Найти нужного мне пациента труда не составило.

— Мануйлов Максим Фёдорович?

— Да, — отозвался выбранный мною парень.

— Капитан ФСБ Петров. — Помахал корочкой у него перед носом. — Меня интересует Дмитрий Агапов. Он сегодня у вас не появлялся?

— Ну ни хрена себе, а шкет-то реально за базар отвечал! А я подумал, что он туфту гонит! — раздалось из угла от явного бывшего сидельца. Я на него только один взгляд бросил и тот тут же покаялся, — Молчу, молчу!

— А что он сделал-то, капитан? — донеслось с другой стороны. А этот человек явно военный, судя по выправке.

— Это не важно. Судя по возгласу вашего товарища по палате, он тут явно был. Опять не собирался приехать?

— Да собирался, только его бешенная Агнесса выгнала! — выдал тут же уголовник.

— Он обещал приехать в часы приёма. — Подтвердил Максим.

— А во сколько они?

— С одиннадцати до часу.

— Мда, целый час ждать… Долго. У тебя же есть его номер?

— Конечно.

Сотовая сеть мне сообщила, что абонент нынче не абонент. Вот гад! Телефон выключил! Ну ничего, сейчас я его маме позвоню. И чего я сразу у неё номер не спросил? Да что со мной сегодня такое? Словно проклял кто? Банальные вещи не могу сообразить?

Мама по телефону сообщила, что Дима домой приехал, но кто-то позвонил в дверь и он ушёл. Она не успела узнать, кто это был, поскольку была на кухне. А он ничего не сказал, чего за ним не водится. Она вообще думает, что его похитили ради выкупа. Ведь она пробовала ему позвонить, но там вначале не брали трубку, а потом телефон выключили. Но что с неё взять? Какой выкуп? Господи, ну откуда у неё такие бредовые мысли? Кто будет похищать сына училки ради выкупа? Что-то у меня от разговора с ней начала болеть голова. А ведь ещё только утро.

Пришлось снова звонить Коле и просить-таки выйти на связь с операторами и выяснить примерный район последней дислокации телефона. За это время кивком успел попрощаться с пациентами и уйти, услышав напоследок из палаты мощный бас бой-бабы:

— Я сейчас покажу тебе бешенную! Так позорить меня перед спецслужбами!

И вялый оправдательный скулёж уголовника разобрать не удалось совершенно, впрочем мне до него дела нет. В контору смысла ехать нет — начальник узнает — прибьёт меня. И будет в принципе не так уж неправ. Потому надо где-нибудь перекусить и дождаться звонка от дежурного.

Коля сообщил мне нужную информацию и я едва не застонал — судя по всему мой клиент находился в ментовке, относительно недалеко от своего дома. Но мне-то опять ехать через весь город! Да что за невезуха-то! В результате плюнул и решил взять такси. Не обеднею от одной поездки! Но сегодня у меня нет желания ездить опять на общественном транспорте.

Таксистом оказался какой-то Бастурмек из Средней Азии. Когда я ему махнул корочками ФСБ, он, смирившись, согласился помочь правосудию в моём лице и отвезти меня бесплатно. Явно за ним водятся какие-то грешки. Ну да не до него сейчас.

А вот отделение полиции меня совершенно не порадовало. Оказалось, наш герой каким-то образом по пути от дома избил двух прохожих, которые сейчас как раз писали заявление. И меньше всего они походили на прохожих, а больше всего на обычных гопников. И подполковник ОМОНа пострадал в драке с ним же, когда производил задержание. В чём, правда, это выражалось — я не совсем понял. Но самое странное, что этот подполковник явно полез в бутылку и хочет парня засадить.

И я едва не сорвался! Едва не до истерики докатился. Начал сыпать угрозами, что их всех посадят и меня в том числе, если у него хоть один синяк найдётся. У гопников с милой улыбочкой поинтересовался, а как отреагируют их друзья, когда узнают, что они из-за банальной драки пошли стучать в ментовку?

Те как-то сразу собрались забрать свои заявления, но подполковник не был так прост.

— Ну чего ты гоношишься капитан, Ну сядет этот кадр, и что с того? Кто он такой-то, чтобы из-за него такую бучу поднимать?

— Либо вы мне его сейчас покажете, либо я звоню начальству, оно звонит вашему, и тогда вы мне всё равно его показываете, но тогда проблем будет гораздо больше, причём у всех.

Меня отвели к камере, а там лежал парень с явными признаками ушиба всего лица и сотрясением мозга. Кранты. Мне кранты. Начальник меня сожрёт с говном! Что делать?

Мой язык начал при виде этой картины непроизвольно находить и выдавать решение для выхода из данной ситуации. И единственным вариантом тут были гопники, те самые несчастные, которые мало того, что отхватили, так теперь ещё и сядут. Да, не повезло парням — оказались не в то время, не в том месте.

Блин, лишь бы он коньки не отбросил от такого удара! И ведь здоровый этот подполковник, что твой лось, а вот ума точно с гулькин нос. Это надо же на ровном месте так нарваться, да ещ и меня так подставить. Да что за день-то сегодня такой? Когда он уже закончится?

Как ни странно, теория, выданная моим подсознанием, пока сознание паниковало, оказалась довольно стройной, и была принята подполковником на ура. И мы пошли её осуществлять. Гопники покочевряжились, но согласились написать чистосердечное признание, особенно когда подполковник им напомнил про какую-то трубу. А дальше уже было дело техники — вызвали скорую, которая должна была отвезти парня в травматологию. Ха-ха, к его другу. А сам я пошёл сдаваться к шефу, предварительно запасшись внушительными объёмами смазки. Вечером напьюсь, точно напьюсь!

Глава 6

Я лежал в камере и в который уже раз гонял по кругу мысли о том, лечиться или нет, когда дверь открыли и в неё ввалились два здоровых типа с носилками, погрузили меня на них, а когда я попытался подняться, меня огрели по голове и я потерял сознание.

Очнулся я уже в палате у Макса. Нормальный подход у санитаров. Зачем они меня по голове били? Что это за методы погрузки пациента на носилки? Как такое вообще в голову могло прийти?

Моя кровать стояла рядом с Максом, и он с ужасом смотрел на меня. Хотелось ему улыбнуться, но я даже щёлки глаз открыть пошире не мог, чтобы он понял, что я уже в сознании. Наоборот, снова провалился в забытье.

Следующий раз проснулся, когда меня