уверенность, заслужил доверие партнеров. Правда, оставались сложности в быту, целый год не мог приспособиться к местной кухне. В России у меня был стандартный для футболиста рацион: курица, картофельное пюре, суп, а в Испании в первый же день мы пришли в главный ресторан города, где нам предложили паэлью, по-особому жареное мясо и другие национальные блюда. Мы с супругой на ломаном английском пытались что-то заказать, официант ничего не понял и принес русско-испанский словарь. Испанцы вообще душки, вот и тогда в ресторане все было по-доброму.

В сентябре 1996 года в Сарагосе в рамках HiStory World Tour на стадионе «Ромареда» выступал Майкл Джексон. Мы планировали посетить последний сольный концертный тур американского певца, однако супруга чувствовала себя настолько плохо, что поход пришлось отменить. Меня любили местные болельщики, при объявлении моей фамилии на «Ромареде» стадион затягивал «Калинку-малинку». А объявляли футболиста Радимова так: «Человек, приехавший из холода». У меня была хорошая пресса, мои фотографии появлялись в местных газетах, я, кстати, так и остался единственным русским футболистом за всю историю «Сарагосы», сотворил историю, ха-ха!

В Испании поддерживали связь с Димой Хохловым. От Сарагосы до Сан-Себастьяна всего полтора часа езды на машине, поэтому старались пересекаться как можно чаще, вместе встречали Новый год. Обзавелся и местными друзьями. После стыковых матчей с итальянцами в отборочном цикле чемпионата мира я вернулся в Сарагосу к беременной супруге. Сыграл несколько игр в чемпионате Испании, заболел гнойной ангиной, две недели лежал, ничего не ел и не тренировался, из-за болезни потерял игровой ритм. В «Сарагосе» сменился тренер, при новом наставнике я неплохо провел концовку сезона 1998 года, принял участие в победном выездном поединке с мадридским «Реалом», но в глубине души понимал, что только сверхзвезды будут постоянно выходить в стартовом составе. Мне же хотелось быть лидером, играть все матчи с первой до последней минуты. К тому же после двух с половиной лет жизни в Испании я затосковал по родному дому, и хотя «Сарагоса» продлила на год пятилетний контракт, в разговоре с новым наставником заговорил о ностальгии, посетовал, что не могу добиться в «Сарагосе» своих целей, и попросил отпустить меня на родину.

– У нас за сезон пятьдесят-шестьдесят матчей, включая Кубок Испании и еврокубки, – сказал мне наставник «Сарагосы» Луис Коста, – три четверти ты сыграешь, остальное зависит от тебя.

Мне же хотелось услышать другое, понять, что на меня рассчитывают и видят во мне игрока стартового состава.

– Либо я играю все, либо не играю вообще, – рубанул я.

– Окей, – ответил Коста, – продлевай контракт, и, раз хочешь, отпустим тебя в Москву.

Я мог остаться в Испании, по слухам, мною интересовалась «Валенсия», с которой работал приглашавший меня в «Сарагосу» Виктор Фернандес, однако так спешил домой, что даже не рассматривал зарубежные варианты. Вот так я допустил самую серьезную ошибку в своей жизни и уехал в аренду в московское «Динамо». Честно говоря, не удивляюсь неудачам этого клуба: время, чтобы «Динамо» вернулось к нормальной жизни, еще не пришло.

Испанская газета Heraldo de Aragon от 05.01.1998:

«Радимов спас матч. “Сарагоса” проигрывала 0:1 «Атлетико», находясь в меньшинстве, но русский футболист сравнял счет».

Heraldo de Aragon от 27.04.1998:

«Решающий момент. “Сарагоса” уверенно обыграла “Расинг” 2:0, прервав шестиматчевую серию неудач со всего лишь двумя набранными очками. Эта победа помогла команде Луиса Косты оторваться от зоны стыков. Тренер хозяев поля сделал ставку на легионеров Радимова и Джамелли, которые и отметились забитыми голами в матче».

Александра Радимова, дочь Владислава Радимова:

– Папа для меня не просто отец: он настоящий товарищ, один из лучших друзей в моей жизни. Мы прошли вместе разные этапы – от детских переживаний, когда он мог отругать за двойку, до паритетного общения. Взаимное уважение и доверие для ребенка – это очень важно в любом возрасте. Главная заслуга папы заключается в том, что он может сказать мне в глаза: «Я тобой горжусь». Эти слова значат очень много, потому что дети – самое наглядное отражение своих родителей. Я действительно смогла достичь многого, потому что знала: папа всегда рядом со мной, он любит и верит в меня.

Я почти ничего не помню о жизни в Сарагосе. Да, родилась в этом городе, но мы уехали из Испании, когда мне было всего четыре года. Зато с удовольствием вспоминаю историю с концертом Майкла Джексона. Американский певец приезжал в Сарагосу, когда мама была беременна мной. Родители достали билеты, с нетерпением ждали концерта (ну а кто бы не ждал?), однако в день выступления мама сказала, что я плохо себя веду в животе, сил идти просто нет. Вот папа и решил остаться дома из солидарности. С тех пор прошло почти тридцать лет, а он до сих пор время от времени подшучивает, что мое плохое поведение лишило нас Майкла Джексона. Говорит это, конечно, с улыбкой, но я всякий раз чувствую легкую вину за тот концерт, когда мне было всего… минус несколько месяцев.

Папа для меня в первую очередь… просто папа. Не футболист и не знаменитость, а именно папа. В детстве он мечтал стать водителем автобуса, и я любила бы его и в этой профессии, потому что любая работа важна. Но, безусловно, я горжусь тем, какой он профессионал. Считаю, это очень круто, что папа пошел в футбол ради идеи, а не ради денег, тем более что тогда футбол вовсе не был прибыльным делом. Он всего добился своими силами и умом. Конечно, бывали разные ситуации. Например, я чувствовала себя неловко, когда мы с папой где-то проводим время, а к нему подходят за автографом или с просьбой сфотографироваться. Даже в его отсутствие меня почти везде что-то да и спросят про отца. Помню, как пришла на новую, очень желанную работу. Мне было двадцать два года. Переживала ужасно: первый день, сложная задача. Спустя всего четыре часа работы ко мне подходит коллега:

– Прости, можно задать неловкий вопрос?

Я в панике: «О боже, неужели на моей одежде пятно? Или что-то застряло в зубах? Или я уже успела ляпнуть что-то не то?» Но собралась с мыслями и твердо ответила:

– Ну, давай.

– А Владислав Радимов – твой однофамилец или родственник?

Я расплылась в улыбке, поняла, что для меня такие ситуации уже данность, с которой я живу все это время. Спокойно, гордо ответила:

– Да, это мой папа.

В годы учебы в университете у меня появилась хорошая подруга. Однажды звонит мне папа:

– Представляешь, иду по торговому центру, ко мне