— Кто? — коротко спросила я. — Присцилла?

— Да, я сама упала, — попыталась оправдаться девушка. — Утром на тренировке.

— Дафна, не делай из меня идиотку, — отпуская руку соседки и пристально глядя ей в глаза, сказала я. — Что эта тварь хотела от тебя?

На глазах у девушки выступили слезы и она отрицательно замотала головой, давая мне понять, что она мне ничего не расскажет.

— Неужели, ты так сильно ее боишься? — удивилась я.

— Она сказала, что если я проболтаюсь тебе или сдам ее ректору, моих родителей выкинут с работы и из города, — выпалила Дафна сквозь слезы.

— Ну, это мы еще посмотрим, — зло процедила я и отправилась вершить правосудие.

Найти нужную дверь не составило большого труда — на ней была приклеена большая самодельная корона. Я закатила глаза от раздражения и, подумав о том, что выбив ее с ноги, привлеку слишком много лишнего внимания, культурно постучала.

Через пару мгновений дверь отворилась и на пороге появилась Присцилла.

— Ух ты, королева сама двери открывает, — отодвигая ее в сторону и заходя внутрь, ехидно-удивленным голосом проговорила я.

Комната была до тошноты розовой и пахло там приторно-мерзкими духами.

— Господи, как вы живете в этой газовой камере? — скривившись от неприятного запаха, спросила я. — Окно что ли бы открыли.

— Да, Гретта, — пропищала блондинка. — Нищенка правильно говорит. Открой окно. Мы ее туда как раз и выкинем.

Я искренне рассмеялась от ее смелого выпада в мой адрес, а еще и от того, что она так и стояла у двери, скрестив на груди руки и не не рисковала подходить ближе.

— Я смотрю, — начала я вкрадчивым голосом. — Ты меня в прошлый раз не поняла. Или может тебе волос своих не жалко?

Присцилла нервным движением пригладила волосы и вскинув гордо вверх напудренный носик, пропищала:

— Я и сейчас не особо понимаю, чего ты приперлась!

Я молча, гипнотизируя тяжелым взглядом блонду, дождалась, пока та, что была похожа на неповоротливую свинку подойдет к окну и раскроет настежь створки, в два шага оказавшись рядом, взяла ее за грудки и перекинула через подоконник.

— А-а-а-а! — завыла пышка.

— Т-ш-ш! — приставив указательный палец свободной руки к губам, шикнула я. — Ректора разбудишь. А у нас комендантский час.

А после медленно повернула голову к Присцилле, которая даже бровью не повела при виде того, что ее прихлебала находится в опасности и, улыбаясь с отвращением на лице, сказала:

— Знаешь, в чем между нами разница?

— В том, что я из богатой семьи, а ты родилась на помойке! — скривив и без того неприятное лицо, пискнула блондинка.

— В том, что где бы я ни родилась, я остаюсь человеком, у которого есть ценности и принципы, — тихо, но со сдерживаемой злостью внутри, сказала я. — А ты… Вот я сейчас ее отпущу, она упадет. Не разобьется, но возможно, что-нибудь себе сломает. А ты даже близко к ней не подойдешь. Просто ляжешь спать. А завтра найдешь себе новую прихлебалу.

Лицо Присциллы побагровело, а руки сжались в кулаки, но она по-прежнему не двигалась с места.

Я вернула пухляшку в комнату. Отряхнула ее, поправила одежду. Девчонка выглядела растерянной и смотрела на меня со страхом, а на блондинку с обидой.

— Ты оставишь Дафну и ее семью в покое, — подходя к Присцилле, процедила я. — Или я не посмотрю, чья ты дочка и в следующий раз, за окном будешь висеть ты. За окном самой высокой башни академии. Я достаточно доходчиво объяснила? Кивни, если поняла.

Блондинка едва заметно кивнула, а я удовлетворившись результатом переговоров, взялась за дверную ручку, чтобы открыть ее.

— Добрых снов вам! — с этими словами я вышла за дверь, краем глаза успев заметить, как изменилось лицо Присциллы и стало злорадным.

А вот причина ее злорадства уже ждала меня за дверью. Все тот же нервный парень на шарнирах и еще трое таких же.

— Вот ты и попалась, Роквуд! — мерзко улыбаясь, прошипел он.

В следующее мгновение один его дружок прописал мне кулаком в живот, другой натянул на голову мешок, а сознание покинуло мое бренное тело.

Глава 16

Глава 16

Алиса

Где-то внутри меня теплилась надежда на то, что очнусь я обратно в своей теплой постельке. Меня будет дергать за ногу пес Барсик в необузданном желании погулять и скинуть накопившееся напряжение. Я вернусь к своему привычному образу жизни, получу диплом криминалиста, может быть даже найду родителей и задам им вопрос, который интересовал меня всю мою жизнь:“Какого хрена вы бросили меня на крыльце детского приюта?”

Но из всего перечисленного оставался только вопрос: “Какого хрена?”

— Какого хрена вам надо от меня? — простонала я, раздирая глаза.

Я сидела на стуле с завязанными за спиной руками. Голова свисала вниз и казалась безумно тяжелой.

— О, очухалась! — наигранно радостно сказал рядом мужской голос.

Я чуть приоткрыла один глаз и попыталась им рассмотреть окружающую действительность. Какое-то серое помещение, почти как та камера, в которой меня запер ректор, но тут были окна. И кроме сумеречного неба ничего из него больше видно не было. А это означало, что мы где-то высоко.

— Давай-давай, приходи в себя, — послышался уже другой голос, более знакомый и ломанный. — Ты нужна мне в сознании.

Я повернула голову, открывая и второй глаз и уже смогла разглядеть всех присутствующих. Тот, что выхватил меня два дня назад у входа в учебный корпус. Сейчас его состояние было еще хуже, чем тогда. Глаза были красными, он постоянно шмыгал носом и подергивал головой в левую сторону, словно отгонял назойливую муху.

Хотя не исключено, что именно этим он и занимался. Мало ли там какие галлюцинации при ломке могут быть.

Трое остальных выглядели получше, вероятно, что они подсели на эти капсулы позже чем красноглазый. Но тоже были нервными и дергаными.

— Что делать будем с ней, Фил? — спросил один из них у того, кого я в своей голове определила, как главного в их шайке.

— Узнаем, где она прячет капсулы, — отозвался красноглазый. — А потом в расход.

— Расходный материал у тебя еще не вырос, чтобы меня в расход пускать, — хихикнув, проговорила я почти себе