Сажусь на заднее сидение. Почему-то мне нравится ездить именно там.

Камал меня не встречает, и я сама захожу в ресторан. В зале приглушён свет и почти все столики заняты.

- Добрый вечер! Могу я вам помочь? – администратор вежливо чуть поклонился.

- Добрый! Меня ждёт Камал Иригов.

- Да, конечно. Проходите, пожалуйста. – он указывает куда-то в глубь зала, и я нахожу глазами мужа.

Он расслабленно откинулся на спинку удобного кресла. Кисть одной руки свесилась с подлокотника. Другой он держит низкий, широкий бокал с чем-то тёмным. Камал смотрит в огромное окно. Отсюда видна улица, а с улицы не видно, что происходит внутри.

Пока иду к столику, рассматриваю мужчину, доставшегося мне в мужья. Есть в нём какая-то красота и сила. Эта расслабленная поза, тем не менее, полна достоинства. Я не рассматриваю его нагло. Но он поворачивает ко мне голову, почувствовав взгляд. Я тут же опускаю глаза.

Камал поднимается, приветствуя меня.

- Добрый вечер! – говорю тихо, пока администратор выдвигает от стола кресло.

- Добрый. Садись.

Камал рассматривает меня.

- Посмотри на меня.

Поднимаю глаза. Он усмехается.

- Прекрасно выглядишь.

Администратор кладёт передо мной меню.

- Выбери, что ты хочешь. – бросает небрежно муж. - Мои вкусы здесь знают.

Я листаю меню, пытаясь сообразить, чего же я хочу, когда Камал вдруг спрашивает:

- Почему ты не носишь кольцо?

- Какое кольцо?

Мне ужасно хочется спрятать руки под стол. Я знаю, о каком кольце он говорит. Сейчас на моих пальцах кольца, подаренные его отцом. Но нет его подарка. Действительно, я его никогда не ношу.

- Эниса, - Камал переплёл пальцы рук, лежащих на столе. – не надо играть. Я хочу, чтобы ты всегда носила кольцо, что я подарил тебе на свадьбу.

И я решаюсь.

- Камал, оно слишком массивное. Мне неудобно носить его в университет… - отчасти, это правда, отчасти я просто не хочу носить знак принадлежности мужчине.

Муж щурит тёмные глаза.

- Объяснись. Что плохого в моём кольце? – голос сочится раздражением и даже враждебностью.

Осторожно, Эниса. Не стоит злить хищника. Я снова опускаю глаза.

- Оно очень красивое, но… очень дорогое. Понимаете? – тут же поправляюсь. -Прости. Понимаешь? Оно не для каждого дня. Такое кольцо на выход, для торжественных случаев.

- И что ж ты сегодня его не надела? – тут же ловит меня муж.

Что тут сказать? Ну не правду же.

Опускаю голову ниже.

- Забыла.

- Хорошо. Завтра поедем и выберем тебе кольцо, которое будет нравиться тебе. Будешь его носить. Поняла?

Молча, киваю. А куда деваться? Спасает ситуацию официант, с вежливой улыбкой остановившийся у столика. Я перечисляю ему пару блюд.

- Пить что-то будете?

- Апельсиновый фреш, пожалуйста.

Камал ухмыляется.

- Принесите ещё… - он добавляет к моему заказу блюда, уточняет детали.

Приняв заказ, официант мгновенно исчезает.

- Как твой день прошёл? Как твой поход в пиццерию?

Привычный отчёт за день. Наверное, в нормальных семьях это даже мило – рассказать партнёру, как прошёл день, посмеяться на чем-то весёлым, обсудить детали. Но я просто сухо докладываю ему о своих успехах. И вдруг мне становится интересно. Слишком насторожила меня реакция Миланы на Матвея. Так не смотрят на незнакомых людей. Она явно была чем-то удивлена. Даже обескуражена.

- Знаете… Прости. Знаешь, у нас в группе есть девочка – Милана Тахова. Очень красивая девочка. – вскидываю взгляд к волевому лицу мужа. – Она сегодня как-то странно на водителя смотрела, когда он меня из пиццерии забирал.

Одна густая чёрная бровь поползла вверх:

- И как же она смотрела?

- Будто узнала его и это её шокировало.

Сейчас я всматриваюсь в тёмные, жгучие глаза напротив. Не знаю сама, что хочу в них рассмотреть. Или, наоборот, хочу, чтоб в них ничего не промелькнуло.

Камал выпрямил спину.

- Мало ли. Может, она его где-то видела. Всё бывает.

Совсем невовремя официант принёс салаты и первые блюда.

- Ешь. – указал Камал подбородком, показывая, что разговор окончен.

Но вечер только начался. Возле нашего стола остановился мужчина, комплекцией больше похожий на шкаф.

- Приветствую, дорогой!

Камал поднялся и подал мужчине руку, за ним поднялась я.

- Познакомишь с девочкой? – густым басом спросил шкаф.

- Знакомься. Моя супруга – Эниса.

- О, простите. – в голосе мужчины не прикрытый интерес. – Дмитрий. Очень приятно.

У мужчины есть понятия, и он не подаёт мне руку для пожатия. Явно ждёт, когда я первая подам. Но я и не думаю касаться чужого мужчины. Ещё не хватало!

- Садись. – явно довольный, бросает мне муж и чуть отходит от стола с незнакомцем.

Понятно. Сегодня меня представляют обществу. Недолго же мне дали побыть в тени.

За вечер меня знакомят ещё с несколькими солидными мужчинами. Что интересно, их женщин не представляют.

Вместо отдыха, я ужасно устала. Наконец, Камал набрал Матвея.

В машине едем в полной тишине. У ворот особняка Камал о чём-то тихо перекинулся с Матвеем. Но мне не слышно слов, как бы не напрягала слух.

Несмотря на то, что ещё холодно, я в туфлях на высокой шпильке. Осторожно иду по мощёной дорожке к дому. Вся в своих мыслях, когда Камал вдруг хватает меня за локоть сзади. Конечно, я дёрнулась, слетела со шпилек и очень нехорошо подвернула ногу.

Муж не даёт мне упасть, дёргая на себя. Больно-то как! Сбрасываю туфли прямо на дорожке и хватаюсь за голеностоп.

- Эниса, что? Ты что?! Я же окликнул тебя! Что ж ты шарахаешься…

А мне не до него. Из глаз уже покатились слёзы. Камал подхватил меня на руки так легко, будто куклу невесомую.

- Тихо, Эниса, тихо… Сейчас разберёмся. – он быстро несёт меня в дом.

Притормаживает у двери. Сквозь боль понимаю, что нужно сделать. Прикладываю палец к сканеру и ввожу код. Спасибо, с первого раза попадаю в нужные кнопки. Тихо щёлкнув замком, дверь открылась.

Камал несёт меня сразу наверх в спальню, аккуратно опускает в кресло.

- Покажи! – присаживается рядом на корточки, а я отталкиваю его руки. И он рявкает. – Руки убрала!

Камал аккуратно ощупывает мой голеностоп и щиколотку. А я, наклонившись, смотрю вниз и тихо пищу.

- Ничего страшного. – мягкая ладонь слегка поглаживает щиколотку. – Испугалась? – пальцы другой руки вдруг зарылись в мои волосы, заставив дыхание замереть.

Как в замедленном фильме, он тянется к