колодцы в центре. Вода… она пахнет миндалём и гнилью.

Миндаль. Синильная кислота. Или магический яд на основе трупного яда.

Ну, меня радует уже то, что мои бойцы стали стрелянными воробьями, они сначала думают, а потом делают.

— Отравлены?

— Да, ведьма говорит, что яд. У нас одиннадцать колодцев и все до единого отравлены. Я поставил там часовых, объяснил ситуацию, чтобы отгоняли и местных, и наших. Часовые из орков, чтобы с умарцами не возникли трения.

— Мудро. А вот то, что Назир отравил колодцы… Это же он, больше некому.

— Ну, мы этого точно не знаем, — пожал плечами Зойд.

— Да он это. Собака бешеная. Знал, что если мы будем выполнять приказ, сюда и придём. А бруосакцы тащили сюда гарнизон, они бы не стали. А вообще, застрять в осаде без колодцев — это такое себе…

Пыль и хаос на улицах Фелька медленно оседали.

Пыль от взрыва участка стены покрывала брусчатку серым налётом, которая сотнями ног перемешивалась в грязь.

Я неспешно брёл в центр. Город небольшой, идти было близко. За моей спиной маячил Иртык.

Принц Ги сидел прямо на ступенях ратуши. Его дорогой доспех получил пару царапин, лицо покрывала корка из пыли, крови и пота. Он улыбался, глядя в направлении ворот и пролома, чья баррикада удержала нападение.

— Мы сделали это, герцог Рос, — выдохнул он, заметив мой взгляд. — Успели, мы в безопасности.

Я кивнул, не разделяя его восторга.

Победа в битве и победа в войне — это разные вещи. Мы выиграли тактический раунд. Но стратегическая карта всё ещё пребывала в хаосе.

Нам нужна была еда. И вода. Много воды.

Рядом, как чёртик из коробочки, появился Кройчл. В сражении он не путался под ногами, помогал магам, но основная польза от него — не вредить.

— Ну что, герцог? — молодцевато посмотрел он на меня. — Займём оборону и будем ждать новых приказов штаба.

— В гробу я видел штаб, в белых тапках, — ответил я ему.

Принц Ги улыбнулся. Общаясь со мной какое-то время, он успел понять и даже где-то перенять мой характер, в том числе то, что я не боюсь опасностей, но и не склонен к эйфории.

— В чём дело, генерал? — Кройчл сделал надменное лицо. — Мы с Вами, хоть и с опозданием, прибыли в город. Выполнили приказ. Что заставляет Вас усомниться в мудрости Генерального штаба?

— Да вот кое-что заставляет.

Я кивнул орку, который по приказу Зойда дежурил у колодца. Колодец на центральной площади был самым большим и до недавних пор был украшен кованными фигурками, которые сейчас были варварски вырваны, некоторые так и валялись на брусчатке, другие унесены.

Сделали это, без сомнения, маэнцы.

Думая об этом, я отметил для себя, что так и не начал считать себя маэнцем, более того, Штатгаль себя воспринимал как нечто обособленное от Маэна.

— Набери полведра воды, друг-орк, — попросил я бойца.

Кройчл фыркнул. Ему, как и в первый день, претило моё панибратское отношение с «солдатнёй». Не понимает он, дуралей, что я с этими солдатами в одном строю не раз стоял. И дистанцируюсь я от аристократов, причём по очень конкретным причинам. Например, этой воды.

Боец принёс мне ведро, там даже оказалась кружка.

— Не желаете воды, барон? — спросил я Кройчла, набирая кружку.

Кройчл принял воду, но посмотрел на меня и кружку с подозрением.

— Что вы хотите этой водой до меня донести, герцог?

— Я хочу? Вы её понюхайте. А ещё лучше примените магию. Вы же маг, верно?

Кройчл кружку принял, и посмотрел.

— Хорошая вода, — он осёкся. — Демоны второго круга… Рос, она пахнет! Едва уловимый, сладковатый аромат. Он напоминает запах дорогой выпечки. Или косточек.

Он поставил кружку и стал делать сложные пассы руками. Потоки энергии устремились от его пальцев к воде и та стала тёмно-серой.

— Да это же «Сердцестой»! Это яд, Рос!

— Да что Вы говорите, Кройчл? Точно, яд! А я-то, дурак, Вам попить налил. Но, быть может, Вы ошиблись, барон?

— Нет никакой ошибки, — нахмурился он. — Это воду нельзя пить. Пары глотков достаточно, чтобы убить взрослого мужчину. Полкружки гарантированно умертвят лошадь. Этот колодец надо засыпать, а не воду из него пить.

— Погодите, Вы хотите сказать, что Его величество король Назир дал приказ Штатгалю и союзникам умарцам двигаться сюда, а не дождавшись нас, покинул город, разграбил и отравил колодцы. Зная, что мы на подходе? Неужели он хотел смерти Вашей, моей или моих воинов?

— А другие колодцы? — с надеждой спросил маг.

— Аналогично. Все колодцы в городской черте.

Принц Ги с любопытством переводил взгляд с Кройчла на меня и обратно.

— Эрик узнает об этом! — Кройчл повысил голос, хватаясь за последний аргумент как за соломинку. — Такого не может быть. У меня есть амулет связи! Я доложу в штаб!

— Ваше право, Кройчл. Воды нет у Вас, воды нет у нас. Помните, я говорил, что мы в одной лодке? Мудрость эта начинает до Вас доходить?

Кройчл бросил взгляд на принца Ги. Принц был спокоен как слон, на его лице была абсолютная уверенность, что мы разберёмся и Его королевскому высочеству ничего не угрожает.

— Эрик, — повторил я его слова, пробуя их на вкус. — Ты думаешь, Эрик не знает?

Кройчл моргнул:

— О чём?

— О том, что склады пусты. О том, что вода отравлена. Ты думаешь, это случайность, барон? — мой голос был тихим, предназначенным только для него. — Ты думаешь, провизии нам не оставили случайно? Случайно закинули мешки с ядом?

Кройчл отступил на шаг.

— Это… это ошибка… — пробормотал он. — Эрик — мой друг и начальник…

— Он — глава разведки, — отрезал я. — У таких людей нет друзей. У них есть инструменты и цели. Вы, Кройчл, инструмент. Вас можно списать. А я скорее цель, которая начинает быть опасной и вредной. Подумайте над этим, а мне надо решать проблемы с водой.

— Водой и едой? — тихо спросил Кройчл.

— Жратвы у нас полно, просто Ваш босс об этом не знает. Мы можем тут пару лет протянуть, если бы не война. А вот запасы воды и дров крайне ограничены. Мы истратили дрова на Табуньем острове.

Глава 8

В осаде

Городская ратуша была на возвышенности.

Окно личного кабинета мэра выходило на запад, прямо на пылающий закат. Стекло было грязным, его давно не мыли, но даже через него я видел огни.

Сотни костров.

Они зажглись в сумерках, опоясывая город плотным кольцом. Бруосакская армия устраивала шоу. Демонстрацию силы. Каждый костёр был сигналом: «Мы здесь. Мы ждём. Вы