своим меркам проспала: когда она открыла глаза, часы показывали без пяти восемь. Снизу слышались голоса, значит, несмотря на субботнее утро, члены семьи уже встали. Не то что она, соня. Ой, ее же в десять часов Василь ждет.

Кубарем скатившись с кровати, она быстро привела себя в порядок и застыла перед шкафом, куда повесила привезенную одежду, неожиданно для себя заморочившись с выбором, что надеть. В обычный день она, не думая, натянула бы привычные джинсы и футболку, но, во-первых, после вчерашнего лазания по деревянным мосткам джинсы было бы неплохо постирать, а во-вторых, для похода в гости ей хотелось выглядеть женственно и, по возможности, стильно.

Выбор пал на длинную юбку из тонкой вискозы в мелкий цветочек, однотонную легкую кофточку из шитья и удобные балетки. Мило, хотя, что уж греха таить, совершенно не современно. Катя бросила последний взгляд в зеркало, вздохнула над собственным несовершенством и спустилась вниз.

На кухне обнаружилась вся семья Гордеевых, а также Дмитрий Макаров и еще один мужчина, незнакомый, но довольно сильно на Дмитрия похожий. Видимо, тот самый брат-полицейский.

– Знакомься, Катенька, это Евгений, брат Дмитрия, – подтвердила ее догадки Татьяна Михайловна. – Заглянули по-соседски. У Евгения есть к тебе вопросы.

Катя даже растерялась немного. Вопросы? К ней? У полиции? Но она же ничего не сделала. Она вообще самый законопослушный человек из всех, кого только можно представить.

– Здравствуйте, – промямлила она и, тут же рассердившись на себя, гордо и независимо вскинула голову.

Нечего ей бояться. Да и вообще, она никогда не боялась полиции, потому что все работающие там люди в какой-то степени являлись папиными коллегами.

– Доброе утро. – Евгений Макаров смотрел на нее слегка скептически. Или ей показалось? – Значит, вы и есть та самая Катя, которая вчера ни с того, ни с сего отправилась осматривать место происшествия, не имея на это никаких прав?

Так он еще и наезжает?

– Место происшествия? – осведомилась она максимально невинным голосом. – А когда обычная поселковая улица, точнее, даже не улица, а задворки успели получить такой статус? Территория не огорожена, так что я просто гуляла.

Макаров-младший тяжело вздохнул.

– Грамотная, значит? Бывает. Место происшествия приобретает такой статус с момента, когда на нем обнаружены следы совершённого преступления. К ним относятся труп и части трупа, спрятанное преступником оружие или похищенное имущество. В данном случае игрушка исчезнувшего ребенка вполне может квалифицироваться в качестве следа преступления. Даже если оно само и произошло в другом месте. И вы, уважаемая, нарушили картину места происшествия. Изъяли оттуда предмет – детскую игрушку. Нехорошо. Если уж вы такая глазастая, то надо было ничего не трогать, а вызвать полицию.

– Изъятие предметов с места преступления допускается только в рамках возбужденного уголовного дела, – сказала Катя сквозь зубы. – Предметы могут быть признаны вещественными доказательствами лишь на этой стадии. Насколько мне известно, уголовное дело не возбуждено.

Макаров-младший снова вздохнул.

– Ну, во-первых, согласно части второй статьи сто семьдесят шестой УПК РФ, осмотр места происшествия может быть проведен до возбуждения уголовного дела, в случаях, не терпящих отлагательства. А во-вторых, дело возбуждено. В Российской Федерации уголовное дело по факту пропажи ребенка могут возбудить сразу же после обращения родителей.

– С каких это пор? Разве не надо ждать три дня? На случай, если человек вернется сам.

– Нет, не надо. Еще в две тысячи пятнадцатом году Следственный комитет, Генпрокуратура и МВД разработали совместный приказ, которым утвержден порядок действий при пропаже людей. Да, исчезновение – не преступление, поэтому не имеет отношения к полиции. Однако заявление о пропаже человека в органах принимают сразу, вне зависимости от места жительства. Дежурный уточняет обстоятельства пропажи, информирует следователя и направляет оперативную группу для осмотра места происшествия. Если речь идет о взрослом человеке, то уголовное дело возбуждают только при наличии признаков преступления. А вот если речь идет о ребенке, то дело об убийстве заводят сразу. Это позволяет запрашивать информацию у сотовых операторов и подключать к поискам как можно больше людей. Мера, конечно, противоречит уголовно-процессуальному законодательству, но помогает спасти жизни, ведь первые двое суток – самые важные в поисках. Если в ходе расследования выясняется, что в отношении ребенка совершили какое-то другое преступление, статью переквалифицируют. А если его находят живым и здоровым, дело прекращают. Вы этого не знали?

– Нет, но это неважно, – заметила Катя. – Если все так, как вы говорите, то, тем более, осмотреть зады дома Марковых должны были ваши сотрудники, а не я. Но полиция этого не сделала. Вы правы – не я должна была обнаружить место, в котором похититель перелез через забор, чтобы остаться незамеченным. Не я должна была определить, что он увел Лизу через заднюю калитку, украв для этого ключ из дома. И не я должна была обнаружить эту чертову Лабубу.

– Один – один, – заметил Евгений Макаров и поднял руки, словно сдавался на милость победительницы Кати. – Сотрудники местной полиции действительно сработали не очень расторопно, из чего будут сделаны соответствующие выводы. Мой брат уже поставил мне на вид, я подключился к делу сегодня утром, так что обещаю вам, что приложу все силы.

Катя не понимала, он говорит серьезно или шутит. И ее это нервировало.

– Однако признайте, что вы не должны были уносить найденную игрушку. Это неправильно. И вы, как дочка сотрудника уголовного розыска, не можете этого не понимать.

Ух ты, значит, Татьяна Михайловна уже успела посвятить этого человека в подробности Катиной биографии. Впрочем, это и понятно. Он же должен понимать, с кем имеет дело. А то, чего доброго, решит, что внезапное появление в Излуках постороннего человека может иметь отношение к исчезновению Лизы.

Что ж, Катя понимала, что действительно поступила неосмотрительно. И что теперь делать? С места преступления она забрала не только Лабубу, но и три других предмета, которые могут оказаться уликами. Признаться и получить новую порцию насмешек? Или не признаваться, поскольку найденные «артефакты» вполне могут оказаться обычным мусором? Она не успела принять решение, когда Евгений Макаров встал из-за стола.

– Пойдемте, покажете мне, где именно вы нашли куклу.

– Женя, дай девочке хотя бы позавтракать, – запротестовала Татьяна Михайловна.

– Ничего страшного, я потом поем, – успокоила ее Катя. – Я же понимаю, что товарищ… вы в каком звании?

– Подполковник.

– Я понимаю, что товарищ подполковник занят. И мне очень хочется сделать все, чтобы Лиза поскорее нашлась.

– Всем этого хочется, – вздохнула тетя.

У Кати была еще одна причина остаться без завтрака, которую она предпочла не озвучивать. Она не знала, сколько времени займет их с Макаровым-младшим поход к злополучной