- Что же ты, девица, в самом деле тут решила остаться? Али слов моих не слышала?

- Слышала, княже, - произнесла я уже заплетающимся языком. – Да только нельзя мне домой возвращаться. Если выживу я и в сегодняшнюю ночь, то отправят они сюда, на погибель верную, сестрицу мою, Желану. Так что уж лучше я, чем она.

Нахмурился Мороз-княже, и было тут отчего.

- Опять, говоришь? То-то мне чудится, что знакомо лицо твоё. Значит, не впервой тебя сюда, в лес, на верную смерть отправили?

Я молчала, не зная, что сказать, не зная, признаться ли ему или нет в том, что я и не Дарья вовсе. Но княже, не дождавшись ответа, продолжил:

- Была здесь совсем недавно девица, один в один, как ты. Да только умерла она, замёрзла. Я её похоронить хотел, да пока за санями ходил, исчезла она…

- Это я и была… только не совсем я, - ответила я в его стиле – запутанно да загадкой, но не специально, само так получилось.

- Это что же получается… мертвячка ты?! -  в глазах его в тот миг отразилось смятение и недоверие, и как-то по-другому взглянул он на меня в тот миг.

- А уже это не так и важно… - тихо ответила я, понимая, что вот-вот отключусь. – Ежели и жива ещё, то уже ненадолго…

- Ничего не понимаю… - пробормотал себе под нос Мороз-княже. – Да как такое вообще возможно?..

Я не ответила, понимая, что сознание моё уплывает в заоблачную даль, словно я засыпала, убаюканная самим холодом. И в следующий миг я почувствовала, как сильные руки подхватывают меня, не давая упасть в снег, а тихий голос шепчет прямо на ухо:

- Держись, девица, нам с тобой ещё потолковать кое о чём надо…

Глава 18

 Хорошо лежать в мягкой постели, когда на улице вьюга воет да метель заметает так, что в трубе слышно. Вдвойне хорошо, когда постель та мягка да свежа, и тепло в ней так, словно лето на дворе красное, а не самый разгар зимы. Тело чувствовало приятную расслабленность, и просыпаться вовсе не хотелось. Но я уже выспалась, а, значит, и лежать долго бы не смогла. А потому я улыбнулась, потянулась, да и вскочила, как ошпаренная! Не моя это была постель! Да и изба тоже не моя…

Нет, к тому, что я попала в другой мир, в далёкое прошлое, да ещё умудрилась чужое тело захапать, я уже привыкла. Но сейчас я была вовсе не в доме, в котором когда-то жила Дарья со своей семьёй. Неужели меня опять куда-то занесло? Неужели я опять заняла чьё-то мёртвое тело?!..

Страх испытать всё заново был настолько силён, что я принялась рассматривать свои руки, и с облегчением поняла, что я по-прежнему та, которую тут все знают как Дарью. Ну хоть на том было спасибо!

А чуть позже я вспомнила и страшный обряд, который старейшины деревни провели накануне уже во второй раз. И заплаканное лицо сводной сестры Дарьи, что должна была стать новой жертвой, выбранной в угоду старым традициям нашей деревни. И то, как я отправилась в лес вместо неё.

А после…

Мороз-княже! Я же видела его, разговаривала с ним… Пока сознание от холода не потеряла. Неужели он и впрямь существует?! Или же привиделось это мне всё, когда сознание помутилось?! Но тогда, где я сейчас находилась? И почему по-прежнему была жива?

Столько вопросов, на которые мне не терпелось получить ответы! Проснувшись окончательно и отбросив в сторону лёгкое пуховое одеяло, я обнаружила себя в ночной рубахе, тоже не моей. Кто, интересно, меня раздел да в постель уложил? Не сам ли князь?..

От одной мысли об этом щёки мои вспыхнули алым, и всё же я попыталась держать себя в руках. Пусть даже и он, что в том было дурного? Оказать первую помощь, пусть и девице, это дело благородное. А то, что он на неё мог «насмотреться» за это время, так это всё мелочи…

Но щёки продолжали пылать, а я стыдливо представлять, как этот огромный мужчина сначала шубу, а после и платье с меня стаскивает. Сделалось дурно, но не от того, что воображение моё было настолько стыдливым, нет. Напротив, отчего-то захотелось мне, чтобы так оно и было, вспомнив ярко-синие глаза Мороза-княже.

Ну, что сказать, богатырём он был видным, брутальным, и хоть мне, к стыду или чести – не знаю, какой вариант здесь больше подходил, даже в прошлом моём теле с мужчиной быть не доводилось, но чувствовала я в нём то незримое, что привлекало всех без исключения женщин во все времена. И хоть жених мой, Ратимир, тоже был высок да крепок, и на лицо мил, но всё же к нему я не испытывала и толики того, что даже в мыслях вызывал во мне Мороз-княже.

Конечно, в таком виде неприлично было по чужому дому расхаживать, а потому я поискала глазами свою одежду, а заодно осмотрелась в опочивальне. Да, не простой избой оказался этот дом, по убранству более похожий на княжеские хоромы. Не в том смысле, что излишеств здесь было много – их как раз не было, всё как везде, да только сама атмосфера здесь была иной, да и дышалось даже легче, чем дома. Потолки были высокими, а сама комната просторной, кровати и столы друг на дружке не стояли, а потому и воздуха как будто было больше, и светлее просветы. В углу стояла небольшая русская печка и в ней сейчас, потрескивая, догорали берёзовые дровишки, даря тепло и согревая комнату настоящим живым теплом. Понаблюдав немного за завораживающей пляской огня, я принялась дальше исследовать новую для меня территорию.

Мебель как на внешний вид, так и на ощупь, оказалась добротной, покрытой каким-то веществом, похожим на лак, а потому блестела, словно смола на солнце. Но пахло от неё хвоей, как будто я сейчас в летнем лесу находилась, а не в избе.

Одежда моя нашлась неподалёку, аккуратно сложенной на деревянной перекладине, вероятно, служившей здесь подобием вешалки, а потому совершенно не помялась. Одев рубаху и сарафан, натянув шерстяные чулки и обувшись в сапожки – всё равно у меня с собой больше ничего не