что мутации их не коснутся, поэтому никаких мер не принимают, чтобы защититься – от мутантов. А тем же змеям здесь поживы много – из легкодоступной. Здешние ни драться не умеют, ни чего другого из защиты…

- А ты умеешь, - поддела я его и задумалась: спросить не спросить? Но он сидел спокойно, и я не выдержала: - Ты не помнишь половины боя со змеями. У тебя было уже такое, чтобы промежуток времени выпадал из памяти?

- А почему ты спрашиваешь? Кстати, ты мне так и не сказала, что именно произошло в это время, - насторожился он.

- Ты приказал Мисти помочь нам. – Сказала и ведь опять не солгала. Так. Говорить или промолчать о своих подозрениях, что возвращался прежний Дрейвен? Умолчу. Полуправда иной раз легче даётся. – И мне показалось, что твоя слепота на время исчезла.

Уиверн нахмурился, явно изо всех сил вспоминая.

- Впервые потеря со временем произошла, когда я оказался здесь, на Кере. Келли заставила меня очнуться. Потом темно. Потом уже понял, что я у неё в комнате. Но это, возможно, потому что был ранен. – Он неохотно пожал плечом. - Второй раз был несколько месяцев назад, когда на меня внезапно напала «паучья» стая. Мисти уже тогда был со мной. Не знаю, что именно произошло, но, когда я снова очнулся, «пауки» были сожжены. Я ощупывал их тела. Ты – видела? Что сделал Мисти?

- То же, что и тогда, – сжёг змей.

Дрейвен вдруг странно повернулся ко мне. Напряжённые, облитые серым цветом глаза словно пытались разглядеть меня. Но так и оставались слепыми. Зачем ему эта попытка? Ничего не поняла, но напомнила:

- Ты сказал – идём. Остаётся в силе? Тогда надо немного порезать твой плащ и соорудить тебе хоть какую-то обувку. Готов пожертвовать плащом?

Он кивнул. Я вооружилась ножом и отхряпала от его плаща часть полы. Завернув ноги уиверна в тряпки, я проклеила их медицинским биоклеем из аптечки, с беспокойством размышляя, что слишком много трачу его. А если потом понадобится на настоящее склеивание настоящей кожи?

Во всяком случае, Дрейвен получил что-то вроде мягких тапочек. Он встал, немного потоптался на месте и попросил передать ему Мисти.

- Будет лучше, если пока он побудет у меня на руках.

- Почему у тебя?

- Потому что тебе придётся держать оружие наготове.

- Но ведь змей больше нет? Мисти их здорово напугал.

- Кроме змей, - в его голосе я услышала намёк на улыбку, - здесь чёрт те сколько всяких тварей. И все в основном голодные.

Невольно скользнув взглядом по его рукам, я поёжилась. После того как уиверн поел, регенерация, конечно, пошла быстрей. Но внешне кожа на его руках – там, куда капала ядом змеища, всё ещё производила жуткое впечатление. Да и ел он всего лишь консервированное мясо. Неизвестно ещё, какие там добавки…

Мисти против поездки на руках хозяина не возражал.

Мы двинулись в путь. Самым опасным местом в начале дороги, естественно, оказался выступ, с которого уиверн чуть не слетел в шахту. И мне-то, со свободными руками, было нелегко цепляться за скобы – там, где канат оказался оборванным, а уж Дрейвену, с котом на руках, пришлось совсем тяжело. Тем не менее, вскоре этот участок пути преодолели.

Поднимались не спеша, несмотря на предупреждение Дрейвена, что из пропасти лифтовой шахты могут подняться и другие твари.

Уиверн остановился перед уже привычной для меня сплошной стеной.

- Здесь.

Только почти у самых ног обнаружилась низкая дверца, больше похожая на лаз для собаки. Если встать на колени и пригнуться – можно и вползти.

Прежде чем войти в эту нору, я спросила:

- Здесь на каждом этаже есть улицы? Ну, где из лифта выйти можно?

- Улицы – да. Но выйти можно не везде. В большинстве случаев входы-выходы завалены – службами Керы, по требованию полиции. Официальные входы-выходы с нижних ярусов все под наблюдением. Но только не из этой шахты.

На четвереньках, а то и полностью пластаясь по земле, мы пролезли всю нору – уиверн впереди, между нами Мисти – топал уже своими лапами… На выходе Дрейвен вытянул себя на руках и пропал в темноте. Я ожидала – подаст руку. Первым же вылез. Но он поступил, наверное, как коренной обитатель здешних мест: встал с другой стороны, напряжённо вслушиваясь в пространство, с оружием наготове.

Вылезли мы в кромешную тьму. Я даже рук своих не видела. И даже не то что не видела – не почувствовала: они будто растворились во тьме. Страшное ощущение. Уиверна заметила лишь силуэтом – на фоне очень далёкого и слабого света.

- Ты поднялась? – прошептал Дрейвен.

- Да. А почему ты не свистишь?

- Я знаю это место. Пойду без свиста, чтобы не привлекать внимания. Эту дорогу выучил так, что чувствую, как со всех сторон здания нависают. Здесь легко ориентироваться в пространстве. Чувствую стены домов.

Нисколько не удивилась переулку, до которого шли через пустынный перекрёсток. Узкий и удобный для игр в прятки, если учесть, что в нём громоздились горы мусора и крошева от обваленных стен домов. Больше волновала темнота, в котором тело словно украдкой от сознания пропадало. Где-то далеко смутный свет виден, но на него лучше не смотреть – глаза режет. Уиверн будто понял меня: обернулся и, выждав, когда подойду ближе, нащупал моё плечо и взял меня за руку. Сразу стало легче.

Пару раз чувствовала, как к ноге, благо шаг у обоих медленный и неуверенный и с частыми остановками прослушать дорогу, прислоняется что-то мягкое и тёплое. Мисти.

Переулок казался бесконечным. Вялый свет впереди превращал его в подобие странной ветки лабиринта. Уиверна я не спрашивала, далеко ли нам ещё идти. В ушах напряжённо звенело, временами появлялось впечатление подозрительного шума со стороны… Заворожённая и даже обессиленная нехорошей тьмой, я, казалось, болезненно засыпала на ходу, то и дело спотыкаясь на каких-то кучах или на обломках кирпичей – если это были кирпичи. Пока Дрейвен властно не завернул меня от ходьбы по инерции куда-то в сторону. Наверное, некоторое время я вообще отсутствовала в реальности, ничего не соображая. Кажется, двигалась. Кажется – шла. Внезапный огонь, ударивший в глаза, заставил очнуться.

- Лианна…

Долго смотрела на огонёк перед глазами, прежде чем сообразила, что уиверн держит перед моими глазами зажигалку. Начала приходить в себя. Медленно, словно просыпаясь ото сна,