— Ух ты, — промолвила Мэдисон, временно не в силах больше ничего сказать, и погладила его подбородок, покрытый легкой щетиной. Брок нахмурился.

— Это было слишком искренне?

— Нет, вовсе нет. Ты мне тоже очень нравился в школе, но ты тоже казался недосягаемым. Я не знала, что медведи заинтересованы в свиданиях с людьми.

— Я тебе нравился? Я понятия не имел. — Глаза Брока были полны удивления, когда он наклонил голову и увлек Мэдисон в нежном поцелуе. Она вздохнула, крепко обнимая его, волны блаженства прокатились по ее телу.

Казалось, прошло несколько часов, прежде чем они отстранились друг от друга. Уже темнело, и парк купался в пурпурном свете сумерек.

— Наверное, нам надо встать со снега. Ты, должно быть, замерзла, — сказал Брок, и в его глазах мелькнуло чувство вины.

— Нет, совсем нет. Ты согревал меня, — ответила Мэдисон, хватаясь за воротник его пальто. Он осторожно слез с нее и протянул руку, чтобы помочь ей подняться.

— Подожди! — крикнула она, пытаясь опрокинуть его на спину без особого успеха. — Снежные ангелы!

Брок рассмеялся.

— Ты серьезно?

— Ну конечно!

Мэдисон задвигала руками вверх-вниз по снегу. Он смотрел на нее, как зачарованный, потом пожал плечами, лег рядом и сделал то же самое.

Наконец она вскочила на ноги и протянула ему руку. Они осмотрели свою работу.

— Довольно хорошо, — произнес Брок и нежно стряхнул снег с девичьей спины.

— Ага. Хотя мой ангел выглядит до смешного маленьким рядом с твоим, — промолвила Мэдисон, глядя на него. Он ухмыльнулся, обнял ее за плечи и поцеловал в уголок глаза.

Они вместе вышли из парка, и Брок обнял ее. Ей казалось, что она на седьмом небе, когда они вышли на главную улицу, и несколько человек с любопытством посмотрели на них. Мужчина обращался с ней так, словно она принадлежала ему, и ей это нравилось.

Когда они приблизились к ее дому, Мэдисон на мгновение пожелала, чтобы дома больше никого не было. Она хотела, чтобы там были только она и Брок, прижимающиеся друг к другу перед камином, целующиеся часами. Она открыла дверь, ожидая, что ее встретят голоса и суета. Но все было тихо.

— А где все? Не могут же они все еще гулять, верно?

Они прошли на кухню. На столе лежала записка:

«Мы все ушли к Карен на пару часов. Мы дадим вам знать, когда ужин будет готов. Целую и обнимаю. Мама».

— О, благослови их Господь, — усмехнулась Мэдисон. — Должно быть, они увидели нас и решили, что нам не помешает уединение.

— Я не знаю, радоваться мне или смущаться, — сказал Брок низким и рокочущим голосом.

— Аналогично. Но так как камин в нашем распоряжении, мы, вероятно, должны извлечь из него максимум пользы. Как насчет того, чтобы сделать нам по горячему шоколаду, чтобы согреться?

— Звучит замечательно.

Мэдисон ожидала, что он пойдет и посидит у огня, пока она поставит кастрюлю на плиту, но вместо этого Брок подошел сзади и обнял ее за талию.

— Ты такая красивая, Мэдисон, — промолвил он, покрывая поцелуями ее макушку. Она сдержала вздох, эйфория снова наполнила ее вены. Она немного откинулась назад, позволяя ему поддерживать ее вес, наслаждаясь ощущением защищенности.

Шоколад был готов, она разлила его по двум кружкам и посыпала корицей. Напиток был густым, ароматным и вкусно пах. Они прошли в гостиную, Брок обнял ее за талию, как будто не хотел расставаться с ней. Мэдисон подбросила дров в огонь и, присев на диван, он притянул ее к себе, как нечто ценное, что ему нужно было обнимать и оберегать. Когда тепло от огня согрело их тела, они целовались снова и снова, сначала медленно, исследуя губы друг друга, их руки нерешительно лежали на бедрах и талии. Но вскоре они уже не могли сдерживать свой голод, и их языки обрушились друг друга, а пальцы хватали друг друга за одежду. Брок просунул руку под свитер Мэдисон и коснулся обнаженной кожи на пояснице, она вздрогнула. Он продолжал продвигаться, пока не добрался до бретельки лифчика, и тогда она выгнула спину, ощущая, как ее соски затвердели и прижались к белью. До сих пор она прикасалась к Броку сдержанно, заставляя себя чувствовать невероятные выпуклые мышцы его бицепсов под рубашкой, но теперь ее рука скользнула под рубашку, и Мэдисон почувствовала его пресс. Мускулы Брока дрожали под кончиками ее пальцев, как волнообразные горные хребты. Постепенно ее рука двигалась выше, пока не соприкоснулась с его грудью. О боже мой. Она никогда раньше не ощущала настоящих грудных мышц. Дигби был стройный, но не тягал железо. И она знала, что мускулы Брока были естественными, отточенными от охоты в его медвежьей форме и физического труда в его человеческой, что было гораздо, гораздо сексуальнее, чем быть спортивным кроликом. Когда кончик ее пальца коснулся его соска, он втянул воздух сквозь зубы, и его руки впились в бедра Мэдисон, притягивая ее ближе. Теперь она оказалась сидящей у него на коленях и чувствовала, что он возбужден. Это открытие усилило ее собственное возбуждение, и покалывание расцвело между ее бедер, быстро превратившись в глубокую боль. Губы Брока переместились с ее губ на горло, осыпая легкими поцелуями и облизываниями, медленно сводя с ума. Она жаждала, чтобы он снял с нее одежду и поцеловал ее обнаженную.

— Мэдисон, я хочу тебя так сильно, — пробормотал он, мурлычущим голосом. Она отстранилась и выдержала его взгляд. В его глазах была такая страсть.

— Мм-м, я тебя тоже, — ответила она, прикусив губу. Они только что встретились — снова, — но она чувствовала, что они так много разделили за прошедший день. И это было так правильно. — Может, переместимся наверх? — прошептала она.

— Да, — тут же ответил Брок. Они отхлебнули горячего шоколада и захихикали. Он давно остыл. Затем Брок подхватил Мэдисон на руки.

— Я слишком тяжелая... — начала она, но потом вспомнила, как легко он нес ее, будучи медведем, и каким высоким и сильным было его тело.

Он нес ее вверх по лестнице быстрыми, атлетическими шагами, останавливаясь, чтобы поцеловать на полпути.

Мэдисон была рада, что ее спальня была такой уютной и гостеприимной, с мягким кремовым одеялом на кровати. Брок усадил ее на постель и опустился на колени. Взявшись за низ ее свитера, он приподнял его вместе с футболкой, которую она носила как дополнительный слой под ним. Девушка затаила дыхание, внезапно занервничав, но он издал глубокий вздох благодарности, когда девичей мягкий живот и большие груди открылись его голодному взгляду.

Брок отбросил одежду Мэдисон в сторону,