завела разговор. Сказала, что в кейсе знак доброй воли моего нанимателя. Вас не упоминала. Он посмотрел в кейс, кивнул и велел передать, что рад, и с концессией на железную дорогу проблем не возникнет. Выглядел довольным до чёртиков. На этом мы и расстались. Я ушла, а он остался ужинать. Выйдя из ресторана, я на всякий случай посетила торговый центр и сменила внешность. Полицейского хвоста не заметила, но сделала, как вы сказали. Затем поехала к дому Назимова, дождалась, пока он вернётся из ресторана, и отправила вам сообщение. Потом вы позвонили, я смоталась в полицейское управление за кейсом, и вот я здесь.

Я кивнул.

— Очень хорошо. Благодарю. Полагаю, больше мы не увидимся. Желаю удачи в будущих начинаниях.

Эвелина поднялась.

— Знаете, ваше благородие, как ни странно, встреча с вами была одним из самых интересных событий в моей жизни. Во всяком случае, за последнее время, — наклонившись, она чмокнула меня в щёку. — Прощайте, господин Львов.

Нужно ли говорить, что разговор Эвелины с Назимовым записывался полицейскими агентами на камеры и с помощью спрятанного в столе микрофона?

В соответствии с предложенным мною Порфирию Ивановичу планом, как только губернатор вернулся из ресторана домой, к нему нагрянули с обыском.

К этому моменту я уже отозвал карту, державшую форму копии кейса — вы помните мой первый щелчок пальцами во время интервью. Эвелина как раз прислала мне сообщение, в котором говорилось, что Назимов вернулся домой. Карта дожидалась меня недалеко от здания редакции, и я забрал её перед тем, как отправиться на вторую встречу с девушкой.

Без карты кейс превратился в груду обломков. Как на это отреагировал Назимов, не знаю. Скорее, всего, переложил выпавшие деньги в сейф. Важно то, что в его платяном шкафу при обыске обнаружили фрактальный кейс, в который я заранее положил такую же сумму, как и в его копию. Благо, в этом артефакте можно создавать различные пространства. В одном находится попавшее в ловушку Исчадие, а в другом были деньги. И уж я позаботился о том, чтобы полицейские открыли нужное.

Так я избавился от губернатора, оставшись при этом не замешан в его аресте: полицеймейстер гарантировал, что моё имя в деле фигурировать не будет. Я был во время операции на интервью, на записи обо мне нет ни слова, а «представитель» жертвы вымогательства, передавший взятку его превосходительству, растворился в воздухе.

Кроме того, Порфирий Иванович обещал, что концессия на железную дорогу в случае, если он после ареста Назимова станет губернатором, окажется в моём распоряжении безо всяких проблем.

Да, пришлось потратиться. Но оно того стоило.

Так что домой я возвращался вполне довольный.

А подъезжая к Львовке, уже думал о том, как отправлюсь на территорию Излома искать крепость Исчадий.

Глава 19

Сяолун встречал меня на крыльце. С затянувшегося за последний час тучами ночного неба падал частый дождь, вдалеке то и дело сверкала молния, воздух содрогался от далёких раскатов грома. Приближалась гроза.

Когда машина остановилась перед крыльцом, Сяолун спустился со ступенек и двинулся к ней. В руке он держал зонтик. Не тот розовый, вид которого так выводил меня из себя, а нормальный — целый и большой. Как только я вышел из машины, дворецкий простёр его надо мной.

— С возвращением, хозяин. Удачно съездили? Я полагал, что вы заночуете в городе, и был удивлён, когда Ярила сообщила, что вы приближаетесь.

— Мне нечего было там больше делать.

— Поздравляю, хозяин.

— Выбранный тобой галстук никого не впечатлил. Думаю, он остался незамеченным.

Не то, чтобы это имело для меня хоть какое-то значение. Просто хотелось поддеть андроида.

— Так и должно быть, хозяин, — ничуть не смутился Сяолун. — Если какой-то предмет мужского гардероба привлекает внимание, от него следует немедленно избавиться. Безо всякой жалости.

— Ну, в этом ты мастер, — усмехнулся я.

Мы как раз зашли в дом, и дворецкий сложил зонт, поставив его в специальную стойку справа от двери.

— Могу я предложить вам поздний ужин? Или ранний завтрак?

— Нет, спасибо. Обойдусь. Лучше лягу поспать. Проследи, чтобы меня не будили без особой необходимости.

— Я буду беречь ваш сон пуще собственной жизни, — заверил меня Сяолун.

Прежде чем отправиться на боковую, я отнёс кейс с Исчадием в хранилище. Что делать с монстром, ещё предстояло решить. Сейчас меня вполне устраивало уже то, что он заперт и не сможет навредить.

Заодно проверил гримуар.

На следующей странице красовалась новая надпись: Жду тебя там же. Мы не закончили разговор.

Ну, да, побежал уже! Закрыв книгу, я оставил её в сейфе и, наконец, отправился спать.

Уже не знаю, сказались ли долгая дорога и позднее время, или чувство удовлетворения от того, что я разом избавился и от Исчадия, и от Назимова, да ещё и получил от полицеймейстера обещание концессии на железную дорогу, но заснул я практически сразу, как натянул до подбородка одеяло.

Встал я поздно. Около двух. Увы, такой сон не восстанавливает организм так же эффективно, как полноценный ночной, так что чувствовал я себя ни рыба, ни мясо.

Сделал зарядку, принял контрастный душ и отправился завтракать. Пока уплетал омлет с сыром и грибами, обдумывал план дальнейших действий.

Однозначно нужно было отправляться в Излом — разведать, что там за крепость такая.

Но прежде я хотел разобраться в оружии, которое обнаружилось у британских диверсантов. Эти штуки меня весьма заинтересовали. Если можно их изучить, разобрать и понять, как они работают, то почему бы не собрать ещё таких и не поднять оборону Львовки от Исчадий на новый уровень?

В общем, сразу после еды, прихватив налитый лакеем кофе, я отправился потолковать с Мидлстоуном.

Англичанин содержался на гауптвахте тренировочного лагеря дружинников. Его охраняли двое часовых.

Со мной к пленнику зашёл Протасов. Встал у двери, сложив руки на груди.

Капитан поднялся, чтобы поприветствовать меня. В конце концов, сейчас его судьба зависела от меня.

— Как вам здесь нравится? — поинтересовался я, окинув взглядом скромную обстановку.

— Грех жаловаться, ваше благородие, — отозвался Мидлстоун. — Всё лучше, чем в брюхе Исчадия или в руках вашей контрразведки. Кормят, кстати, неплохо. Так что спасибо.

— Меня заинтересовало ваше оружие.

Взяв стул, я передвинул его на середину камеры и сел. Кивком дал собеседнику понять, чтобы он сделал то же самое. Англичанин опустился на койку.

— Насколько оно эффективно против бронеходов, я видел. А что насчёт Исчадий?

— Лучше, конечно, один раз увидеть, — проговорил Мидлстоун, почесав щетину на подбородке. — Но могу сказать, что обычно хватает одного выстрела на тварь первого