прикусил губу, ощущая, что я загнала его в ловушку. — Не знаю... Я никогда этим не занимался.

— Время пришло. У каждого рыцаря бывает первый подвиг. Дерзай. Я верю в тебя.

— А можно...

Макс хитро блеснул глазами, сложил губы трубочкой и потянулся к моей щеке.

Я покачала перед собой пальчиком. Произнесла с укоризной:

— Ай-яй-яй, как не стыдно, месье Максим Брюс. Настоящие рыцари совершают подвиги во имя прекрасных дам и не требуют за это награды.

Парень тут же сдулся.

— Действуй, — приободрила его я и шустро юркнула в коридор.

Уже оттуда рванула в спальню, чтобы снять с себя этот разврат и надеть что-нибудь менее провокационное.

* * *

Изображать рыцаря, и при этом не пачкать рук у Макса не вышло, поэтому он всячески норовил откосить, прикрываясь красивыми словесами.

Я не давала ему этого сделать, пресекая на корню попытки к бегству. Парень брезгливо морщился, тряс руками с налипшей паутиной, пытался отжимать тряпку ногой, тут же вспоминал про моднючие ботинки и начинал откровенно страдать. Пи этом старался удержать чарующую улыбку на лице.

Зрелище было феерическим в своей абсурдности, но мне доставляло истинное удовольствие.

Через полчаса мучений страсти слегка улеглись. Рыцарь смирился со своей незавидной долей и принялся шустро орудовать тряпкой, сметая паутину с древних фресок и лепнины.

Я поняла, что дело в надежных руках и сбежала на кухню в сопровождении голодного бурчания собственного живота. Завтрак-то мне так и не перепал. А есть хотелось жутко.

Джастин появился, когда я уже и наелась, и вволю налюбовалась перекошенным на обе стороны Максом.

— Сильнее, мой рыцарь! Трите сильнее!

— Тут еще один рыцарь явился. Ему тоже тряпку и ведро выдать? — проявилась в воздухе чеширская улыбка.

— Что еще за рыцарь, Лисетт, — ревниво вопросил Макс, моментально воспользовавшись поводом бросить едва протертую поверхность.

— Рыцарь ордена швабры и метлы, — пояснила я, — не отвлекайся, мой дорогой. Ты еще не весь потолок домыл.

— Как твой... родственник, я желаю знать, кого ты привечаешь в доме? — Встал в позу Макс. Тут же распахнул глаза, открыл-закрыл рот т возмущенно выдал: — А этому что опять надо?

Я обернулась и обнаружила у себя за спиной Джастина, иронично взирающего на трагическую мизансцену: Макс Брюс за уборкой.

— Доброе утро, Лисетт! — С усмешкой произнес новый гость. — Я принес обещанное. Хотелось бы сразу испытать.

Джастин помахал коробкой с кисточками.

— Что вы с ними сделали? — я с любопытством посмотрела на инвентарь.

— Не скажу. Но предлагаю испытать вместе. Работа высшего класса, уверен, теперь у вас все получится.

Я с сожалением оглядела недоделанную комнату. Как ни хотелось разобраться с кистями, но урок для Макса был важнее. И уборка тоже.

— Пока не могу, — прошептала я, приблизившись к капитану почти вплотную, — сначала надо здесь закончить. Иначе мой рыцарь может сбежать.

— Не сбежит, — Джастин лукаво подмигнул. — Я ему сейчас помогу, а потом займемся рисованием.

— Это просто... — Я даже не нашлась, что сказать. Приняла величественный вид. Махнула рукой, словно в ней был зажат платок. — Дерзайте, мои рыцари. А я пока приготовлю что-нибудь перекусить.

Я ринулась к двери, уловив краем уха слова месье капитана:

— Ну что, белоручка, устроим соревнование? Кто первым уберет свою половину комнату, тому и приз.

О как! Я даже притормозила. Интересно, о каком призе идет речь? Потихоньку вернулась назад, встала у приоткрытой двери, принялась подслушивать, не испытывая ни малейших терзаний совести.

Макс тут же вдохновился.

— И какой приз?

— А это предоставим решать нашей дражайшей хозяйке.

Джастин сделал паузу и прокричал, разоблачая мою хитрость:

— Вы согласны, мадемуазель Озэрро?

Вот же поросенок! Мог бы и промолчать.

— Так как? — не унимался мой первый рыцарь. — Ваши почитатели с нетерпением ждут вердикта.

Я прыснула и заглянула в комнату. Поймала два взгляда — один, исполненный трепетной надежды, второй, хитрый с чертовщинкой.

— Будет вам приз, — пообещала со смехом. — Только, чур, потом не жаловаться.

* * *

Мужчин все устроило. Они засучили рукава и швабрами заработали наперегонки.

Я же вернулась на кухню. Уже здесь слегка замешкалась. Продуктов остался полный пшик. Возникла проблема, что бы такое приготовить, не заняв слишком много времени?

Покрутила так и эдак. Озаренная гениальной идеей, хлопнула себя ладонью по лбу. Конечно! Зачем мудрить.

Я добыла из холодника остатки буженины и сыра. Вытащила большую луковицу, шесть последних яиц, бутылку молока. Нашла немного сливочного масла и муки. Окинула продукты взором, полным скепсиса, и слегка успокоилась. Для моей задумки вполне должно хватить.

А раз так, то и нечего распускать нюни.

Я засучила рукава, быстренько настрогала лук полукольцами, отправила его на сковороду к разогретому маслу, сверху сыпанула щепотку сахару, чтобы пошел процесс карамелизации. Перемешала и принялась за нарезание буженины, заранее предвкушая потрясающий запах.

Очень скоро прозрачные луковые кусочки, теперь так похожие на осколки янтаря, наполнили кухню и все вокруг фантастическим ароматом.

Я добавила к ним мясо, соль, перец, перемешала последний раз и убрала с огня, плотно закрыв с крышкой. Начинка была готова.

Следом взялась за соус бешамель, выделив под него маленький ковшик с удобной ручкой. Здесь делала все на автомате — масло, мука, молоко, соль, мускатный орех, немного тертого сыра. Ничего сложного.

Дело осталось за малым — состряпать омлетные блинчики для конвертиков и поджарить тосты.

Через двадцать минут все было красиво разложено на парадные тарелки, полито соусом и расставлено на столе. Рядом красовался большой кофейник. В вазе радовал глаз букет.

Я окинула взором полученную икебану последний раз и отправилась принимать у рыцарей работу.

Глава 11. Где я опробую кисти, а Макс и Джастин умудряются разругаться

Комната блестела. Практически сияла чистотой. Насколько это вообще было возможно при ободранных обоях и убитом паркете.

Но что там комната — мои самозванные рыцари сияли куда сильнее. Один от радости и чувства превосходства, второй от еле сдерживаемого смеха.

Мне же только и оставалось, что восторженно всплеснуть руками.

— Я в восхищении, мои рыцари! — Восклицание вырвалось у меня почти на автомате. Ровно, как и следующее: — Кто победил?

Торжество в глазах Макса приобрело масштаб вселенской катастрофы.

— Я победил! — Он даже сделал шаг вперед, подтверждая собственные слова.

— Ты? — в моей голове «уборка», «Макс» и «Победа» не совместились.

Я перевела взгляд на Джастина, тот сдавленно прыснул и усердно закивал головой.

— Ты... — Теперь это был не вопрос, а изумление. — Кто бы мог подумать.

— Ты не рада? — парень явно напрягся.

— Что ты, я буквально в восторге.

Джастин шустро отвернулся, плечи его дрогнули в беззвучном