всех сторон. После обеда парень съездил в город на видавшем виды джипе и попрощался со своими родителями, крепко обняв каждого на прощание. Он пообещал навестить их при первой же возможности, как только ситуация наладится и опасность минует.

Ближе к вечеру, когда солнце начало клониться к закату, объявился довольный Гом в сопровождении коренастого, загорелого местного жителя в традиционной одежде.

— Ну что, командир, готов отдать мне две тысячи долларов? — Гом показал в улыбке все тридцать два зуба, явно предвкушая лёгкую победу. — Позволь представить: это Али, урождённый Алексей, он неплохо говорит по-русски, почти без акцента. Его родителей убили прямо на глазах, когда они всей семьёй приехали сюда больше сорока лет назад. Паренёк попал в жёсткое рабство к местному полевому командиру, а затем, когда все поняли, что он никому не нужен и денег за него никто не заплатит, выкинули на улицу как ненужную вещь. Так мальчишка и остался жить в дикой азиатской стране, прибившись к одному старому пастуху. Выучил язык, но родной не забыл, так что он сегодня будет нашим независимым арбитром. Начнём, или подтянешь штаны?

— Конечно! — с воодушевлением ответил Крас, потирая руки.

Загорелый мужчина что-то гортанно произнёс на местном наречии и указал рукой на Краса.

— Он со мной поздоровался и спросил, какова в постели наша Эля… Твою мать, Гом, откуда вонючему пастуху известно про мою личную жизнь? — Крас опешил и округлил глаза.

Гом смущённо хмыкнул и опустил взгляд в пол:

— Она вчера вечером так громко и сочно стонала на весь дом, что, наверное, весь Таринкот уже в курсе твоих сексуальных подвигов! Чёрт, ты что, правда его понимаешь? Лёх, ну-ка, ещё что-нибудь ему скажи, посложнее! Постой, слушай меня, не то!

Гом наклонился и что-то тихо, продолжительное время, пришёптывал мужчине на ухо. Тот понимающе кивнул и передал слова уже Красу, но снова на местном языке, разбавляя речь жестами.

— Короче, он говорит, что ты сейчас хочешь знать всем своим видом, как я мог так быстро выучить их язык, и ты ни за что не желаешь отдавать мне мои честно заработанные две тысячи зеленью. — Крас перевёл сказанное и усмехнулся.

— Да ладно, сюр какой-то и ловкий развод! Проверять, умеешь ли ты читать, я, пожалуй, не буду, — Гом разочарованно махнул рукой. — Похоже, я попался на твой ловкий трюк с переводчиком.

— Хорошая черта характера — никому не доверять и во всём сомневаться, но так и с ума недолго съехать, — Крас дружески хлопнул Гома по плечу. — Отпусти мужика с миром, деньги оставь себе. Организуешь команде шикарный ужин за мой счёт. Я сегодня останусь ночевать в пещере, на месте силы. Завтра с утра всех жду здесь же, на медитацию. И да, я ни капли не шутил насчёт своей просьбы. Передай каждому лично: кто не придёт в шесть утра, будет крупно оштрафован из зарплаты. Если они не в состоянии рано вставать и выполнять простейшие физические действия, им не место в нашей команде, даже за огромные деньги. Всё, давай, проваливай. Я сегодня умаялся, как собака.

Как только его товарищ скрылся из вида, пропав в сгущающихся сумерках, Крас побрёл вглубь пещеры, освещая путь фонариком. Впереди его ждало очень комичное и стыдное действие, о котором он не хотел рассказывать ни одной живой душе.

«Ну, что ж, приступим к унижению, — мысленно вздохнул он, останавливаясь перед алтарём. — Дорогие Анхель и Анвель, приношу вам глубочайшие, искренние извинения за то, что бездумно бросил вас в машине ценой в миллион. Я искренне прошу вас вернуться ко мне, вашему законному хозяину! Нет, даже молю вас, о мои великие косы и братья, вернитесь ко мне!» — он простёр руки к потолку.

— Что, нет ответа? — Крас помолчал в тишине. — Ну, я так и понял, что старый хрыч Вед надо мной просто решил жестоко поиздеваться таким унизительным способом. Пердун злосчастный, я ему это обязательно припомню при следующей встрече. Хорошо хоть никто не видит и не слышит моего позорища! Ладно, спать пора, сил нет. Жизнь, кажется, потихоньку налаживается в нужное русло.

Глава 5

Следующие две недели пролетели, как в тумане, стремительно и почти незаметно для окружающих.

Крас усиленно изучал всю предоставленную информацию в виде методичек на разных языках и очень много материала в электронном виде, скачанного Сагом из закрытых военных баз. Также ежедневно, помимо основной программы, он успевал выучить один иностранный язык из самых распространённых на Земле. Предпочтение отдавалось арабским и азиатским диалектам, так как именно на них разговаривает большая часть населения планеты, и эти знания пригодятся в будущих путешествиях. С навыком «обучаемость» получать новые знания не составляло почти никакого труда, информация впитывалась, как в губку, и раскладывалась по полочкам в голове.

Единственным узким местом оставалась скорость обычного, человеческого чтения. Хотя она и возросла существенно по сравнению с прошлой жизнью, но не была уникальной или сверхъестественной. Особенно Сергея разочаровывал тот факт, что он мог мельком взглянуть на страницу с текстом или изображение и запомнить его в точности, как фотоаппарат. Но анализировать полученные данные всё ровно приходилось со скоростью своего же мышления, которая, в свою очередь, равнялась мощности мозга Краса, обычного земного парня. Он даже выучил несколько эффективных методик по скорочтению за пару дней, некий положительный эффект был получен, но опять-таки скорость осмысления полученных данных и их последующего анализа возросла не больше, чем на тридцать процентов от базовой.

Сергей успокаивал себя тем, что в обычной школе на прочтение и усвоение подобного объёма технического текста понадобилась бы как минимум рабочая неделя, а сейчас на то же самое уходило не больше суток. Но даже так, по его меркам, всё равно было медленно и недостаточно эффективно. Он хотел большего! Хотел впитывать книги пачками.

Информации, собранной для него Гомом и Сагом, оказалось очень много. Даже с новыми феноменальными возможностями и обучаемостью на данный момент потребовался бы не один год или даже не одно десятилетие, чтобы освоить и понять всё. И ещё, как стало понятно Красу на собственном опыте, навык «обучаемость» превращал его в своего рода торчка с новой иглой. Только ему требовались не одурманивающие вещества, а свежие знания. И чем больше он их получал, тем больше хотелось ещё и ещё, до бесконечности. В один из дней парень себя поймал на том, что не спит