взгляд упал на массивный деревянный сундук, окованный темным железом, который стоял в углу комнаты. Вчера, когда мы заселялись, его заносили двое крепких грузчиков, обливаясь потом.

— Нет! — Лин Сюэ вдруг резко подалась вперед, преграждая мне путь, её рука инстинктивно дернулась к сундуку. — В этом нет нужды! Это слишком тяжело, там... там мои купеческие гроссбухи и образцы тканей. Я позову слуг!

Я снисходительно рассмеялся, аккуратно и непреклонно отодвигая её в сторону.

— Госпожа Лин, вы оскорбляете мои мышцы! Мой меч весит больше, чем ткани. Позвольте мне проявить воинскую доблесть. Идите за водой, я всё сделаю.

Девушка побледнела, затем тяжело вздохнула и поджав губы, посмотрела на меня так, словно я собирался прыгнуть в жерло вулкана, но спорить не стала. Смиренно опустив голову, она выскользнула из комнаты, оставив меня наедине с багажом.

Я подошел к сундуку. С виду — обычная, добротная купеческая кладь. Я взялся за кованые ручки по бокам и с легкостью, используя лишь силу плечевого пояса, оторвал его от пола.

Действительно, тяжеловат для шелка, видимо, там лежат плотные зимние ткани или бухгалтерские книги с тяжелыми переплетами.

Я развернулся, чтобы направиться к выходу, но в этот момент произошло непредвиденное.

Мой сапог зацепился за неровно прибитую доску старого пола и я качнулся вперед. Сундук, обладающий смещенным центром тяжести, дернулся в моих руках, раздался резкий, сухой щелчок — видимо, старый замок на крышке не выдержал резкого рывка или был плохо закрыт.

Я попытался перехватить ношу, но было поздно.

Крышка распахнулась настежь, сундук выскользнул из моих рук и с грохотом рухнул на бок.

Его содержимое с металлическим лязгом рассыпалось по циновке.

Я замер, уставившись на пол.

Там не было ни шелка, ни гроссбухов, ни даже женских украшений.

По полу веером разлетелись клинки.

Их были десятки. Короткие метательные ножи с матовым, черным покрытием, поглощающим любой свет. Изящные, тонкие стилеты, похожие на смертоносные иглы. Узкие кинжалы с причудливыми, изогнутыми лезвиями и глубокими кровостоками. Моток тончайшей, сплетенной из серебра и стали проволоки, оснащенной на концах удобными костяными кольцами-держателями. И небольшие, плотно закрытые фарфоровые флаконы, в которых плескалась какая-то темная жидкость.

Я опустился на одно колено, благоговейно затаив дыхание.

Любой простолюдин или трусливый столичный чиновник, увидев этот арсенал, закричал бы от ужаса, любой стражник поднял бы тревогу, распознав в этом набор профессионального, элитного убийцы.

Но я был сыном Чон Хасо и Юн Соры. Я вырос в доме, где оружие было не просто инструментом, а философией и предметом поклонения.

Я осторожно, двумя пальцами, поднял один из метательных ножей.

Великие предки! Какая работа!

Балансировка была абсолютно, пугающе идеальной, центр тяжести смещен ровно на треть от острия — то, что нужно для броска на дальнюю дистанцию без потери пробивной силы.

Я провел большим пальцем по матовому лезвию. Специальное воронение, чтобы клинок не блестел в лунном свете и не выдал позицию бросающего. А эти глубокие, узкие желобки вдоль лезвия...

Обыватель решил бы, что это для кровопускания. Но я-то знал! Мой отец рассказывал, что такие желобки делают лучшие кузнецы Запада, чтобы при полете нож издавал специфический, высокий свист, дезориентирующий противника за долю секунды до попадания!

— Невероятно, — прошептал я, бережно перебирая рассыпанное сокровище. — Какая тонкая, изысканная коллекция...

В этот момент в коридоре послышались торопливые, легкие шаги.

Лин Сюэ вернулась и замерла в дверном проеме.

Глава 12

POV Лин Сюэ

Я стояла на пороге своей комнаты и чувствовала, как ледяной холод сковывает мои внутренности.

Мой сундук лежал на боку, крышка распахнута. Мой личный, тайный арсенал — инструменты, с помощью которых я оборвала десятки жизней во благо ордена «Ночного Пепла» — был выставлен напоказ.

В центре комнаты на одном колене стоял Чон Мин-Хо.

В его огромной, мозолистой руке был зажат мой любимый стилет «Поцелуй Вдовы» — клинок, чьи желобки были специально расширены для удержания парализующего яда из тех самых флаконов, что валялись рядом.

Мужчина всё видел и, кажется, он всё понял.

Моя легенда рассыпалась в прах быстрее, чем я успела моргнуть. Этот южный медведь, прикидывающийся простофилей, всё-таки перехитрил меня. Он специально вызвался нести сундук и уронил его. Мин-Хо искал доказательства, и все-таки нашел их.

Времени на раздумья не было.

Мое тело сработало на чистых инстинктах. Я не стала кричать или оправдываться.

Моя рука молниеносно скользнула в рукав, пальцы нащупали холодную рукоять запасного метательного ножа, который я всегда носила с собой. Я сделала бесшумный, скользящий шаг в комнату, смещая центр тяжести.

Я знала, что не смогу победить его в открытом бою на мечах, но сейчас он стоял на коленях, его спина была расслаблена, а внимание приковано к моим игрушкам.

Один бросок в незащищенное место между шейными позвонками, яд сделает свое дело за три удара сердца. Мне придется бежать из города, прятаться от гнева Императрицы Ю-Ри всю оставшуюся жизнь, но сейчас речь шла о выживании здесь и сейчас.

Я подняла руку для броска, концентрируя всю свою Ци на кончике лезвия.

И тут Мин-Хо медленно, словно в трансе, повернул ко мне голову.

В его глазах не было ни триумфа разоблачителя, ни ярости праведника, обнаружившего змею в своем гнезде.

В его темных, огромных глазах стояли слезы. Слезы абсолютного, щенячьего восторга и благоговения.

— Госпожа Лин... — прошептал он срывающимся, полным трепета голосом.

Я замерла, так и не выпустив нож из руки. Рукав скрывал мое движение, но каждая мышца в теле была напряжена до предела.

— Вы... вы должны были сказать мне, — Мин-Хо медленно поднялся, сжимая в руке мой отравленный стилет с такой нежностью, словно это был хрустальный цветок. — Почему вы скрывали от меня такую красоту?

— Красоту? — эхом повторила я, чувствуя себя так, словно меня ударили пыльным мешком по голове.

— Ваша коллекция! — он широким, восторженным жестом обвел рассыпанные по полу орудия убийства. — Боги Небесные, Лин Сюэ! Я думал, вы обычная дочь торговца, увлекающаяся вышивкой и сутрами! Но вы... вы — истинный ценитель оружейного искусства!

Я стояла, приоткрыв рот.

Мужчина не шутил, в его голосе не было ни капли сарказма.

— Вы... вы думаете, что это... коллекция? — выдавила я, всё еще не решаясь убрать руку от спрятанного кинжала.

— А что же еще?! — Мин-Хо просиял так ярко, что мне захотелось зажмуриться. — Посмотрите на эту балансировку! — он подбросил мой «Поцелуй Вдовы» в воздух, кинжал сделал идеальный оборот и точно лег рукоятью ему в ладонь.

Я чуть не поседела, ожидая, что он порежется об отравленное лезвие.