знакомых… — лгу я, чувствуя такое жжение внутри, что не могу продохнуть.

— Слава Богу, — выдыхает его мама. — А-то что-то я разволновалась… Скажи ему, чтобы телефон зарядил, ладно?

— Да, конечно… Как вернётся… До свидания, — тут же сбрасываю трубку и в ужасе смотрю на экран. — Чёрт!

Резко бросаю все свои дела и иду к Амиру… Просто на панике ищу его глазами.

— Амир?! Амир!

Захожу в каждую комнату… В каждую… Но его нигде не вижу… А потом пытаюсь открыть ещё одну дверь. Но она закрыта. Я дёргаю за ручку снова и снова. Бесполезно… А потом вдруг слышу:

— Это мой кабинет. Тебе туда нельзя, — отрезает он, снимая ботинки на входе. Видимо, был на крыльце и курил… Потому что, как только я подхожу к нему, чувствую явный отчётливый запах сигарет…

— Амир… Скажи мне, где Кирилл… Что ты с ним сделал? Я умоляю тебя…

— М… Умоляешь? — спрашивает равнодушно. — Ну а ты сделала, что я говорил?

— Ч-ч-что… Сделала что?

— А ты поработай своей милой каштановой головкой… Вспомни… — касается он моего виска, а потом проходит мимо меня и прётся на кухню… И я иду за ним.

— Амир…

Он спокойно наливает себе стакан воды и начинает пить. А потом с громким звуком ставит тот на столешницу, и я вздрагиваю.

— Я сказал тебе бросить его по смс… Ты сделала?

— Н-н-нет… Я не стала… Просто…

— Просто, Алиса… — перебивает он хрипло. — Домой он не вернётся, пока на его телефон не придёт это сообщение от тебя…

— Амир… Как ты можешь?! Это же человек! Живой, блин, человек!

Он смотрит на меня таким хладнокровным взглядом и начинает уходить в нашу спальню…

— Я предупредил. Этот человек сдохнет через сутки от обезвоживания, если ты не напишешь…

— Господи! Ладно!

Я тут же бегу за своим телефоном и судорожно тычу на экран, пытаясь вспомнить, что он сказал мне ему написать…

«Я передумала. Нам лучше расстаться. Мы не подходим друг другу. Извини».

Иду к нему и тут же с порога толкаю телефон в его грудную клетку, пока он переодевается.

— Вот, на! Пожалуйста, отмени! Верни его домой, умоляю тебя!

— Не вопрос… — отвечает он, просмотрев сообщение, а потом набирает что-то на своём телефоне. — Сегодня твой Кирюша будет дома. Сладко спать в своей постели… Ну… Может не совсем сладко…

— Я даже говорить с тобой не хочу… Я не понимаю тебя… — отрезаю, а он резко дёргает свои трусы вниз… И у меня в мгновение происходит коллапс… Все жизненные показатели стремятся к нулю… Когда я вижу его огромный налитый кровью орган… Сразу же отворачиваюсь в ужасе. Но никак не могу выбросить из головы то, что я увидела… Господи… Какой он большой… Мама…

— Ну чего ты отвернулась, лисица… Ложись ко мне… Может лучше друг друга поймём…

Шуршит одеяло, а я так и стою, застыв… Спиной к нему… Сердце в груди гоняет, будто на аттракционах… Трудно дышать. Да и всё остальное кажется сейчас непосильным трудом… Даже на ногах стоять…

— Я пойду родителям позвоню, — тут же хватаю свой телефон и бегу оттуда на свежий воздух, чтобы не задохнуться от ужаса…

Глава 8

Амир Шаламов

Какой была, такой и осталась…

Не знаю, чем так запомнилась, но забыть не смог… Даже после всей этой поганой ситуации… Когда засыпал, стоило глаза закрыть… Представлял, как катает… Как острие коньков прорезает лёд, а я ловлю свежесть и её аромат вместе с хрупкой фигурой, заключая в свои объятия. Забирая её с соревнований… Снова и снова…

Я нихера не романтик. Никогда таким не был… Но пройдя через ад и потеряв всех своих близких, поставил себе цель, забрать её себе… Чего бы мне не стоило. Ведь она была единственным воспоминанием о прошлом, которое всё ещё согревало мои внутренности… Она была и остаётся всем.

Я всегда был вспыльчивым, поэтому, когда узнал, что у неё есть какой-то хер с горы, немного всё же сорвался… Даже избил того, кто мне об этом доложил… Гонца с плохой вестью… Кулаки давно зажили, ведь сейчас я не решаю вопросы побоями. А тут… Будто снова в свои восемнадцать вернулся. Настолько всё внутри заклокотало.

И хочется… Её хочется… Ту прежнюю ласку, заботу, тепло… Как смотрела на меня. Как мило и забавно морщила нос, когда только возвращался к ней после курения. Как вжималась в мою одежду… Как учил целоваться… Как дурил от неё просто потому что она из всех выделялась. Была такой целеустремлённой. Открытой, честной… Наивной… Нетронутой, как лёд на новой арене… По которому она каталась…

И я всегда говорил, что она выглядит, как Богиня… Она и до сих пор для меня так выглядит… Даже сейчас, когда при виде моего члена, хватается за телефон и убегает из комнаты, будто ужаленная… Это вставляет, конечно… Обрадовался бы я, если бы она была наученная опытом шлюха, которая тут же отдалась мне? Нет… Вряд ли… Меня бы такое сто процентов не зацепило, а только огорчило бы и разочаровало…

И сейчас после отмашки своим ребятам, чтобы они отпустили этого худосочного терпилу, я жду её в нашей постели. Не потому что собираюсь её трахать. Я же не для этого её с таким трудом сюда заманивал… Я хочу от неё совсем другого… Того, что сделает из меня человека. Хотя бы попытается. После всего, что я сделал… Руки по локоть в крови, сам весь переломанный, никак не могу забыть тот день, когда чуть не сдох из-за того, что как лох помчал на ту самую встречу…

Поэтому, когда она наезжает на меня… Когда хамит и говорит, как с дерьмом… Мне кажется, будто я навсегда теперь буду в этой стрёмной круговерти… Будто не будет того прежнего тепла, что исходило от неё… А мне оно, сука, так необходимо… Только рядом с ней я возвращаюсь в то время. Когда ещё было, что спасать… Только рядом с ней…

Она появляется на пороге и смотрит на меня, сжимая в руках телефон. Вздыхая, делает ещё несколько шагов и снова замирает.

— Поговорила?

— Да… Кирилла отпустили?

— Отпустили. Я же обещал.

— Ладно…

— Ложись, Алиса. Завтра у меня важная встреча. Хочу выспаться… — зову её к себе и отворачиваюсь, выключая ночник. Иначе так и будет ебать мозг… Не доверится и не ляжет…

Слышу, как подходит к кровати… Как ставит свой телефон на зарядку… И ложится спать прямо так… В какой-то футболке и штанах… Типа пижамы. Залезая под одеяло, лежит на