магия.

Нехорошая какая-то и незнакомая.

Маг двинулся к семье Розамель и благодаря слуху успел узнать кое-что любопытное.

— …заклинание на меня не действует больше, мама, — глава рода Розамель вздрогнула от такого обращения, что показалось Файрэду крайне противоречивым для отношений матери и дочери. — Никогда не подействует.

— Как такое произошло? Кто вообще на это оказался способен?

Обескураженное лицо Милены Розамель, удивление отца Эрианты и крайняя степень удивления сестёр. Да что у них происходит? Маг прибавил шаг. Потому что Двэйн ощутил резкую боль и тоску в груди, понимая, что эмоции его женщины пробили его барьер, а значит ситуация критичная. Милена Розамель собиралась ещё что-то сказать, но внезапно замолчала и посмотрела в упор на лорда Файрэда.

Маг остановился и, почти проигнорировав старших рода Розамель, лишь удостоив коротким кивком, обратился к той, кто так нуждалась в защите, но никогда бы об этом не попросила.

— Леди Эрианта Розамель?

— Да, — девушка обернулась и подняла на него печальный, чуть удивлённый взгляд.

Маг поклонился и протянул руку, надеясь, что фея не станет шарахаться:

— Окажите честь подарить мне танец.

Рыжая конфетка медленно моргнула и протянула руку. Лорд Файрэд подхватил пальцы девушки и повёл в сторону паркета.

— Рад, что вы не отказали, — решил начать разговор первым, чтобы отвлечь Эрианту от её тяжёлых мыслей.

— Я благодарна, что вы пришли на помощь, хоть я того и не просила, — взмах ресниц, потрясающе красивые глаза и мягкая спокойная улыбка.

— Надеюсь, что танец поможет вам развеяться и даст передышку, — улыбнулся маг, они встали друг перед другом и поклонились друг другу, начиная танцевать.

— Благодарю. Не сочтите за дерзость, — взгляд феи стал сосредоточенным. — Приглашение это ваших рук ремесло?

— Отчасти, — Двэйн не сумел сдержать улыбку, наслаждаясь прозорливостью девушки. — Не сердитесь. Но это вы сбежали, милая леди. И успешно продолжали бегать от меня с мастерством, заслуживающим лучшего применения.

— А вы меня искали? — Эрианта настолько искренне удивилась, что Двэйн расхохотался, невольно привлекая внимание к их паре.

— Искал, нашёл и много раз собирался поговорить, но вы постоянно ускользали, — на этих словах маг притянул к себе девушку, понимая, что сам себе враг.

Потому что мягкие формы леди Розамель прижимались к нему теперь так близко, что в паху стало тесно. А аромат кожи сводил с ума. Перед глазами грезился образ сладкой феи с рассыпавшимися по простыням