раз, я приготовлю самый вкусный чай в мире, – сказал Хамель с заботливой улыбкой. Он уже стер с лица растерянность.

– Не стоит утруждаться.

Он продолжал улыбаться и спросил меня:

– Кстати, по какой причине вы меня навестили? Надеюсь, ничего не случилось?

– Нет. Ничего. Но я пришла, потому что хотела кое о чем спросить.

– Меня?

Вместо ответа я несколько раз кивнула. Я немного колебалась, не зная, с чего и как начать разговор. Я снова сделала глоток сородича… нет, имбирного чая, и посмотрела на Хамеля в упор.

Тот глядела на меня с любопытством.

– Хм, вы говорили, что видели, как призрак Гешута входил в ваш дом, верно?

– Господин Гешут… Да, было такое.

Как только имя Гешута сорвалось с моих губ, Хамель явно оторопел. Он даже выглядел разочарованным. Казалось, его совершенно не тянет говорить о Гешуте.

Я не хотела видеть унылое лицо Хамеля, но избегать темы вечно я не могла. Пока проклятие Изаны не снято, имя несносного мага должно будет прозвучать еще много раз. Ведь Хамель являлся его учеником, и тут ничего не поделаешь.

– Вы тоже встречали призрак Гешута?

Хамель на мгновение окаменел. Он попытался снова улыбнуться как ни в чем не бывало, однако улыбка выглядела «недоделанной».

– Встречал. Призрак господина Гешута приходил ко мне.

– Зачем? Он приходил раньше? – Я наседала на Хамеля, словно на допросе.

Он мог бы обидеться, но Хамель молча ответил мне непринужденным тоном:

– Он приходил ко мне домой время от времени и ничего не говорил. Может, он следил за мной? Я сам не знаю, что у него на уме. Он быстро исчезает. Если бы он что-то сказал, я бы давно сообщил Джинджер или Его Величеству.

– Хм, вот как? А вы можете разузнать, где сейчас призрак?

– Сейчас? Увы, госпожа. Я пока не освоил магию поиска призраков. Но есть вероятность, что он и сейчас находится рядом с нами.

Я подумала о призраке Гешута и сжала кулак. Если бы я увидела его сию секунду, то безо всяких прелюдий вырвала бы у него клок красных волос.

Ах, он же призрак, может, за волосы не получится ухватиться! Я почесала затылок и продолжила спрашивать о том, что меня интересовало:

– Призрак Гешута… Вы говорили, что его «истоком» является какое-то определенное сильное намерение, мысль… Вы можете сказать, что именно за мысль?

– У меня имеется кое-какая догадка. Но думаю, вы, госпожа Джинджер, скорее всего, уже в курсе.

Я потерла подбородок рукой и сделала серьезную мину.

– Неужели… дело в проклятии Его Величества?

То, что призрак Гешута, который раньше не появлялся, возник после того, как Изану выпустили из башни Тампль… Да, похоже, все связано с проклятием Изаны. Если честно, другую причину, казалось, найти невозможно.

Неужели мага, наложившего ужасное проклятие, после смерти замучила совесть? Я права?

Между тем Хамель кивнул.

– Я тоже думаю, не бродит ли он призраком в этом мире из-за проклятия Его Величества. Наверное, его душу удерживает здесь любопытство: возможно, снять проклятие или нет?

– Он бродит призраком только из-за любопытства? – Я невольно возмущенно повысила голос. Мое лицо, должно быть, искривилось. Мышцы так и тянуло…

– Г-госпожа Джинджер, прошу вас… успокойтесь. Это не более чем мои догадки.

– Фух! Гешут или кто-то еще, я правда не могу понять… Раз уж зашла речь о проклятии… Его Величество сказали, что если узнать истинную причину проклятия, то его можно снять. И он предположил, что проклятие каким-то образом связано с верой.

– Вера, значит?

Я тряхнула головой.

– Его Величество толком не знает, вера ли это в магию или в людей. Если ключом является вера в магию, только вы, Хамель, сможете помочь королю.

Когда я договорила, между нами повисла тишина. Хамель смотрел на меня расфокусированным взглядом. Я даже не представляла, о чем он думает. Может, такая просьба все-таки была невежливой по отношению к нему?

Гнетущая пауза продолжалась. Наконец Хамель взял чашку. На сей раз он не поперхнулся, сделав глоток имбирного чая. Когда он снова посмотрел на меня, его взгляд стал ясным и четким. Маг… словно жаждал чего-то.

– Госпожа Джинджер, – тихо проронил он.

Хотя он произнес всего лишь два слова, мне внезапно стало не по себе. Голос Хамеля звучал как-то странно и резонансным эхом отдавался в моей голове.

Я вся обратилась в слух.

– Давайте предположим… Если бы я тоже был проклят… Вы бы думали над способом снять проклятие ради меня?

«Конечно, думала бы. Да и вообще… Я бы упорно старалась найти решение проблемы! Да, я не люблю Хамеля как мужчину, но считаю его хорошим человеком и хочу, чтобы он был счастлив не меньше Изаны. Глупый Хамель, который желает счастья всем, кроме себя, тоже должен его обрести – и не имеет значения, проклят он или нет!»

Я хотела ответить, что это само собой разумеется. Но почему-то рот не открывался.

Хотя он вроде бы просто выдвинул такое предположение, Хамель говорил слишком уверенно, словно действительно был проклят. Это все его тон, в котором иногда слышалась некая двусмысленность. Вот и сейчас то же самое. Но почему он спрашивает таким печальным и отчаянным голосом?

Я думала, что, раз Хамель маг, он никак не может быть проклят. Но неожиданно возник вопрос: а не наложено ли на него какое-то проклятие?

– К-конечно. Вы забыли? Мы ведь обменялись рукопожатием и находимся в одной лодке.

– Этого достаточно. – Хамель ярко улыбнулся и просветлел лицом.

Похоже, мой ответ его полностью удовлетворил. Я недоумевала и хотела осторожно спросить у Хамеля, неужели он и правда проклят.

Однако он меня опередил и вновь заговорил:

– Если предпосылкой веры является магия, то я и правда необходим. Ведь никто, кроме меня, не сможет доказать, что магия существует.

– Да. Поэтому я сегодня и пришла к вам. Нет ли какого-то конкретного способа?

– Способа… – Хамель закусил нижнюю губу и погрузился в раздумья.

Если Хамель продемонстрирует магию перед Изаной, поверит ли Его Величество? Он говорил, что не верит в то, чего не видел воочию. Вероятно, у нас все же есть маленький шанс.

Есть ли способ помочь Изане обрести стопроцентную веру и в магию, и в людей? Я нахмурилась и шумно выдохнула. Это явно не тот вопрос, с которым моя голова могла справиться.

– Как насчет того, чтобы я показал магию непосредственно в присутствии Его Величества? – Хамель тоже не придумал ничего гениального.

Он предложил тот же способ, о котором думала я.

– Вы ведь никогда не творили магию перед Его Величеством?

– О нет, никогда, госпожа Джинджер.

– Какую магию нужно показать, чтобы сразу поверить?