вдохнула: сила хлынула в неё потоком. Она пронеслась по венам, как яростный разряд молнии, начавшись в груди и взорвавшись на кончиках когтей. Эсмира вцепилась в ржавые прутья, чтобы удержаться на ногах — мощь едва не сбила её с ног. Джек наблюдал за ней с тревогой в глазах. Таким она его еще не видела — по крайней мере, по отношению к ней.

— Как ты сказала это называется? Велсинит? — он нахмурился, произнося слово, и прищурился, глядя на странный, похожий на камень металл.

— Да, — ответила она, подбирая кандалы с пола. — И они отправляются с нами.

Они не успели сделать и шага к лестнице, как помещение взорвалось.

БУМ.

Пушечное ядро прошило обшивку, впуская в трюм щепки, искры и клубы дыма. Взрывной волной их отбросило назад; оба тела влетели в клетку, а пол под ними прогнулся. Корабль застонал: «Ночной Призрак» рвал его на части, и сквозь пробоину хлынула вода.

— Теперь отсюда только один путь, красавица! — крикнул он, перекрывая шум воды.

— Я уже на шаг впереди, — она запустила руку в складки платья и протянула ему пергамент, украденный из кабинета Дрэвина. — Это может быть ответом на все наши вопросы. Доставь на наш корабль, но не отдавай Сайрусу. Придержи её у себя, пока я не вернусь. Понял?

Джек издал раздраженный вздох, но в итоге кивнул.

— Убирайся отсюда, пока еще можешь, — приказала она с угрожающей певучестью в голосе, а её глаза вспыхнули ледяным светом.

— Увидимся на той стороне, — Джек подмигнул и обратился в сову, крепко сжимая пергамент когтями. Несколько взмахов пернатых крыльев — и он уже летел вверх по лестнице, скрывшись из виду.

Эсмира постояла в тишине несколько мгновений, давая ему время выбраться с нижних уровней, а затем шагнула в воду, разлившуюся у дверей камеры.

Она потянулась к своей силе, приветствуя её возвращение: ногти удлинились, превращаясь в когти, между пальцами натянулись перепонки, а погруженная во тьму камера залилась бирюзовым сиянием. Она резко втянула носом воздух; соленый привкус моря прекрасно обжигал легкие, пока магия откликалась на её зов.

И тогда корабль начал содрогаться.

Глава 10

Дрэвин

Из-за крови обеих команд палуба под сапогами Дрэвина стала скользкой. Его люди едва сдерживали беспощадный натиск пиратов, прорубавших себе путь сквозь их ряды.

Он не знал, сколько еще продержится его экипаж. Тела громоздились друг на друга, а ночное нападение высасывало последние силы. Плевать на приказы Блэквуда — его люди и так уже встретили преждевременную смерть. Он не позволит остальным погибнуть, не выложившись на полную.

Слишком многие отступали, строй ломался. Мир словно замедлился, когда он увидел, как падает один из его матросов: абордажная сабля вонзилась ему в живот, и его глаза расширились от шока. Другого моряка прижали к мачте; клинок у его горла поймал лунный свет, прежде чем прорубить плоть и кости.

Внезапная, яростная ярость обожгла его грудь.

Пальцы Дрэвина крепко сжались на рукояти меча, пламя запульсировало под кожей. Он на мгновение закрыл глаза и позволил своей силе вырваться на волю.

Языки пламени лизнули кончики его пальцев, обвивая руки, словно голодные змеи. Стоило ему лишь подумать, и каждый враг на борту его корабля вспыхнул. Они кричали от ужаса, катаясь по залитой кровью палубе в попытках потушить огонь, пожирающий их тела.

Команда «Ночного Призрака» начала отступать. Дрэвина наполнило чувство гордости, когда пираты стали прыгать за борт в море, чтобы сбить пламя. Он проклинал себя за то, что не использовал огонь раньше, но он не хотел рисковать, чтобы Блэквуд не призвал своего зверя. Палуба «Одиссеи» светилась от углей, воздух загустел от дыма, а огонь пополз по доскам, перекидываясь на разорванные паруса. Но что-то было не так.

Сэм подбежал к нему, покрытый кровью и пеплом. Они обернулись и увидели, как пираты карабкаются обратно на палубу своего корабля, вставая рядом с капитаном. У каждого на лице была всё та же триумфальная ухмылка.

Сердце Дрэвина забилось о ребра при этом зрелище.

Черт. Неужели я только что обрек нас всех?

И тут море вздыбилось со всех сторон, волны с грохотом обрушились на корпус. Всё, что было на борту, полетело по палубе. Взгляд Дрэвина метнулся к бесхозному штурвалу: тот бешено вращался, сопротивляясь натиску неумолимых волн.

— Сэм! — прокричал он сквозь рев океана, перепрыгивая через павших и взбегая по лестнице на шканцы.

Оказавшись там, Дрэвин изо всех сил вцепился в штурвал. Его мышцы напряглись до предела, пока «Одиссею» швыряло из стороны в сторону в этом шторме при безоблачном небе.

Остатки его команды впали в панику: матросы бегали и перекрикивались, пытаясь закрепить всё, что могли, пока волны прорывались через правый борт.

Приказы Дрэвина тонули в реве неистового ветра и грохоте волн.

— Дрэ!

Он оглянулся и увидел Сэма: тот с трудом карабкался по лестнице к нему, изо всех сил вцепляясь в перила. Сэм добрался до Дрэвина.

— Откуда, черт возьми, взялся этот шторм?!

Дрэвин бросил взгляд на «Ночного Призрака», заметив, что корабль уже успел отойти на значительное расстояние. Вся их команда оставалась на палубе, наблюдая… выжидая.

— Да шторм ли это вообще?! — проревел Дрэвин в ответ. — На небе ни единого сраного облака! Что может быть причиной?!

Он лихорадочно оглядывался по сторонам. Это было самое странное, с чем он когда-либо сталкивался. Море… вдалеке воды были спокойны, но вокруг их корабля бушевал хаос, словно сам океан вознамерился утащить их на дно.

Огромная волна перехлестнула через палубу, отбросив команду к противоположному борту; несколько человек вылетели за борт, и их крики эхом разнеслись в воздухе.

— Святые боги, — выдохнул он.

— Будут приказы, Капитан?! — закричал Сэм сквозь безумие стихии.

Горло Дрэвина перехватило, сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

— К пинасам, — слова были едва слышны.

— Капитан?!

— К пинасам, Сэм! Живо! — взревел он, пробегая мимо него вниз по лестнице. Сэм догнал его мгновение спустя, и они вдвоем принялись помогать упавшим матросам подняться на ноги, пока их продолжало швырять по палубе яростными волнами.

— К пинасам! — кричали они, и все бросились отвязывать малые лодки от бортов «Одиссеи».

Тут к ним подлетел Томми.

— А где девчонка?! Это дело рук монстра Блэквуда!

Глаза Дрэвина расширились, внезапный страх сковал его, когда он резко обернулся к люку: оттуда уже вовсю хлестала морская вода.

— Проклятье! — прорычал он и повернулся к Сэму. — Я сейчас вернусь. Проследи, чтобы все выжившие сели в лодки!

— Дрэвин, даже не думай, черт тебя дери!

— Она утонет! Я запер её