– Всё-всё! – встопорщив усы и забив хвостом, с энтузиазмом подхватил Рик с соседнего окна, мигом уловив, куда клонит хитрюга-брат. – Всё, что было…

– А уж тем более чего не было, – хохотнул Клайд, хлопнув ладонями по коленям.

Лимбер нахмурился и пронзил остряков мрачным взглядом. Пригнувшись под его тяжестью, боги поспешно заткнулись. Джей подхалимски изобразил пантомиму закрывания рта на множество запоров, все услышали даже характерные щелчки, а Рик – звуки зашивания губ иголкой размером с палец, разумеется, шелест протягиваемой сквозь живую плоть нитки тоже был вполне реалистичен.

– Что ты хочешь, отец, даже за секунду до смерти всего сущего они найдут повод для веселья, – снисходительно вступилась за братьев принцесса. – И, наверное, лучше уж пусть сыплют шутками, чем подходят со всей серьезностью к каждой мелочи, утомляя нас вопиющим педантизмом. Так жить куда приятнее.

– Точно-точно, – вновь с готовностью затрещал белобрысый вор. – Мы такие уникальные и замечательные, что без нас ваше существование было бы беспросветной серостью и скукой!

– А вот теперь действительно замолчи, – попросила богиня, и принц с готовностью умолк.

В комнате воцарилась тишина, такая, что с трудом верилось в способность мужчин ее соблюсти. Посвящение в тайну было одним из немногих условий, способных побудить принцев Лоуленда внимать молча.

– Не так давно Кэлер и Элегор вместе побывали в Бартиндаре, – издалека начала богиня. – Поместье в Вальморе, унаследованном герцогом от некоего дальнего родственника. Брат думал приобрести у Лиенского это живописное местечко с чудесным, пусть и слегка запущенным яблоневым садом.

– Уже не запущенным, – довольно прогудел принц, однако в зеленых спокойных глазах бога появилась тень настороженности.

– Герцог устроил Кэлеру экскурсию по дому, и вот в одной из комнат они случайно, хоть я и не верю в случайности подобного рода, раздавили подарок русалок, врученный им впечатленными романтическими песнями («Только песнями?» – ухитрился шепотом удивиться Джей) хвостатыми дамами, – магическую жемчужину. Ее порошок вызвал к жизни странное видение – воспоминание о событиях, запечатленных в памяти поместья. Они увидели дружескую беседу между покойным хозяином поместья и… Жнецом.

Лимбер, в отличие от своих детей еще не слыхавший сего занимательного рассказа, нахмурился, пытаясь переварить информацию. Нигде и никогда король Лоуленда не сталкивался с упоминанием о возможности дружеских отношений Жнеца с кем бы то ни было, да и сами упоминания об этих страшных Слугах Творца встречались не часто. Впрочем, мужчина не стал перебивать дочь и продолжил внимательно слушать ее.

– Исходя из «подслушанного» разговора, мы поняли, что Жнец, очень дороживший дружбой с владельцем Бартиндара, ранее имел семью, детей, но, будучи призван высшим долгом, окончательно оставил их. Поэтому одинокому служителю Творца так дорого было понимание, тепло друга, и так гневался он на свои участь и долг, повелевавшие ему оборвать жизнь единственного близкого человека. Но не подчиниться Воле Творца не мог. Хозяин Бартиндара умер от его руки.

– Грустная история, – резюмировал Лимбер. – Однако я так и не уяснил ее связи с недугом Лейма, не хочешь же ты сказать, будто на парня навел порчу Жнец?

– Не хочу, – смиренно согласилась принцесса. – Я лишь хочу сказать, что Кэлер узнал Жнеца. Пусть его лицо было закрыто капюшоном, но брат – музыкант, его слух уникален так же, как уникальны манера речи, тембр голоса, акцент каждого живого создания.

– И? – поторопил дочь сильно заинтригованный король.

Элия кивнула Кэлеру, тот откашлялся и внезапно охрипшим голосом прояснил мысль сестры:

– Это был Моувэлль, отец.

– Что-о-о? – вздрогнул Лимбер.

– Это был Моувэлль, папа, – повторил принц, вскинув голову. – Элия права, каждый голос уникален, одинаковых не существует, если только по какой-то прихоти Творца Жнец не принял обличье нашего дяди, я слышал и видел именно его.

– Выходит, вы не сиротки, – хмыкнул Клайд, обведя взглядом кузенов, почему-то не пустившихся от радости в пляс.

– Допустим, ты права, – медленно кивнул король, потирая подбородок. – Допустим. Я даже поверю в то, что мой пок… брат на самом деле всю свою жизнь делал из меня и Источника пару идиотов. («Клянусь, я ничего об этом не знаю, Лимбер!» – поспешно залопотали вусмерть перепуганные откровениями принцессы Силы.) Хорошо, он Жнец, – продолжил король. – Но к чему ты завела разговор про Моувэлля? Как все это связано с Леймом?

– Я ничего не могу утверждать наверняка и все-таки не могу не сказать: боюсь, перепады настроения кузена, его новая жесткая беспощадность вызваны просыпающимся наследием, тем, что в его венах течет кровь Жнеца. За последнее время я просмотрела множество всевозможных книг, от откровенно врущих до научных, все, где есть хоть какие-то упоминания о Жнецах. Некоторые авторы смеют утверждать, что Жнецом становятся не только по Зову Творца, вошедшему в душу, но и по Зову Крови. Одно налагается на другое, и рождается Слуга Высших Сил, обреченный на одиночество, призванный убивать и разрушать по Его Воле, – объяснила богиня, печально глядя на сидящего на тахте Лейма.

– То есть это не болезнь, а проявление сути, – благоговейным полушепотом промолвил Эйран, массируя виски.

– Если ты права, что нас ждет? Мы теперь один за другим будем превращаться в Жнецов? – тихо спросил Тэодер, нарушая собственный обет молчания. Миф, шагнувший в реальность, был достойным поводом для игнорирования правил поведения.

– Зова Крови недостаточно, – покачала головой богиня. – Не каждый носитель крови Жнеца обречен принять свое страшное наследие. Метка Жнеца может дремать всю жизнь, а может проснуться в один момент.

– И что делать? – попытавшись было пройти по комнате, но осознав тщетность попытки протолкнуться среди принцев, не обладая хрупким телосложением Бэль, и потому оставшись на месте, почти беспомощно спросил совета у дочери Лимбер. Могущественный монарх не представлял, как можно совладать с обретающим силу Жнецом скромными силами бога, пусть даже Хранителя Мира Узла.

– Я не знаю, права ли и могу ли настаивать с абсолютной уверенностью на версии, гласящей, что Лейму суждена участь Жнеца, – вздохнула принцесса. – Но вероятность того, что его мучения вызваны запевшей кровью, – велика, так подсказывает мне дар богини логики и имеющиеся крохи информации. Пока я вижу только один выход. Справиться со Жнецом может только Жнец, значит, надо отыскать Моувэлля и пригласить его осмотреть Лейма. Даже если дядюшкино наследство ни при чем, он все равно должен помочь, ведь беда приключилась с его сыном!

– Отыскать Жнеца и привести сюда… и каким, интересно, образом это можно проделать? – задумался Клайд. Принц машинально принялся крутить многочисленные перстни, унизывающие пальцы даже не по одному, а по два-три. – Или будешь Дракона Бездны просить, как тогда с нами… – бог имел в виду свое собственное появление на свет, ставшее возможным благодаря разделению