Отдельно стоял отряд одарённых: мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что эти специализируются на дальних атаках. Вокруг груди иногда вспыхивали кольца красного и фиолетового цветов, основные атрибуты демонов.

Забавно: все боялись тьмы и смерти, а пришли огневики.

Хотя, честности ради, парочку тёмных демонов я всё-таки увидел. Неприятно было только то, что они явно были бывшими людьми: на них оставались остатки одежды, манера держаться, но в остальном они превратились в чуждых нам существ.

Вспомнились Пётр Меньшиков и Роман Чумов, которые стали жертвами подобных существ. Интересно, они тоже придут или их уже остановили?

Затем я заметил интересное: Атерон прочёл заклинание и на нём появилась странная одежда. Вроде мантия, но с множеством вырезов, которые подошли бы девке в борделе, а не одарённому высокого уровня.

Но никто ничего высшему демону не сказал.

Он встал рядом с Инъектором, положил на него огромные когтистые лапы. Смотрелось забавно, поскольку он касался стекла, по сути, двумя указательными пальцами, но сила Дара, которая разлилась вокруг…

В общем, я сидел, вжав голову в плечи, чтобы этой головы не лишиться. Ангелину, которая лежала на земле, даже перевернуло ударной волной.

Инъектор начал светлеть, по поверхности забегали искорки рубинового цвет. Раздался гул, как от стартующего двигателя самолёта.

Под ногами затряслась земля, разрыв начал набухать, как плохо зажившая рана, из которой сейчас потечёт сукровица или даже кровь. Демоны, стоявшие рядом, рухнули на колени, опираясь на своё оружие.

Голос Атерона зазвучал, начиная с низких нот, добавляя колебаний земле, постепенно повышаясь, создавая эффект песнопения в храме. Это даже завораживало.

Только вот чем дольше он пел, тем злее становился голос. Инъектор искрил, шипел, но далее ничего не происходило.

А затем я почувствовал жар. На груди горело, прижигая кожу и прожигая одежду.

Око Шторма. Артефакт проснулся, и тут же Инъектор откликнулся на его призыв.

Вы когда-нибудь видели ускоренную съёмку того, как растут растения, расцветают цветы? Завораживает и одновременно вызывает оторопь, не находите?

Именно это сейчас происходило: Инъектор снова расцветал, выпускал лепестки, как огромный цветок. И чем больше лепестков становилось, тем ярче и свежее шла от него энергия.

Первой сдалась охрана периметра, стоявшая вокруг алтаря. Те, что недавно стояли на коленях, теперь отступали, ёжась и сутулясь.

Затем дрогнул отряд демонов подальше, оглядываясь начал двигаться прочь от алтаря.

Однако Атерон словно этого не замечал. Его спина напряглась, руки сжались в гигантские кулаки, но даже шага назад он не сделал.

Зато он сделал пас руками и тонкая линия, которая связывала Око и Инъектор стала видимой.

Обернувшись ко мне, Атерон улыбнулся так широко, словно увидел старого приятеля, который тащит мясо к шашлыку и возвращает старый долг одновременно.

— Шторм! Мразь ты редкостная! Всё умудрился испортить!

Демон резко изменился: улыбка пропала, лицо перекосило в гримасе ненависти. Через мгновение он уже стоял надо мной, через второе — бил кулаком по камню.

Острые осколки впились мне в кожу, но я почти этого не заметил: сила удара была такова, что раскололся камень, я почувствовал себя между катком и наковальней.

Пока я пытался снова вдохнуть, меня бесцеремонно схватили и потащили к алтарю. За ним я увидел связанного фиолетовыми магическими цепями Привалова.

Огненный паук выглядел так, словно запутался в собственной паутине и, с кляпом во рту, наблюдал за происходящим.

Увидев меня, он поднял в удивлении брови. Видимо решил, что я уже сдох. Не дождётесь!

Однако сейчас у меня были другие проблемы: Атерон грубо бросил меня на алтарь рядом с Инъектором, от чего потекла кровь из носа.

Громко шмыгнув, я перевернулся лицом к демону. И тут же столкнулся с фиолетовым магическим кругом диаметром в метра два. Он крутился и приближался. Видимо решили сделать меня частью Инъектора и так разорвать связь между нами.

Как говорится, «в связи со смертью бывшего владельца»…

— Пошути, Шторм. Знаю, что это твоя тема была всегда, — пророкотал Атерон. — Например, про то, что ты, уничтожавший богов, стал одним из них.

— Это прадед уничтожал богов. Мы не в ответе за своих родителей, — ответил я, но это не впечатлило демона.

— Тогда просто сдохни и прекрати мешать работу работать, — сказал Атерон и усилием приблизил ко мне свой фиолетовый круг.

Ну-ну.

В кармане сломалась табличка, которую я готовил на крайний случай. Я задержался с её использованием примерно с появления Атерона. Но лучше поздно, чем никогда.

Вокруг меня возникла полная сфера неуязвимости. Она цеплялась за металлические и артефактные элементы, используя их как опору для полного доспеха.

Фиолетовый круг коснулся сферы и с визгом отлетел назад.

— Да что с вами, артефакторы хреновы, не так? — выругался Атерон.

Не стал вступать в дискуссию с ним, схватил Инъектор и прыгнул в сторону Ангелины. Ну, как прыгнул. Попробовал. Только вот мой артефакт оказался вмурован в алтарь.

Так что в следующий момент меня ударом снесли, отправив в небольшой полёт. Повезло, что девяносто процентов силы удара сфера неуязвимости погасила. Только жаль, что девяносто процентов запаса энергии этот удар и сожрал.

Око Шторма продолжало гореть на груди, а Инъектор цвёл назло демонам и людям. Атерон попробовал схватить артефакт, отключить его, но, удивительно, он тоже не смог ничего с ним сделать.

Мы оба замерли по разные стороны от алтаря, глядя на Инъектор. В нём издевательски появлялись силуэты людей, демонов и цветочков.

— Понятно, — зло сказал Атерон. — Значит выберу простой путь. Сдохни.

Он перепрыгнул алтарь и оказался снова рядом со мной. Я было дёрнулся в сторону, но артефакты в ботинках прогорели и больше не работали. Так что кулак демона снёс мне голову.

Почти.

Потому что за мгновение до удара передо мной появился гигантский лис.

Кулак демона врезался в мохнатый бок, раздался противный хруст, Кефир издал звук, похожий толи на чайку, толи на скрип старой двери. И тут же укусил за предплечье Атерона. Они начали кружиться в драке.

Остальные демоны окружили нас непроницаемой стеной, однако вступаться за начальника не спешили. Может у них принято лично убивать врагов?

— Уходи! — приказал Кефариан мысленно, и я почувствовал, что он всё ещё еле стоит на ногах.

Спорить не стал. Только бросился к Ангелине, подхватил её на руки и оглянулся. Я видел впавшего в ярость Атерона, который пытался вырвать руку из пасти Кефариана. Тужащегося в путах Привалова. Фиолетовую слизь, скрывающую моих друзей артефакторов.

— Не думай, вали! Я слишком слаб! — простонал мысленно Кефир.

План созрел молниеносно.

— Уходи сам!

— Но…

— Через Привалова. И шепни ему куда бить.

Кефир на