Руся поднимается на цыпочки и целует меня. Нежно, медленно, глубоко. Этот поцелуй переворачивает весь мой мир с ног на голову.

Теперь я четко понимаю: эта женщина станет моей женой. Чего бы мне это ни стоило!

Глава 18

Руслана

Стою на кухне Булата, прижатая к его мощному торсу, и тону в поцелуе, который пахнет утром, мятной зубной пастой и нежностью. Губы мужчины мягкие, влажные, требовательные.

Я таю, как мороженое на летнем солнце.

Из коридора доносится шаркающий звук. Отрываюсь от губ Булата и вижу Елисея. Мой Лис. Весь заспанный, волосы всклокочены, а между ног красуется гордый утренний стояк. По телу тут же пробегает знакомый влажный трепет.

— Доброе утро, сладкий доктор, — сипло произносит, подходит и тычется горячим членом мне в бедро.

О боже! Тело тут же намекает, что срочно нужно найти применение этому крепкому и большому… СТОП!

Делаю над собой усилие и отстраняюсь, вызывая у Елисея недовольное рычание.

— Подожди, Лис. Стой…

Отхожу на шаг, собирая остатки самообладания. Нам срочно нужно кое-что обсудить.

Дело в том, что, проснувшись сегодня утром, я обнаружила интересную картину: мои бедра, живот и даже, прости господи, одна грудь были щедро испачканы засохшим мужским семенем.

Естественно, я помчалась в душ и все смыла, отчаянно ругая себя последними словами.

Потому что я не пью противозачаточные таблетки. А мои дорогие пациенты в пылу страсти забыли о таком изобретении цивилизации, как презерватив. И позавчера в отеле, и вот сегодня ночью. Нам попросту сорвало резьбу от страсти.

С себя я вины не снимаю, но…

Сажаю обоих мужчин на высокие барные стулья. Стою перед ними, скрестив руки на груди. Чувствую себя строгой училкой, которая сейчас будет читать лекцию о половом воспитании.

От этого осознания, а еще от голодных мужских взглядов, жадно блуждающих по моим бедрам, становится дико жарко. СТОП!

Включаю доктора Щекоткину.

— Итак, джентльмены, — начинаю максимально строго, хотя внутри все дрожит. — Мы имеем факт многократных незащищенных половых актов. Я таблетки не пью. И вынуждена вас проинформировать, что с моей фертильностью все в полном порядке. То есть вероятность наступления беременности после такого… э-э-э… интенсивного оплодотворения, — густо краснею, — стремится к девяноста процентам. Или больше…

Замолкаю, готовясь к буре и панике. Мой бывший всегда трясся над контрацепцией и при одном намеке на возможный «залет» впадал в истерику. Жду чего-то подобного и от Булата с Лисом, ведь мужчины всегда боятся подобных вещей.

Но то, что происходит дальше, повергает меня в шок.

Лица Булата и Елисея расплываются в самых искренних и довольных улыбках, которые я когда-либо видела.

Булат, суровый спецназовец, чье лицо обычно выражает лишь концентрацию или легкое раздражение, смотрит на меня так, будто я только что объявила о выигрыше в лотерею.

— Я как раз говорил о женитьбе, — заявляет своим низким стальным голосом. — Ребенок лишь ускорит процесс. Это прекрасно.

Эээ…

Перевожу взгляд на Елисея. Его глаза цвета морской волны горят неподдельным восторгом.

— Боже, Руся, — выдыхает своим томным бархатным голосом. — Я представил, как ты будешь вся такая пышная, круглая, беременная… Твоя грудь станет еще больше… Ты будешь лежать подо мной вся горячая, а мой ребенок у тебя внутри… О да… — он мечтательно облизывается, и я замечаю, как его член наливается еще сильнее, дергаясь в штанах. — От одной этой мысли у меня таакой стояк, детка…

Я просто стою и глупо открываю рот. Они… они не боятся. Они счастливы?!

— Но… погодите… — пытаюсь вставить слово.

Но меня уже не слушают. Мужчины тут же с головой уходят в бурное обсуждение.

— Она будет жить у меня, — уверенно начинает Булат. — Моя квартира безопаснее и тише. Для ребенка и для Руси идеально.

— Что? — возмущенно рычит Елисей. — У меня пентхаус! Там просторнее и вид лучше! Воздух чище, кстати!

— Воздух? — фыркает Булат. — К тебе в любой момент может вломиться бывшая с истерикой. Для Русланы и ребенка такой стресс вреден, Елисей. Имей совесть!

— Я с ней разберусь! Уже сегодня там сменят замки, а охране я приказал ее не пускать! — парирует Лис.

— Детскую лучше сделать в пастельных тонах, — тянет Булат. — Успокаивающие цвета. Или в зеленых.

— Согласен. И кровать для нас троих нужна будет побольше. Траходром. Чтобы всем хватало места.

— А когда Руся уйдет в декрет? Пораньше, я считаю. Чтобы не нервничала. Я все беру на себя.

Смотрю на них, и мое лицо медленно вытягивается. Они уже обустраивают несуществующую детскую и обсуждают мой декретный отпуск!

— Ребята… — слабо пытаюсь вставить я. — Я… я еще даже не уверена, что беременна… Мы же только вчера…

Но мои слова тонут в их воодушевленном планировании нашего общего будущего. Меня даже не спросили!

Внезапно до меня доносится шипение и запах гари.

— Омлет! — вскрикиваю и бросаюсь к плите.

Мне удается спасти часть завтрака, и спустя пять минут мы едим слегка подгоревший, но все еще съедобный омлет. Булат разливает по чашкам ароматный кофе. Пью маленькими глотками, пытаясь прийти в себя.

— Итак, — Елисей отставляет тарелку и смотрит на меня с деловым видом. — Поскольку ты теперь наша женщина и мы, судя по всему, скоро станем родителями, нужно решить вопрос с совместным проживанием.

— Она будет жить у меня, — невозмутимо выдает Булат. — Без обсуждений.

— Анкезов, давай без этого! — Лис хлопает ладонью по столешнице. — У меня больше места!

— Зато у меня безопаснее. И тише.

— Я установлю сигнализацию!

— А я уже установил.

Смотрю на них и чувствую себя теннисным мячом. Меня перекидывают из стороны в сторону, и мое мнение, кажется, никого не интересует. Пробую снова пискнуть.

— Может, я сама решу, где мне жить? — говорю, повышая голос.

Оба разом замолкают и смотрят на меня с искренним удивлением, будто только что заметили мое присутствие.

И тут мой взгляд падает на настенные часы. ГОСПОДИ!

— Боже правый! — вскакиваю. — У меня через час прием! Я опаздываю!

Бросаюсь в спальню, но тут же замираю в ужасе. Я же вчера приехала к Булату в пижаме с зайцами и старом кардигане! У меня здесь нет никакой сменной одежды! Ни костюма, ни туфель, ничего!

— Что делать? — почти плачу, мечусь в панике. — Я не могу принимать пациентов в пижаме! Выгляжу как… как беглая домохозяйка после оргии!

Паника накрывает с головой.

Моя карьера! Репутация! Меня уволят к чертовой матери!

Елисей, спокойно наблюдающий за моим припадком с задумчивым видом, вдруг хлопает себя по лбу.

— Успокойся, солнышко! У меня есть идея!

Он достает телефон и начинает что-то печатать, хитро ухмыляясь.

— Лис,