На тренировке чувствую себя хорошо… Тренер на этот раз ругает. Подсказывает где и как отстаю.

— Давай, ласточка… Выдай мне, что надо…

— Я хочу дать четверной аксель в конце…

— Алиса… — мотает головой тренер. — Исключено. Ты не сможешь.

— Смогу.

— Не сможешь. И думать забудь. С Малининым себя не надо сравнивать.

Я знаю, она всегда говорит мне правду в лицо. Это особенность спорта, но я знаю, что положу все свои силы, чтобы это сделать. Даже если она будет против.

— Ты упрямая… Но, Алиса… Подумай сто раз…

— Подумаю… — отвечаю и снова еду выполнять программу.

— Куда?! Не передохнула же ещё! — ругается она, показывая мне кулак, а я улыбаюсь.

Так нельзя, конечно… Но когда дурная кровь вынуждает тебя действовать, ты весь кипишь изнутри…

Я сама не замечаю, как проходит время… Катаюсь на износ, не чувствуя ничего, кроме льда…

Лутц… Два тулупа... Сальхов…

Порой так забываюсь, что не реагирую даже на слова тренера…

Останавливает только одно… Карие глаза, которые вынуждают меня тут же всё прекратить… Словно в секунду отрезают мне крылья… И я чувствую, как тело из пушинки становится булыжником… И я резко торможу на льду, прорезав его так сильно, что коньки издают жалобный стон.

Он так смотрит, что кишки все в узел сворачиваются. Ненавижу этот взгляд.

Свесив свои татуированные раскаченные руки с бортиков арены, Амир стоит, как всегда, с сигаретой за ухом и посылает мне воздушный поцелуй. Однако я делаю вид, что мы незнакомы, и тут же лечу к тренеру.

— Ты в порядке? Случилось что-то?

— Нет, всё нормально… Просто время уже вышло…

— Не вовремя у тебя таймер сработал… Только раскаталась…

— Всегда так… Под конец… Ладно, я пойду, Евгения Игнатьевна… Моё время вышло… — повторяю, будто на автомате, и она усмехается.

— Никогда так домой не рвалась… Ну надо же… — говорит и вдруг замолкает… Я осознаю, что прямо за моей спиной стоит он… Чёрт бы меня побрал…

— Здравствуйте, — здоровается с моим тренером хриплым голосом, и у меня даже из-за этого всё внутри переворачивается.

— Здравствуйте… Алис… Это кто?

— Её парень… Мы теперь живём вместе, — отрезает, а она смотрит на меня с диким удивлением.

— Эм… Ясно… Понятно… Я — Евгения Игнатьевна…

— А я — Амир… Забирать её теперь буду я.

Я знаю, что она думает… Она ведь знает Кирилла… Очень хорошо знает. Потому что он тоже тут тренируется… Только в другое время у другого тренера… Но они дружат между собой. И я вижу, как огорчила её тем, что Амир из себя представляет.

— Мы пойдём уже… Извините…

— Конечно… Идите…

Я тут же беру в руки коньки и иду в сторону раздевалок, а он за мной.

— Зачем ты так сделал?! — выпаливаю, только заходим за стену.

— Как?

— Зачем в открытую подошёл к моему тренеру???

— А что нам надо было прятаться? Не помню, чтобы ты ставила такие условия…

— Офигенно… Да ты никакие условия не слушал… Я не понимаю, что происходит, Амир. Сначала угрозы, потом каша, зеленый чай и нарушения личных границ… Но, учти… Я тебе ясно сказала… Я тебе сердце не отдам. Что хочешь делай. Хоть изнасилуй меня. А всё равно твоей не буду, — огрызаюсь, пока он просто стоит и слушает меня, после чего ухожу в душевую… Сердце так бьётся, что хочется умереть… Уже думаю, что опять встрянет и залезет ко мне, но нет, слава Богу… Когда полностью собираюсь, он ждёт меня снаружи… Возле машины. Просто стоит и курит, разговаривая с кем-то по телефону, а я пытаюсь пройти мимо, но он громко ударяет по машине, и я вздрагиваю на месте.

— Села! — грубо командует, а потом снова что-то кому-то говорит по телефону. Приходится слушаться… Прохожу мимо и слышу. — Я тебе каждый палец сломаю за это. Вырву кишки и…

Дальше я просто сажусь в машину и закрываю дверь. Не хочу быть свидетелем его разборок. Минут пять его нет, а потом он нервно садится в машину и хлопает дверью.

— Всё в порядке?

Амир не отвечает. Просто пристёгивает мой ремень и начинает движение… Но я вижу насколько сильно он взбешён… Просто до какого-то дикого состояния.

Некоторое время молчу вместе с ним… Ощущая, как пространство в машине становится мрачным тягучим сгустком… Нависая над нами и провоцируя на негатив.

— Мы можем заехать в магазин?

— В магазин? Какой?

— Мне нужно кое-что из продуктов… И в аптеку…

— Ладно, понял…

Молча мы доезжаем до супермаркета… Он останавливает машину, и не успеваю я выйти, крепко дёргает меня за руку обратно. Смотрит прямо в глаза… Так пронзительно и нагло, словно ворует у меня последние эмоциональные ресурсы.

— Успокой меня… — шепчет мне в губы. Чуть склоняясь вперёд… Я дрожу и подставляю щёку вместо губ… Но в то же мгновение понимаю, что зря, потому что он начинает эти свои провокационные поцелуи от щеки к скулам, а дальше к шее… И у меня пространство плывёт, как при повышенной температуре. Прикрываю глаза и пульс шарахает по голове…

— Амир, я в магазин пошла… Всё… Всё, — отталкиваю его от себя, застыв на его лице… Он будто поймал эйфорию. Зрачки накрыло. Сам весь раскраснелся, как и я. Боже… — Я пошла…

Вылетаю из его машины и тут же бегу в гастроном… Всё внутри содрогается, как при землетрясении… Я не могу понять, когда влияние этого парня на меня прекратится… Я уже физически не вывожу… Это какое-то самое настоящее издевательство.

Там провожу так много времени, как только можно… Даже купив орехи и злаки, а ещё всякие вещи для личной гигиены, просто хожу по рядам, лишь бы к нему не возвращаться… Но в конце он сам встречает меня внутри возле кассы… Приходится стискивать зубы и расплачиваться.

— Всё взяла?

— Да.

— Хорошо…

Сам берёт за меня пакет и прикладывает свою карту. А потом подгоняет обратно к машине… Джентльмен хренов.

— Сегодня… Хочу сводить тебя в ресторан, если не против… — говорит, когда садимся внутрь.

— Против… Хочу побыть в комнате…

— Отлично… Тогда я буду с тобой… — сообщает он и мне становится дурно.

— Нет, знаешь, тогда лучше ресторан…

Там хотя бы люди есть… А он усмехается.

— Окей… Если что-то нужно… Платье там… Стилист… Можешь попросить…

— Спасибо, конечно, но мы не на приём к королеве идём. А просто в ресторан. Обойдусь.

— Лисица… Ничего не понимаешь… Глупая моя девочка… Своим поведением ты однозначно всё сильнее меня заводишь… — проворачивает он ключ и рычит мотором, глядя на меня. — Надеюсь, ты понимаешь,