— Губитель, — постановил Нрэн, у него никаких сомнений относительно причастности расчлененного черного бога к загадочной эпидемии, опустошившей урбо-мир, не осталось. Элия и Элегор кивнули, соглашаясь.

— А ведь, правда, Хранитель одним из первых слег и мастер Диджон, что столбики у ниши ставил! Вы думаете, старый воздух или короб в нише ту самую заразу жуткую содержал? Как с гробницами древних царей Нувардасихов, от которых археологи умерли? — догадался Микал, расслышавший слово принца.

— Что-то вроде того, — согласился Элегор. Губителя вполне можно было именовать «жуткой заразой» без риска прослыть вруном.

— Скажите, а вы сами ничего не брали из той ниши? — продолжила «допрос» богиня.

— Только по щепочке в ладанку Светоносного на память и для молитвы за невинную детскую душу, — смущенно покаялась женщина.

— Думаешь, гроб был защитой, как персты на саркофаге у Рассветных Щитоносцев? — призадумавшись, обратился герцог к подруге.

— Не исключено, поэтому его частицы смогли защитить от влияния недуга носителей, — вывела закономерность принцесса.

— Вот почему осветители уцелели, — резюмировал герцог.

— В щепах короба содержалось лекарство? — из разговора богов смертный мужчина вычленил главное и ужаснулся: — Мы могли спасти всех, если бы вовремя догадались?

— Не лекарство, скорее защита и на всех бы ее все равно не хватило, — поправила его принцесса. — Вам не стоит себя обвинять, напротив, порадуйтесь собственной удаче. И проводите нас, пожалуйста, в подземелья к разбитому коробу.

— Откуда вы все знаете? Кто вы? Вы из СпецРУ? — подозрения смертных всколыхнулись с новой силой.

— Кто мы и откуда не важно. Важно другое, мы хотим убедиться, верно ли определили источник заражения и, возможно, только возможно, попробовать устранить действие «заразы», — ответила Элия, как наиболее безобидной внешне боги оставили право солировать ей, утишая тревоги людей.

Она не использовала ни давления, ни внушения, смертным и так довелось испытать не мало. Простой логичной просьбы должно было хватить. Микал и Гилера согласились проводить богов, немного испуганные, подозрительные, но большей частью все-таки заинтригованные и переполненные радостным возбуждением. У этих троих, загадочных, неизвестно откуда взявшихся мужчин и женщины оказались ответы на вопросы, мучившие осветителей все дни на протяжении эпидемии и после нее. Наверное, лишь глубокая вера помогла им сохранить рассудок в эти жуткие времена, и именно она сейчас двигала людьми, провожающих богов в подземелья, где хранились мощи знаменитых добродетельных Святителей.

Спуск вниз и движение по коридорам в свете тусклого аварийного освещения оказались краткими. Люди не обманули, нужная ниша располагалась практически под центром храмовой залы лавры. Скорее всего, совсем неспроста. Уже на втором пролете лестницы Нрэн сделал пару глубоких вдохов, втягивая воздух, и заявил:

— Тот непонятный запах — ЕГО кровь. Здесь чувствуется яснее.

— Значит, теперь она повсюду, разлетелась мельчайшими частицами по всему миру, неся погибель, — нахмурилась принцесса.

— Почему? — озадачился герцог.

— Что почему? — переспросила Элия.

— Почему у Обители щитовников это не сработало так, как здесь? Он набирает силу? — уточнил вопрос Элегор.

— Или сменил тактику? — выдвинул свою версию Нрэн.

— Наверняка не скажешь. Да, бойни за кусок тела не было, забрали по-тихому, но зато жертв куда больше. Возможно здесь, в урбанизированном мире, лишенном мощного покровительства богов и Сил, мощь Губителя просто проявляется иначе? — задумалась принцесса, машинально вкладывая пальцы в ладонь Нрэну, традиционно помогающего кузине окончить спуск с последних ступеней лестницы. — Да деяние масштабное, но сотворенное сознательно или нет — неизвестно.

Элегор, несмотря на серьезность момента, не удержался от смешка, уж больно потешным было благоговейное изумление смертных не столько странной беседой богов, сколько этим естественным для лоулендцев жестам.

— Вы не из СпецРУ, — одними губами прошептала Гилера, не зная, что и думать, а только в глазах зажглась тоска по чему-то утраченному и недоступному, гложущая тайно или явно души каждого в мире, забывшем богов и красоту.

— Вот ниша, — указал Микал, выполняя ту практическую просьбу гостей, которую мог, не пытаясь задумываться зачем.

Небольшая, скорее даже пещерка, чем ниша, освещенная единственным мигающим фонариком, была огорожена красным толстым канатом. Почему-то он напомнил Элии руку с содранной кожей. Внутри находился всего один экспонат, вернее, его целая часть и кусочки. Черные и светлые пластины дерева, пострадавшие, как совершенно определенно увидели боги не от падения стены. Ни одна каменная кладка, рухни она хоть с самолета, не смогла бы оставить таких следов. А вот демон криосагон — наверняка. Только замороженное дерево разлетается на такие осколки. Отпечаток присутствия Губителя, уже знакомый богам по оскверненным местам других миров, казался еще более явственным от того, что находится в мире урбанизированном, чуждом магической и божественной силе как таковой. Пожалуй, Лавра святого и короб, до сих пор слабо пульсирующий грубо разорванной на куски светлой аурой, были самым надежным из подысканных Силами хранилищ, но и она не сдержала Темного Бога.

— И что теперь? — спросил Элегор у принцессы. Слишком сосредоточенная на осмыслении того, что затеял с этим миром Губитель, она отстранено удивилась тому, как герцог спрашивал ее, будто ждал и рассчитывал на совет.

— Он не только травит, а еще и высасывает из мира силу живых. Через рассеянную в воздухе кровь он превратил измерение в гигантский жертвенник, — выдохнула потрясенная Элия.

— Это можно остановить? — уточнил Нрэн.

— Воздействие на целое идет посредством малого, устрани малое, и нарушится канал перекачки энергии, — начала рассуждать вслух принцесса.

— Как? — спросил, как отрезал воитель.

— Надо собрать кровь назад, — предложил герцог, от всей души жалея о том, что под рукой нет гигантского пылесоса.

— Каким образом? Это не вода, пролитая из чашки, да и «чашка» разбита, — Элия потерла подбородок привычным семейным жестом, не то чтобы признаваясь в беспомощности, скорее обозначая проблему, требующую решения. Вопрос, заданный вслух, звучит иначе, чем мысленно, да и советы родичей, пусть неверные, зачастую направляют мысль в нужном направлении.

— Восстановление формы зачарованного предмета не ведет к восстановлению функции? — с досадой процитировал герцог один из постулатов магии. Вручную собрать из щепок и обломков короб, разнесенный на куски демоном, и так было почти непомерной задачей, но даже подействуй в урбо-мире заклятье реставрации, что толку? Составленный из кусков гроб не восстановит своих свойств!

— Для зачарованных предметов — именно так, однако, — Элия перестала мучить подбородок и прищелкнула пальцами. Неожиданная улыбка просияла на лице богини, — для освященных реликвий — иначе! Есть шанс! Если частицы короба оказалось достаточно, чтобы оградить человека от недуга, возможно, он восстановит функцию в полном объеме!

— Допустим, короб вы почините, — поджав губы, констатировал Нрэн и скрестил руки. — А дальше, как собрать взвесь крови и воздуха?

— У меня все еще хранится меч