Кстати, о драконах: кроме того, что всюду следует за мной по пятам, мне больше не встречалось. Не считая скелетов, часть которых просто разбросана по полуразрушенным залам. Другая запуталась в массивных цепях под потолком. А третья старательно собрана в подобие курганов: видимо, мой «союзник» таким образом постарался обеспечить покойным достойное место захоронения.

А может, я надумала себе лишнего. Попыталась «очеловечить» монстра, который вполне мог истребить всех своих собратьев. Потому что части и положения давно сгинувших драконов действительно выглядят так, будто кто-то совершил над ними массовое убийство. Или того хуже, они по каким-то причинам не смогли выбраться из дворца и пережрали друг друга. А мой чешуйчатый «следопыт» — последний из выживших. Что до остальной живности, вероятно, она появилась тут намного позже. Например, случайно попав сюда таким же путём, как и я.

У меня холодные мурашки пробегают по спине от последнего предположения. Я всегда сторонилась темы каннибализма. А узнать, что дракон болен этим… «пристрастием», значит, поскорее выбираться из этих нескончаемых катакомб и уносить ноги куда подальше, пока у него не появилось новое.

Хотя мне и так и так нужно поскорее выбраться из этого похороненного под заснеженными горами места. Я не смогу всю жизнь прожить, как дикарка, которая спит вполглаза, питается одним жёстким мясом и пьёт грязную заплесневелую воду, скапывающую с потолка. Мне и двух дней хватило, чтобы начать понемногу сходить с ума от постоянной угрозы и одного и того же вида коридоров.

Я прошла далеко не маленькое расстояние, а такое впечатление, что вовсе не сдвинулась с места: откуда начала, там и закончила. Потолок, стены, пол и даже развалины — всё одно и то же.

Радует одно — я продолжаю неустанно оттачивать свои боевые навыки, заодно неплохо так прокачивая силу и выносливость. Что до магии, с ней дела обстоят куда хуже.

В книгах о попаданках, которые я когда-то читала, в общих чертах писалось, что для того, чтобы открыть в себе магический потенциал, нужно заглянуть в себя, сосредоточится и воззвать к силе. Но как бы я ни старалась, как бы ни тужилась и ни пыжилась, у меня так ни черта и не вышло.

Я слышу своё сердцебиение, то, как по моим венам течёт кровь, и даже то, как в локтях и коленях поскрипывают суставы, точно давно не смазанные петли калитки. Но ничего подобного, вроде силы, теплящийся в груди, не чувствую. Выводов несколько, и все они неутешительные: либо книги написаны дилетантами, либо я полукровка, лишённая магии, либо Армон жёстко наеб… подставил меня, лишь бы поскорее избавиться от моей надоедливой персоны.

В любом случае, как бы то ни было, я не опускаю руки и продолжаю попытки стать одной из феечек «Винкс». Если без шуток, то я, как только представляется случай, медитирую и представляю, как по моим жилам струятся светящиеся серебряные нити. Правда, толку от этого никакого. Но попытка — не пытка. Вдруг через неделю мне всё-таки удастся открыть себе способности к магии?

Я перелажу через упавшую колонну с изображением каких-то красочных мотивов, которые трудно разобрать из-за выцветшей со временем краски и крупных сколов. И натыкаюсь на старую массивную лестницу с широкими перекладинами, одна часть которой плотно завалена камнями, что отрезает доступ на верхние этажи, а вторая хоть и местами разрушена, но позволяет спуститься на нижний этаж. Вот только бы это не оказался путь в один конец, из которого я больше никогда не выберусь.

Что ж… Выбора всё равно нет. Придётся рискнуть. По крайней мере, на моей стороне дракон, который не перестаёт следовать за мной. Наверняка думая, что за эти дни я так и не научилась распознавать его присутствие. Без понятия, в какой момент ему надоест быть моей нянькой. Но пока это так — мне остальные тайны этого холодного и смердящего подземелья не так страшны.

Я шаг за шагом спускаюсь по лестнице, старательно вглядываясь в темному и держать за местами обледеневшую стену. И медленно поднимаю голову, когда на меня с потолка начинает активно капать какая-то желтоватая слизь.

Я даже толком не успеваю испугаться, как достаю клинок из ножен. Подпрыгиваю в воздухе именно в тот момент, когда гигантская сколопендра раскрывает пасть, чтобы облить меня дополнительной порцией слизи. И молниеносным движением вспариваю ей туловище, откуда вываливаются внутренние органы и липкая слизь, на которой я поскальзываюсь и лечу вниз по ступеням.

И стоит мне допустить мысль, что сейчас врежусь в кладку паучих яиц, что загородила дальнейший проход на нижний этаж, как меня подхватывает дракон.

Я не успеваю и глазом моргнуть, как оказываюсь посреди какого-то зала. В отличие от того, полуразрушенного, в котором я совсем недавно всеми силами старалась выжить. Этот выглядит куда приветливее: пол, стены и даже потолки, несмотря на трещины и многослойную пыль, дают понять, что это место миновала та беда, что затронула верхние этажи.

Встаю с третьей попытки, то и дело поскальзываясь на слизи, обильно стекающую с меня. Смахиваю неприятную жидкость с глаз, что стянула лицо и практически склеила веки. И неспешно, изучая каждую деталь, направляюсь прямо по мрачному коридору.

Здесь довольно уютно, если можно так сказать: на лепных потолках прикреплены потухшие кристаллы, на стенах изображены барельефы с драконьими мотивами, а что до пола… Он словно представляет собой цельный кусок чёрного льда, предварительно обработанный от скольжения.

Всё это красиво и завораживающе, но мне бы не мешало помыться…

И как по мановению, с правой стороны стены, в нескольких метрах от меня открывается высокая двустворчатая дверь.

Ещё один монстр или это дракон ради меня постарался?

Глава 17 ЛИАДА

Глава 17 ЛИАДА

Я осторожно подхожу к открытым дверям с замысловатой декоративной лепниной, смутно напоминающей скандинавские символы. Заглядываю внутрь комнаты через небольшой зазор, проверяя её на наличие возможной живности. Напрягаю зрение, с особой тщательностью всматриваясь в затянутые ледяной паутиной углы. И как только убеждаюсь, что запылённое помещение не таит в себе скрытой угрозы, прохожу вовнутрь.

— Всемогущая Матерь! — раздаётся взволнованный мужской голос за спиной, отчего я подпрыгиваю от неожиданности и невольно вскрикиваю, прижав руки к груди. — Ох, Многоликая! Что же это я… Простите! Простите бестолкового Сотиса, госпожа! — рассыпается в сбивчивых извинениях приземистого роста мужичок с мертвецки-бледной кожей и короткими, забранными назад волосами.

Он низко кланяется мне, устремив взгляд глубоко посаженных глаз в пол, точно услужливый дворецкий или слуга. Хотя