Хеммин. Мы посадили эти деревья, мы расширяем леса туда, где они согласны расти, – но на этом всё. Не мы раздули жёлуди на дубах, и не мы вытянули кружевные деревья к облакам, и цветы Дерева Ифи мы не учили ползать и плавать. Спроси у Богов Жизни, чья это рука, - ты ведь знал их, пока они не стали богами…

Гедимин мигнул. «Если бы кто-то из наших биологов… да тот же Кронион, не говоря уже о…» - он едва заметно поёжился. «Да, этот – тем более. Если бы они получили такие возможности – любая мутация любого организма, на всей планете, за одно поколение, какие угодно эксперименты… Да-а, они бы тут устроили. Маас и Зигман ещё сдерживаются! Или их придерживает третья богиня, которая спец с опытом. Чтобы лишнего не наворотили…»

- А вот тростник – это мы, - вдруг признался Энкесви. – И миинкса – тоже.

- И ручные плако… вон те рыбины у побережья? – Гедимин криво ухмыльнулся. – Как вы их выдрессировали? Там ведь мозгов под панцирем не сыщешь…

- Дар народа микана, - эльф приподнял край губ. – Увы, морские черви ему так и не поддались. Мы отвадили их от устья Аскири, но не более. И то повезло, что они избегают пресной воды…

На востоке постепенно темнело. В окнах башен зажигались цветные огни. Всё ярче горели знаки на скалах, незаметные при дневном свете, - сияющее красное стекло, «маяки» Нисы. Гедимин повернулся к эльфу.

- Ничего, если я просканирую твоё кольцо? И вон ту штуку из красного стекла?

- Там красная иррилика, - Энкесви протянул Гедимину перстень. – Однако ты хитёр, странник Хеммин. Сам закрыт от чужих глаз, а своими смотришь в самые корни…

Гедимин, пропустив подначку мимо ушей, подставил ладонь с кольцом под сканирующий луч. Экран покрылся слабой рябью. «Ирренций в составе… следовые количества, но всё же,» - сармат даже не удивился. Перстень «фонил», его излучение пульсировало, и только защитное поле отделило эту пульсацию от десятков других, идущих со всех сторон. «Фонил» Энкесви, другие эльфы, пришедшие посмотреть на закат, ближние и дальние башни, сами острова, проливы, но сильнее всего – западный океан. Словно две волны мощного излучения встречались на побережье, проходили друг сквозь друга и катились дальше, уже изменённые… Пока Гедимин «ловил» пульсацию кольца – точнее, халькопиритовой вставки – излучение сошло на нет, до считанных долей микрокьюгена, и пульсировать перестало. Сармат досадливо сощурился, убрал защитное поле, переложил кольцо на камень, - трудноуловимая «рябь» на зубцах графика так и не вернулась.

- Не может же камень действовать на никого, - негромко заметил Энкесви. – Или сам откройся, или дай его мне в руки.

- Ты сам фонишь, прибор запутается, - буркнул Гедимин, недобро сощурился на предложение «открыться» - и вскинул взгляд на эльфа, на время забыв о перстне. – Как он может действовать на кого-то? Это обычная руда, и даже не ирренциевая, - медно-железная, как та, которую плавят в Ралассе…

- Рааласе, - поправил микана. – Да, и сильный камень можно расплавить. Проку в этом столько же, сколько в том, чтобы тебя или меня пустить на растопку. Камни дают силу, пока они живы…

Гедимин покосился на сканер. «Живые камни» - колонии микроорганизмов – он видел на Равнине, да и на Земле бывало нечто подобное и, может, даже пережило Применение. Но халькопирит Энкесви не был ничем, кроме халькопирита.

- Пирит – тоже сильный камень? – хмуро спросил он. – И обсидиан?

Эльф едва заметно шевельнул ухом.

- Я ведь не из домов Нериннаэ или Нармаадех. Есть ли у этих камней другие имена, не сарматские?

- Златоблеск, - припомнил Гедимин наннское название пирита. – А обсидиан – это чёрное стекло… А, вот, смотри.

Он вынул из-под брони подарок Кристобаля. По лицу Энкесви скользнула волна. Он поднёс руку к подвеске и тут же отдёрнул.

- Всё ли ладно в подземном городе эсков?

- Да вроде всем довольны, - Гедимин пожал плечами. – Только пальцы у них… подвижность не та. Досадно, если был элек… ювелиром, например. Я им там немного помог с ремонтом. Мне ничего не надо, но Кристобаль подарил…

Он снова пожал плечами. Энкесви едва заметно сдвинул брови.

- Княгиня Энакаси не будет рада. Скормив лекарство другу, сам не исцелишься. Мне… Уже закат догорел, странник Хеммин. Давай пойдём в башню.

Гедимин не стал спорить со встревоженным эльфом. Тот в «вестибюле» сдал сармата сородичам и быстро ушёл наверх. Озадаченный Гедимин остался сидеть на лавке в протопленной зале. Ему принесли наннский тюфяк, шкуры, - всё, как принято было в Нейе. Когда микана ушли, оставив его в полумраке, сармат достал подарок Кристобаля и замерил фон. Обсидиан излучал ровно, очень слабо, - ни единого зубца пульсации Гедимин не поймал. «Всё-таки надо разобраться,» - думал он, переворачиваясь на другой бок и прижимая к себе сфалт. «Что там за действие у обычной руды, и как лечат обсидианом эа-мутацию. Традиции у разумных бывают всякие – но показания дозиметра на традиции не спишешь.»

20.07.247 от Применения. Западная пустошь, устье реки Аскири, город Ниса

Что-то мохнатое задело ладонь. Это был явно не мех «козьей» шкуры, на которой Гедимин спал, - оно было тёплым и двигалось. До пальцев дотронулись жёсткие вибриссы, потом что-то легонько толкнуло в грудь, будто пыталось перевернуть сармата на спину. Он вскинулся, что-то мохнатое проскользнуло под рукой и хрипло мяукнуло из-за спины. На разбуженного сармата смотрела недовольная кошка. Она встряхнулась, лизнула бок и запрыгнула в эльфийское кресло.

- Твои сны не были тревожными, странник Хеммин?

Незнакомый эльф из дома Кесвакаси поднялся из-за стола, протянул руку к кошке – она спрыгнула с кресла и, задрав хвост, неторопливо пошла к двери. Гедимин скользнул взглядом по одежде микана. «Цацки с азуритом и ракушками. И халькопирит тут как тут. Обруч на голове – показатель статуса… Если он из кости с азуритом – это «много» или «мало»? Я и деревянные видел… Интересно. У него вообще нет металла на одежде…»

Микана терпел разглядывание и смотрел в ответ так, будто искал брешь в ипроновом экране. Гедимин открыл было рот, но тут у двери, не сладив с тяжёлой створкой, требовательно мяукнула кошка. Эльф быстро отвёл взгляд и пошёл к «шлюзу». Кошка вышла в «камеру» и принялась обнюхивать стены. На улицу она не спешила –