Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Пусть попробуют, — с угрожающими нотками проговорила Лекса.
— О, я знаю, что в наземном бою хомо Картеру Райли вряд ли найдутся соперники, — с хрустящими, словно разбившееся стекло, нотками проскрежетал крепак Уантеж, что, наверное, подразумевало смех. — Рапторианец Тиан До-шестой сообщил, что хомо Картер Райли в одиночку разобрался с охранно-боевым комплексом колонии Джуаланов на Агони. Это впечатляет. Признаться, когда наши встречаются с подобным безумием, они просто убегают, потому что такой комплекс спокойно сдерживает совокупный залп всех орудий боевого фрегата. Но проблемы могут прийти не только на земле, но и в космосе. Ваш рапторианский рейдер, конечно, высочайшего класса, но даже ему не справиться с более чем тремя пиратскими судами. А они у нас, поверьте, не уступают тем, что производят на Сидусе, а в чем-то и превосходят. Поэтому, хомо Лекса Шеппард, если рапторианец правильно передал мне ваше имя, не стоит быть воинственными, когда ситуацию можно разрешить мирно.
Это была самая длинная речь, которую я услышал от какого бы то ни было крепака за все время в космосе. Уантеж и правда был крепаком необычным, а осознание этого привело к озарению — крепак Уантеж! Это же вида своего первый у крепаков! Тот самый, которого вольтрон Слахфиир назвал в числе без вести пропавших вида своего первых!
Озарение заставило напрячься еще больше. Уантеж тоже может выполнять задание Разума — остаться последним вида своего первым.
— Картер, если позволишь без формальных обращений, твои люди могут зарегистрироваться и провести все торговые операции сами, я же приглашаю тебя пообщаться, — сказал крепак.
По моей команде понурый Тиан отправился за остальными. Правда, сначала долго извинялся и объяснял, как такое вышло, но его оборвал Уантеж. Прикоснувшись ко мне конечностью, он спросил:
— Как ты относишься к Разуму, Картер?
Я собирался сказать, что отношусь к нему нейтрально, как к высшей сущности, но внезапно для себя начал говорить совсем иное:
— Он меня бесит! Тоже мне, мать его, высшая сущность! Какого хрена он требует одно, просит другое и при этом делает все, чтобы помешать сделать то, что он хочет? Взять его задание с последним вида…
Крепак убрал руку, и я заткнулся. Да что на меня нашло?
— Так это и работает, Картер. Ты просто говоришь то, что у тебя на уме, выкладывая все. Мне остается только отфильтровать эмоции, так свойственные органическим существам, и выцедить факты. И поздравляю, ты прошел проверку.
Я посмотрел на него, понял, кивнул.
— Понимаю и Тиана не виню. Но он все равно получит от меня за излишнее рвение.
— Все потом, босс! — прошипел тот с потолка и исчез в синеве портала.
— Хорошо, — проскрежетал крепак Уантеж. — Тогда не будем терять времени. Хомо Лекса Шеппард, сразу после регистрации тру-каккерлаки и их гильдия грузчиков помогут вам с переносом груза. Гиперпрыжки в систему запрещены всем, кто не является жителем Ингуса: нам не нужны здесь соглядатаи Разума. Я выпишу разрешение на торговлю без комиссий, потому что понимаю: ресурсы вам нужны не для себя, а для блага всей галактики. Продадите свое, закупите необходимое. Полный список такового дадите мне, я посмотрю, возможно, найдется что-то в моих личных запасах.
— И где проходить эту регистрацию? — спросила девушка.
— Тру-каккерлаки помогут. Я же забираю Картера, чтобы вникнуть в детали угрозы немертинов. Ему регистрация не требуется, он ее прошел, активировав тайник Опустошителей.
И все пришло в движение. Мы с Уантежем уже уединились в его кабинете и начали долгое общение, когда Лекса доложила, что вся команда телепортировалась на Ингус и идет регистрироваться. Потом она докладывала мне обо всем, что сделано: оптом продан груз с Агони; закуплены почти все ресурсы для сгибателя пространства. Причем набрали ресурсов втрое больше необходимого: чтобы было на возвращение и на непредвиденный случай. Не хватало лишь ксеннита, айкинита и г’ора — редчайших элементов, которые добываются только на Ксенне.
Команда нашла универсальный ресторан, где очень вкусно кормят, причем тем, что приготовлено из настоящих местных продуктов, которые выращивает кто-то из предприимчивых землян; Лекса встретила Юджина, своего бывшего партнера на Сидусе, который бросил ее, когда взял куш с ящика с непредсказуемым содержимым.
На последнем пункте я немного напрягся, но все же выбросил негодование из головы — ревность для слабаков. Ну, встретила и встретила, сейчас-то она со мной. К тому же всеми — ну, почти всеми — мыслями я был с Уантежем. Уж очень любопытный разговор у нас с ним складывался, особенно в свете моих собственных последних размышлений. Такой любопытный, что я даже не обратил внимания на обстановку в кабинете, который больше походил на древнюю кристальную пещеру с металлическим полом и спиральными светильниками на стенах.
Крепак действительно оказался вида своего первым и, более того, не единственным таковым на Ингусе. За свое достижение Уантеж получил «Шлем Предтеч» — незримый, но позволяющий, касаясь других разумных, заставлять говорить их правду, даже если они хотят о ней умолчать.
Собственно, задание Разума найти и уничтожить остальных показалось ему если не злым, то уж точно странным, а быть чужой марионеткой Уантеж не собирался. Как оказалось, чтобы получить это задание, необязательно убивать другого вида своего первого, достаточно взять тринадцатый уровень. В общем, он, кускркскумиикру Шикру, анеа Икран Дикан и наоту Зу, подумав, решили посвятить свои жизни выяснению, что на самом деле есть Разум и какие цели он преследует.
Крепак Уантеж попросил дозволения коснуться меня, когда я начал свой рассказ о немертинах и обо всем, что узнал. Я не стал противиться, в моих же интересах было, чтобы он мне поверил. А когда я закончил, он неожиданно заговорил о другом.
— Тебя не удивляло, как так вышло, что за миллиарды лет рапторианцы стали первыми, кто нашел Сидус, а остальные расы: тринадцать официально признанных, включая новичков гурита, и те же юяй — появились немногим позже? — задал мне вопрос Уантеж. — По сути, все наши цивилизации достигли нужного уровня развития и нашли артефакты Предтеч почти в одно и то же время. Для галактики сто-двести усредненных лет — ничтожно мало.
— Действительно странно, что столько таких разных рас пришли на Сидус почти одновременно, — признал я. — Разница даже не в