в финансовых делах всегда имеет место доля риска, и только знания и опыт могут немного снизить опасность подобного рода операций. У Рябушинских было особое чутье, и их подход к ведению финансовых операций – верность дедовскому принципу «все для дела, ничего для себя» – заслуживал уважения.

* * *

Но Павла Павловича Рябушинского интересовал не только бизнес.

В своих мемуарах «Москва купеческая» близкий к дому Рябушинских П. А. Бурышкин пишет: «Во главе стал старший сын, Павел Павлович. Вначале он занимался только банковскими и промышленными делами своей семьи, но затем – примерно с 1905 года – принялся за общественную деятельность и сразу занял в ней выдающееся место. Впоследствии он был председателем Московского Биржевого комитета, членом Государственного Совета по выборам от промышленности, председателем Общества хлопчатобумажной промышленности, председателем Всероссийского союза промышленности и торговли и видным старообрядческим деятелем. Им была создана газета «Утро России», считавшаяся органом прогрессивного московского купечества, а сам он был сравнительно левых настроений и не боялся их высказывать.

Говорил он неплохо, но свои речи чрезвычайно тщательно подготовлял, – никогда не говорил экспромтом. Одной из его любимых тем было осознание купечеством своей роли в хозяйственной жизни и необходимость для купцов оставаться купцами, а не переходить в дворянство. Говорил он прямо то, что думал, иногда нарочито заострял вопрос и не старался приспособляться к настроениям своего собеседника»[95].

Павел Павлович активно включился в общественно-политическую деятельность на пике революции 1905 года. Во время состоявшегося в Москве летом 1905 года Торгово-промышленного съезда он выступил сторонником создания в России полноценного парламента. Съезд был закрыт властями, решившими, что предприниматели вышли за рамки своей компетенции, но Павел Павлович и его сторонники продолжили нелегальные заседания в доме миллионера. С этого момента Рябушинский стал одним из самых заметных лидеров группы оппозиционно настроенных крупных «молодых» московских капиталистов (А. И. Коновалов, С. Н. Третьяков, П. А. Бурышкин и др.), выступавших за неотложное реформирование страны.

Получилось так, что вышедших из купеческой среды молодых предпринимателей-миллионеров перестала устраивать отстраненность представителей крупного бизнеса от принятия политических решений. Им, создателям своих успешных бизнес-империй, стало казаться неправильным, что судьбами страны распоряжаются не они, уже делом доказавшие свою высокую эффективность, а какие-то назначенные царской волей бюрократы.

Рябушинского и других адептов частного предпринимательства называли «буржуазистами», и они составили либеральную оппозицию самодержавию.

Его политическая биография началась в 1905 году, когда в условиях начавшейся революции 35-летний фабрикант возглавил группу либерально настроенных «молодых», как их стали называть, промышленников, противостоящих верноподданным «старикам» во главе с председателем Московского Биржевого комитета Н. А. Найденовым. Политическим кредо «молодых» стал так называемый буржуазизм – идеология, имеющая в основе убеждение, что наступивший XX век должен стать в истории страны веком буржуазии. В отличие от отцов, их не удовлетворяла социальная роль верноподданных, а в основе их действий лежало стремление к тому, чтобы российское «третье сословие» заняло в обществе подобающее ему место.

ЮРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ПЕТРОВ,

доктор исторических наук

Прошло совсем немного времени, и П. П. Рябушинский с единомышленниками приступил к созданию собственной «умеренно-прогрессивной партии». По сути, эта небольшая партия разделяла главные идеи кадетов, ратуя за всеобщее избирательное право, принудительный выкуп части помещичьих земель и т. д., но она никак не соглашалась с требованием интеллигентов-либералов восьмичасового рабочего дня, который непременно привел бы к спаду производства, а также была против предоставления широкой автономии для Польши и Финляндии.

Однако этот партийный проект московских деловых кругов быстро заглох, и Павел Павлович вступил в ряды Торгово-промышленной партии, блокировавшейся на выборах в Первую Государственную думу с Союзом 17 октября.

С началом работы Первой Государственной думы деятельность Торгово-промышленной партии замерла, и в ноябре 1905 года П. П. Рябушинский примкнул к более влиятельным октябристам. Более того, он даже был избран членом ЦК Союза 17 октября, но и в этой партии он продержался недолго. Недовольный политикой ее лидера Александра Ивановича Гучкова, который тогда выступал сторонником правительства и поддерживал военно-полевые суды, введенные П. А. Столыпиным, Павел Павлович перешел в созданную левыми октябристами Партию мирного обновления. Партия заявила о себе как о «непримиримо-оппозиционной по отношению ко всякому антиконституционному правительству» и с этой точки зрения решительно отказавшейся «поддерживать нынешнее министерство».

Павел Рябушинский много занимался общественно-политической деятельностью. Многие считали его убеждения левыми <…> Однако взгляды П. Рябушинского определялись влиянием старообрядчества. Преследуемые со времени правления Алексея Михайловича староверы создали свою собственную систему ценностей, позволявшую им выстоять в окружавшем их вражеском мире. П. П. Рябушинский был одним из признанных лидеров московских старообрядцев, он решительно выступал против религиозной нетерпимости и политических преследований, в защиту свободы мысли, совести и слова. Его поддерживала группа предпринимателей Москвы.

АНАТОЛИЙ НИКОЛАЕВИЧ ПЕРШИКОВ,

кандидат исторических наук

К сожалению, Партия мирного обновления также не смогла добиться значительного успеха как политический проект. Позиционируясь между кадетами и октябристами, представители этой партии надеялись установить себя в качестве политического центра, но на практике оказались лишь слабой прослойкой между двумя основными либеральными объединениями. Попытка Партии мирного обновления одновременно ослабить как революционные, так и реакционные силы провалилась. Численность партии не превышала 2000 человек, а ее представительство в Государственной думе второго и третьего созывов варьировалось от трех до восьми человек.

В архиве П. П. Рябушинского сохранилось письмо к А. И. Гучкову, относящееся ко времени первой революции. В нем говорилось: «Вообще Россия опять в ужасном виде и упадке, и мы с Вами напрасно очень уж оптимистичны! Мы результатов не увидим, и мы должны себя признать жертвой сего времени <…> Прошлое гибнет, а новое еще долго не начнет нарождаться <…> Вдруг еще временно явится и Иван Грозный»[96].

Опасения Павла Павловича были обоснованными, и «Иван Грозный», как теперь известно, вскоре явился: Россия в XX веке оказалась в таком же террористическом разгроме, какому подверг Русь царь Иван Васильевич…

Главное, что выделяло Павла Павловича Рябушинского из среды его коллег и партнеров, – это острое, почти болезненное чувство ответственности за доставшееся ему по наследству дело и за страну. Он, пожалуй, был первым, кто открыто заявил: предприниматели – это люди, которые способны обеспечить достаток и процветание, а посему они и есть истинные хозяева будущей России.

Он был человеком удивительно честным, и все это знали. Когда во время войны Земский и Городской союзы решили послать делегацию к императору (в составе шести человек – по три от каждого из союзов), Городской союз, наряду с М. В. Челноковым и Н. И. Астровым, выбрал Павла Павловича и не выбрал А. И. Гучкова, который также был кандидатом. По воспоминаниям П. А. Бурышкина, «многие из участников Городского съезда, где происходили выборы, говорили: Рябушинский царю правду скажет»[97]. Павла