Красавица, ничего не скажешь. Не знаю, как фигура, в этой дурацкой форме не поймёшь, но характер как у бойца.

— Это я тот самый, — не сдержал я улыбки.

Конечно, обстановка не позволяла улыбаться, кругом стонут раненые, а я тут улыбаюсь как идиот. Впрочем, вскоре сделал серьёзное лицо и стал помогать людям, стараясь не обращать внимания на девушку. Сам не знаю, почему так среагировал, может, у меня просто давно никого не было, вот и заинтересовался. Она так и не уходила, пока внутрь не занесли последнего пострадавшего, после чего подошла ко мне.

— Большое спасибо, руки очень сильно болели, — улыбнулась она мне. — Даже не знаю, как теперь без них.

Девушка несколько секунд помолчала, а потом уселась на пыльную землю и зарыдала. Горько, как ребёнок, всхлипывая и жалуясь на свою нелёгкую судьбу. Я уселся рядом и обнял её, но сидеть со мной в обнимку она не пожелала, тут же вскочила на ноги и убежала в здание.

— Нужно ехать, — ко мне подошёл Звягинцев. — Сегодня работы больше не будет.

— Не перетрудитесь, — проворчал я.

Всю дорогу ехали молча, а когда голодные и уставшие добрались до своего барака, я принял решение.

— Товарищ капитан, прикажите своим людям привезти завтра эту девушку ко мне, — попросил я. — Если не затруднит.

— Зачем? — Удивился мужчина.

— Помочь ей хочу, зачем же ещё?

— Так ты ведь ей уже помог, — напомнил сотрудник НКВД.

— Она лишилась рук, хочу исправить этот недостаток.

— Значит, ты и это умеешь делать?

— Умею, — кивнул я. — Только дело это очень трудное и долгое.

— Насколько долгое? — Уточнил капитан.

— Не знаю, как пойдёт. Не всё от меня зависит, но на пару недель точно.

— Исключено, — заявил мужчина. — У нас завтра другая задача, таких инвалидов сейчас много, идёт война. Ничего, как-нибудь приспособится.

— Вот оно как? — Ухмыльнулся я и тут же начал злиться. — Значит, завтра у вас какая-то другая задача? Замечательно, ну вот и выполняйте эту задачу, а мне как раз хотелось отдохнуть. Вкалываю без выходных, куда это годится.

— У тебя тоже будет задача, — капитан уставился на меня, как будто хотел прожечь дыру.

— С чего это? Кто за меня стал решать, какие задачи мне выполнять и что делать?

— Советский Союз решает за всех, — сообщил мне капитан. Он уже изрядно покраснел и с трудом сдерживался от злости, ещё и моя улыбка его бесила.

— Я гражданин не вашей страны и не твоя ручная собачонка, так что можешь со своими задачами катиться куда-нибудь подальше и забери с собой свою свору.

— Не забывайся, Константин Сергеевич, — сухо произнёс командир. — Ты сейчас находишься в подвешенном состоянии. Мы пока не решили, нужен ты нам или нет.

— Даже так? — Я не сдержался и громко расхохотался. Юра, слушавший наш разговор, тоже не сдержал смеха, остальные были предельно серьёзными. — Позвольте поинтересоваться, а кто у вас решает, нужен я или нет? Это что за идиот? Или моей помощи огромному количеству раненых бойцов недостаточно, чтобы понять, что я очень полезный человек?

— Ты должен помогать раненым. А пока будешь капризничать, они из-за тебя будут умирать, — капитан проигнорировал мой вопрос и вроде даже немного успокоился.

— Это не из-за меня, — усмехнулся я. — Или ты считаешь, что эту войну начал я? Юра, может, это ты людей крошишь? Нет? Ладно, хватит заниматься словесной пикировкой, завтра у меня выходной. А что до раненых, лечите их сами, врачам своим везите, мне требуется отдых.

Глава 12

Просыпаться я научился рано без всяких сигнальных кругов. В последнее время сигнальный круг вообще не ставил, из-за него не высыпался. Дело в том, что вокруг дома постоянно бродили часовые, они то и дело пересекали круг, он подавал мне сигнал, я просыпался, убеждался в том, что всё в порядке и снова засыпал, и так несколько раз за ночь. В общем, отказался от него, не в тылу врага находимся, не думаю, что ночью ко мне сможет кто-то пробраться, по крайней мере, не убив часовых, а их тут хватало.

Приезжали за мной тоже ранним утром, как правило, уже все были готовы к отъезду. Только на этот раз вставать не собирался, не посчитал нужным. Вроде оказывал помощь от чистого сердца, а на мою небольшую просьбу наклали с горкой, поэтому я решил местным властям тоже показать свой гонор, уже сели на шею, а это очень плохо. Юра тоже встал, но когда я махнул ему рукой, он снова улёгся на кровать, чтобы меня не беспокоить.

Видимо, прибывшие сначала ждали, когда я выйду, после чего в дверь требовательно постучали.

— По башке себе постучите, — посоветовал я. — Тут вообще-то люди отдыхают.

— Доброе утро, — услышал я голос капитана. — Поднимайтесь, привезли.

Пришлось вставать, а когда я открыл дверь, то увидел за дверью капитана, а рядом с ним перепуганная безрукая незнакомка. Её можно понять, отношение простых граждан к сотрудникам НКВД не совсем однозначное, особенно если они тебя неожиданно забирают и куда-то везут без объяснения причин.

— Вот видите, товарищ капитан, — улыбнулся я, — совсем же несложно. Маленькая и абсолютно пустяковая просьба, стоило ли из-за неё вести столько ненужных разговоров?

— Сколько дней вам нужно? — Спросил мужчина.

— Не знаю, — вздохнул я. — Не всё от меня зависит, говорил же.

— Хорошо, — кивнул сотрудник НКВД. — Дашь знать, когда освободишься, другим раненым тоже помогать нужно. Хотя бы ориентировочно скажешь, через сколько дней закончишь лечение?

— Погоди, так ты думаешь, что я её непрерывно лечить буду? — Усмехнулся я. — Через полчаса освобожусь. Просто из-за твоих вчерашних капризов позавтракать не успел.

После моих слов мне показалось, что капитан меня ударит, по крайней мере, попытается это сделать, но сотрудник сдержался. Сам виноват, что всё за меня решил, будто я себе на несколько дней работу нашёл. На самом деле это не так, мне нужно всего пять минут на магический процесс, ну а дальше моя прекрасная незнакомка будет копить силы и жирок. Да, кстати…

— Прошу прощения за мою невоспитанность, — растянул я губы в улыбке, посмотрев на девушку, которая с непониманием смотрела