соприкосновения с моим голым телом, я отравился бы, вдохнув испарения.

Гипертреножник превратился во вполне себе одноножник — точь-в-точь пузатый гриб на тонкой ножке, покрытой панцирем. Весь энтузиазм твари куда-то пропал, теперь она эманировала не злобой и ненавистью, а страхом и паникой.

Последнюю ногу гипертреножника постигла та же участь, что и остальные.

Перерубив ее, я с большим удовлетворением начал кромсать рухнувший на землю бурдюк, и со стороны это, наверно, выглядело, как если бы хомяк, вооруженный зубочисткой, атаковал гнилой персик. Главное было сделано, тварь нейтрализована, но она не сдавалась, пыталась отрастить новые конечности, чтобы сбежать, но отпускать ее было бы глупо, потому что неизвестно, не призовет ли она на помощь кого-нибудь пострашнее.

Интерфейс напомнил, что через пару секунд живая броня отключится, а когда это произошло, я заорал от боли и отпрыгнул подальше от трупа гипертреножника — испарения от него были токсичны, рвали глотку и легкие. Видимо, такую гадость не под силу нейтрализовать даже моду универсального метаболизма. Или мой был слишком низкого качества.

Некоторое время я провел в пошаговом режиме, чтобы прийти в себя после горячки боя, осознать содеянное и понять, что делать дальше. Убедился, что Агони дала мне передышку — врагов рядом не наблюдалось.

В логах мигнула строчка уведомления:

Внимание, хомо Картер Райли!

Совершено деяние, влияющее на показатель опыта и боевой рейтинг.

И все. Ага, понятно. Это не видеоигра, Разум далеко, и выводить цифры некому. Что ж, потерпим, главное — вообще выбраться с этой адской планеты…

Минутку… А, нет, показалось. Система, засевшая в моей голове, что-то там просчитала и выдала:

Победа!

Уничтожен агрессивный объект «Гипертреножник», классифицированный как угроза.

Расчетный уровень объекта: 11-й.

Боевой рейтинг: +500.

Очки опыта: +480 000.

Очки опыта питомца (гкхом’миакк’тигурр Тигр): +50.

Повышение в звании: сержант!

+2 % к боевому рейтингу.

+2 к защите.

+2 к атаке.

Повышение в звании я отметил, отдав честь и пытаясь не расхохотаться в истерике, чтобы не привлечь внимание других тварей. Самый настоящий голозадый сержант, галактический герой — штаны с дырой. Хуже — вообще без штанов.

Сплюнул от досады и попал в труп гипертреножника. Слюна, коснувшись его, зашипела, как кусок масла на раскаленной сковороде. А дальше плевок напомнил о старом фильме — он начал разъедать туловище твари, да не в одной точке, а степным пожаром разбегаясь во все стороны и выжигая огромный кусок плоти. Так-так… Это что, получается, моя слюна для местных — как агрессивная кислота?

Информацию стоило намотать на ус. Я заозирался, выискивая еще каких-нибудь тварей, чтобы опробовать на них свое новое оружие, освоенное еще в годовалом возрасте, но местной живности повезло — я никого не нашел.

Тогда я направился к Лексе, чтобы проверить ее, и по пути перечитал логи. Не поняв, за какие заслуги хомяк тоже получил опыт, еще и в таком количестве, я огляделся. Клетка была расколота и пуста! Он же не выживет в этой атмосфере!

Хомяк нашелся там, где я начинал бой. Прибитый к земле радужной конечностью гипертреножника, он истекал кровью и еще трепыхался. Все на этой планете — от воздуха и испарений до сильного излучения местного солнца, не говоря уже о смертельной ране и токсичной слизи гипертреножника — должно было его убить, но он продолжил жить и бороться за жизнь.

Я склонился над ним, присел, едва сдерживая слезы. Дотронулся до его мягкого пушистого тельца, аккуратно стянул его с обрубка щупальца. Он дернулся, забился в конвульсиях. Его шерсть облезала вместе с кожей, глаза кровоточили, носик покрылся черной коркой, усики поникли, заляпанные темной слизью.

В полном отчаянии и не зная, что делать, сначала я снова ощутил прикосновение липкого и острого, словно меня прощупывало что-то нематериальное, но в этот раз ощущение длилось меньше мгновения, а после этого я услышал сзади слабый скрежет:

— Ар-р-т-р-р-р…

Оглянувшись, я с изумлением увидел шевельнувшегося Убаму, который за сегодня дважды на моей памяти умер — вернее, мой интерфейс отображал его как мертвого рехегуа, но, судя по всему, у рехегуа, как у кошек, несколько жизней.

Он поманил меня последней уцелевшей конечностью — очень человеческий жест. Смутившись, я отложил оторванную мной «руку», и, баюкая безжизненное тельце Тигра, подошел к охотнику.

Он тронул что-то у своего горла, постучал «пальцем» по выдвинувшейся панели и заговорил почти нормально:

— Картер…

— Да как, черт возьми, ты выжил? — не сдержал я удивления.

— Органика, — он показал на полуистлевшее «тесто», облепившее его. — Поглощенная органика позволила перезапустить источник органического питания. Было хорошей идеей сохранить его, ибо мой внутренний краеугольный камень пуст. — Он протянул мне какую-то пластинку. — Я у тебя в долгу, поэтому вот, возьми. Это модификация интерфейса, которая позволяет собирать данные для Охотничьей гильдии Сидуса. Мод также поможет определить, что ценного есть в добыче, сколько она может стоить и как ее использовать. Если речь идет о неизвестном виде, мод поможет взять образцы или упаковать останки в…

— Ты серьезно? — Я ошарашенно посмотрел на Убаму. — В такой ситуации ты предлагаешь мне ковыряться в трупе той твари? — Сделав глубокий вздох, я подавил рвущийся крик и спокойно начал перечислять: — Мы застряли на этой планете, нам не на чем выбраться. Связи не было до нас, нет и сейчас, нам не вызвать помощь. Мой питомец погиб. У нас нет припасов, оружия, а я вообще голый!

Последнее я все же выкрикнул, и Убама беспокойно шевельнулся.

— Приказ-рекомендация: тише, Картер. Разделяю твое горе по питомцу, но ведь он первый представитель своего вида на Сидусе?

Я кивнул, не в силах говорить — падение и бой с треножником опустошили, но нелепая смерть Тигра добила окончательно.

— Тогда тебе не нужно переживать. Разум не позволит ему погибнуть не своей смертью и восстановит твоего гкхом’миакк’тигурра, как только ты доставишь его останки на Сидус.

— Останки… — Я растерянно взглянул на тельце Тигра, на себя. — Мне его даже некуда спрятать…

— А как же твой инвентарь? — Рехегуа на пару секунд задумался, потом напомнил: — Кстати, мой подарок, плащ из шкуры бувамсо, он же при тебе? Предположение-рекомендация: надень его, если испытываешь неудобство от наготы.

В свое оправдание могу сказать только то, что просто не привык к внепространственному багажу. Всю жизнь самым верным местом хранения моей собственности был рюкзак — и в армии, и в «Стражах», и во время моей карьеры безработного. Все свое ношу с собой. А тут — с глаз долой, из сердца вон. Короче, забыл я про подарок Убамы, а когда