друга большим… Хотя бы на миг… Вернуться в прошлое и остаться там...

— Потанцуешь со мной? — спрашиваю тихо в приглушенном свете кабинки.

— Здесь?

— Нет… В общем зале, если хочешь… Но можно и здесь… — предлагаю, чувствуя, как сердце в груди опять херачит о рёбра… И она встаёт по моей просьбе… Сама встаёт… А я, настроившись на любовь, продвигаюсь прямо за ней…

— Вон та... — Монашка? — изгибаю бровь, цинично рассматривая упакованную в свои балахоны одногруппницу. — Блин... Давай, кого-то другого, а... Ты посмотри на неё. Без слёз не взглянешь! — Хах... Аскар сдался? Неожиданно... Сжимаю кулаки и стискиваю челюсть. Перспектива затащить её в постель максимально туманна, но не невозможна. И я никогда не сдаюсь. — Ц... Закрой варежку. Ладно. Она так она... Через месяц будет стонать моё имя и биться в конвульсиях от удовольствия. А видео я тебе предоставлю, дружище... Готовь бабки и зрителей...

Глава 11

Алиса Беркут

Не знаю, почему согласилась. Это плохо, что мне просто захотелось с ним потанцевать? Наверное, это ужасно… Но я всё равно чувствую к нему какое-то непонятное для себя притяжение, что было раньше. Его не было с Кириллом… Не было ни с одним другим парнем… Вообще ни с кем… Только с ним. И это заставляет меня волноваться… Заставляет переживать… А что если это единственный человек, к которому у меня реально будут какие-то чувства? Что если сердце уже сделало свой неправильный выбор… Что тогда?

Когда выходим в общий зал, где мы далеко не единственные, то решаемся потанцевать под эту спокойную совершенно гармоничную музыку… Амир легонько притягивает к себе, обхватывая меня за поясницу. Надеюсь, у него хватит совести не лапать меня на глазах у других людей. Да и вообще у нас договорённость… И я горжусь, что это предложила…

Чувствую, как его широкая ладонь греет меня сзади, а ещё одна сгребает мои пальцы своими… Так интересно, что он вот так сделал… Именно так, как я люблю делать сама…

Взгляд его карих, естественно, стреляет без предупреждения. Как всегда, дикий и необузданный… Если сравнивать Амира с животным я бы, наверное, выбрала тигра… Он мне очень его напоминает…

— Я понять не могу, почему ты всегда так смотришь на меня…

— Как? — спрашивает удивленно.

— Не знаю… Будто злобно… Или… Агрессивно…

— Нет, лисица… Ты не поняла ещё… Я смотрю иначе, — усмехается он, чем заставляет меня вздохнуть.

— Как тогда? — уточняю, вдруг он скажет что-то новое… И Амир тут же склоняется к моему уху… Чуть ближе и… Провокационее… Сначала обдаёт горячим дыханием, а потом шепчет:

— Я смотрю голодно… Потому что хочу тебя…

И всё… Опять мы сталкиваемся взглядами, а низ моего живота при этом начинает тянуть…

Ничего не отвечаю… Просто послушно передвигаю окаменевшие ноги в такт музыке… Следуя за ним… Но на деле у меня уже весь организм терпит крах, потому что его отношение кажется мне одновременно и горячим, и ледяным, как айсберг… Как это вообще возможно?

— Я чувствую себя неловко…

— Почему? Потому что я сказал правду?

— Потому что я тебя три года не видела… Амир… Три года…

— На то были причины, маленькая.

— Почему ты не можешь просто сказать, где был?

— Потому что тебя это не успокоит… А только усугубит всё… — отвечает он уверенно, и я улыбаюсь.

— Конечно… Потому что ты просто бросил меня и встречался с другими… А потом ещё и женился… Быть может… У тебя и ребёнок уже есть…

— Лисица… Я знаю, ты ревнивая. Но порой стоит слушать, что я говорю… Я не врал тебе и врать не собираюсь. Девки у меня были. Для секса и только… И то… Спустя… Примерно полгода, как я исчез из твоей жизни…

— Хочешь сказать… Ты полгода… Ни с кем и ничего… — спрашиваю, не веря ему.

— О да, лисица… Ни с кем и ничего, — отвечает, кивая. — Клянусь тебе…

— Почему?

— На то были причины… Не самые лучшие, поверь… Так что… Не занимай свою красивую голову… Эта информация не стоит испорченного вечера… Понимаешь?

Я только смотрю в его глаза и мотаю головой.

— Не понимаю на самом деле… Тебя тяжело понять, Амир… Весь мой мир тогда был в тебе одном…

— Правильно… Тебе было пятнадцать, Алиса. Мы бы всё равно не смогли быть вместе. Я был взрослым… Ты ребёнком. У тебя ещё в голове ничего не созрело на тот момент… Я осознаю, что ты мучилась. Я принимаю это, как ложь во спасение…

— Как удобно… — нервно выдаю я, напряженно сжимая его пальцы. — Тогда и не нужно было ничего начинать!

— А то, что ты сейчас так резко реагируешь… Говорит о том, что у тебя не отболело… Всё ещё в твоём сердечке… Стоит только постучаться… — будто издевается он, а мне вот прямо сейчас так больно, что в горле песок.

— Всё… Музыка закончилась… Я пойду в уборную, — тут же отрываюсь от него и ухожу туда… Всеми силами убеждаю себя не рыдать… А хочется. Очень хочется… Врубаю воду и прислоняю влажную ладонь к горящей щеке, а дверь вдруг неожиданно отрывается… — Амир, выйди… Я сейчас вернусь…

Взгляд у него, конечно, орудие пыток… Не иначе.

— Не плачь только… — говорит он, нахмурившись, и всё же уходит отсюда… Меня, блин, ноги еле держат… Да, я ужасно себя чувствую после его слов. Потому что всё ещё не осознаю, как много он для меня значит…

Предатель… Чёртов эгоист…

По возвращению в ту самую кабинку тут же беру свой телефон с диванчика.

— Я хочу уйти…

— Хорошо… Только выдохни, ладно? Я не хотел тебя обидеть…

— Ага… Спасибо… Мне стало легче…

— Ты не понимаешь, Алиса…

— Нет, Амир… Как раз-таки я всё прекрасно понимаю. Ты был взрослым… Тебе хотелось ебаться направо-налево… И ты свинтил… туда, где тебе будет проще, чтобы не брать ответственность за глупую малолетку вроде меня!

— Думай, как знаешь, кароче, — швыряет он деньги на стол и стискивает челюсть. Словно это я его обидела, а не он меня.

Мы уходим оттуда оба в таком состоянии, что нам опасно садиться в машину одновременно. Хорошо, что он временно остаётся курить на улице…

Я же сижу внутри и нервно клацаю челюстью… В одном он прав. Не отболело… Всё ещё везде болит. Будто по всему телу от самого сердца передаются болезненные импульсы… И они от меня не оставляют живого места… Даже когда он садится… Оба молчим…

И до самого дома вот в таком состоянии… А потом происходит