реальными делами, всё какая-то бытовая суета да перекуры. Так и облениться недолго. Будет сделано, гора ведь не сильно далеко от нашей базы, на вертолётах мигом долетим за полчасика.

— Да! И ещё одно важное дело, — спохватился Крас. — В Дерхавуде тоже организуй нормальный тренировочный лагерь, туда мы переселим всех рекрутов, успешно прошедших мой личный суровый отбор. Скажем так, наша личная лейб-гвардия будет служить благому делу. Лучшие из лучших, отборные войска. Ну всё, хватит болтовни, собирай команду к вылету!

Спустя пару часов отряд добрался на двух вертолётах до подножия очень высокой и крутой горы, теряющей вершину в облаках. С помощью местного опытного проводника, знающего каждую тропинку, люди выбрались по узким козьим тропам на довольно ровное горное плато.

Площадка находилась на высоте около четырёх с половиной тысяч метров над уровнем моря, воздух здесь был разрежённым и холодным. У Злого и Аргона даже началась острая горная болезнь: парни буквально задыхались на подъёме, у них началась лихорадка и сильное головокружение. После недолгого, но бурного обсуждения было принято единогласное решение раскидать на плато красные зажжённые фаеры, поднять вертушки и срочно спустить больных ребят вниз с последующей транспортировкой на базу для отдыха.

Таким нехитрым образом команда заодно отрепетировала своё экстренное возвращение вниз, потому что обратный долгий путь пешком никто, кроме Краса, не поддержал. И это было совсем неудивительно: изнурительный подъём вверх занял у них почти половину светового дня.

Сергей с самого детства мечтал забраться на высокую, неприступную гору. Сочинская Красная Поляна, на которую он ездил в отпуск с родителями, была, конечно, красива, но её смешная высота чуть более полукилометра, несерьёзна по сравнению с Афганскими вершинами.

Сегодня же парень реально узнал на своей шкуре, что такое настоящее высокогорье. Шквалистый, порывистый ветер вперемешку с палящим и изнуряющим солнцем били по лицу. На огромной высоте жара почти не чувствовалась из-за ледяного ветра, но это было обманчивое, коварное ощущение. Любые открытые участки кожи обгорали на солнце в считаные минуты, превращаясь в волдыри. Запас мощного солнцезащитного крема Эльвиры улетел на ура, как горячие пирожки. Его хватило только на половину отряда.

Положительным фактом оказалось то, что Сергей чувствовал себя на высоте просто замечательно и бодро: никакой горной болезни, эмболии, лихорадки или другого дискомфорта у него не было. Но странному феномену имелось простое логическое объяснение. По мере медленного подъёма на гору Крас постоянно сканировал своё тело и внимательно наблюдал за изменениями в работе внутренних органов. Как только какой-то орган начинал сбоить или отказывать, он тут же перенастраивал его функции, то усиливая, то слегка снижая активность.

Самым сложным и капризным оказалась кропотливая работа с лёгкими. Поначалу они никак не хотели поглощать большее количество разрежённого воздуха, что приводило к кислородному голоданию мозга. Опытные альпинисты или горные народы, например, такие, как непальские шерпы, годами упорно тренируют свой организм, постепенно приучая его к сложным, изнуряющим подъёмам и гипоксии. А Крас смог сделать это за половину одного дня. Сей удивительный момент в очередной раз наглядно доказал ему, что он уже далеко не совсем обычный, примитивный человек с улицы. Обидным фактом оказалось лишь то, что в режиме «горного козла» шёл небольшой, но постоянный и невосполнимый расход чистой энергии для поддержания сносной работы мышц и органов.

— Ну что, касатики, как самочувствие после подъёма? — Крас обвёл взглядом измождённые лица отряда. — Парочка уже выбыла из строя. Кто у нас следующее слабое звено? Короче, чтобы вам было немного повеселее и интереснее, объявляю спонтанное соревнование с денежным призом. Тот, кто сможет пройти все сегодняшние развлечения и остаться в строю до самого вечера, получит десять тысяч долларов наличными. Условие только одно: ни разу не упасть в обморок от физического истощения.

— А какие, простите, развлечения запланированы на сегодня? — спросил Гом, согнувшись пополам и держась рукой за колющую грудь. Было заметно, что ему очень тяжело говорить и дышать одновременно. Изнурительные, крутые горные подъёмы подготовленные, тренированные люди обычно совершают за пару дней с ночёвками, а они, самоубийцы, преодолели весь путь за несколько часов. Да, вояки были не робкого десятка, но железными они тоже не являлись и кислородное голодание чувствовали остро.

— Всё очень просто и банально. Сейчас садимся и медитируем на холодных камнях, и таким образом отдыхаем, восстанавливаем дыхание и силы. Те, кто меня не слушал по утрам и до сих пор не освоил элементарный режим спокойствия тела и разума, я вам не завидую — будет тяжело. А затем, когда отдышимся, будем драться до первой крови, — Крас коварно усмехнулся, предвкушая веселье.

После «радостных» слов у всего отряда глаза на лоб полезли от ужаса. Они и так с трудом, еле-еле стояли на ногах на проклятой высоте, а тут придётся ещё и активно руками-ногами махать, тратить последние силы. Только один Сеня ехидно и самодовольно улыбался в губы, прекрасно понимая, что сегодня его ежедневные усиленные тренировки окупятся сполна и он наконец-то станет на десять тысяч долларов богаче, чем был.

— Да ты настоящий маньяк, командир! — взревел Богатырь, тяжело дыша и держась за поясницу. — Я еле ноги передвигаю, о каком «драться» вообще речь⁈ Посмотри на меня внимательно, думаешь, легко было такую здоровенную тушу, как моя, в эту чёртову гору затащить по жаре?

— Богатырь, жрать нужно меньше, а тренироваться намного больше, — наставительно заметил Крас. — И драться вам придётся, увы, только со мной, одним этим я сильно упрощаю вам задачу. Кстати, приз на миллион долларов от меня никто не отменял, он всё ещё в силе. А уж если кто-то сегодня чудом ухитрится одолеть меня тут, в горах, я согласен увеличить награду в десять раз — до десяти миллионов. О-о-о! По вашим загоревшимся улыбкам я невооружённым глазом вижу, что вы уже губы раскатали и представили, как тратите лёгкие деньги. Не стоит обольщаться заранее, поддаваться сегодня я ни за что не буду, и не надейтесь!

Во время получасовой медитации Сава и Гом неожиданно для всех упали в глубокий обморок прямо на камнях, доказав тем самым, что искусство полной релаксации и самоконтроля они так и не освоили за прошедшие две недели. Парням срочно достали кислородные баллоны из рюкзаков и нацепили маски на лица. Остальные члены отряда после медитации выглядели намного лучше и бодрее, чем когда только поднялись на изнуряющее плато.

— Красавчик, знаешь, а ты оказался прав, не врал, — поделилась Эля, потягиваясь. — Методика