Дарьен, – она перешла на резкий шепот. – У меня и у тебя… у нас. Не стоит нам даже пытаться.

Дарьен отвел волосы со лба дрожащей ладонью.

– Лорен. Золотце. – Проклятый ком в горле, словно рука, сдавливал голосовые связки. – Прошу, может, все-таки?..

В телефоне раздался всхлип.

– Не выходит, Дарьен! Почему бы тебе просто не смириться с этим? Хоть ты и говорил, что не можешь уберечь меня… ты не сумел уберечь меня от…

Фоном в трубке послышался приглушенный стук.

Дыхание Дарьена стало частым и неглубоким.

– Мы можем поговорить об этом при встрече?

– Прости, Дарьен.

– Детка, пожалуйста…

Телефон пискнул, Лорен прервала звонок. Чувствуя, как наливается тяжестью телефон в руке, Дарьен держал его у уха, легкие сжимались, пока он не заставил себя снова дышать, чтобы не сдавить телефон, превратив в пыль.

Ему срочно требовалось по чему-нибудь врезать. Изо всех сил.

Следующая цель – гангстер стоимостью пятьдесят тысяч золотых майнетов… Дарьен собирался порвать в клочья этот мешок дерьма, разметать его на хрен по косточкам.

Телефон зазвонил, и он ответил бесстрастным:

– Чего?

– Не вовремя? – послышался хриплый голос Мясника.

– Да, разве что у тебя найдется полный комплект зубов, которые я мог бы вбить в чью-нибудь гребаную глотку.

– Вечно чем-то недоволен, сукин ты сын, – хмыкнул Мясник. – В половине встречаемся у Железного Дока, и чтоб без опозданий.

Мясник отключился.

Бросив телефон на приборную панель, Дарьен чуть не вырвал с корнем ручник и вылетел на улицу, сжимая руль так, что тот трещал. Он летел под знаки и на красный свет, так что шины визжали и клаксоны звучали со всех сторон, и ему казалось: нечто, о существовании чего у себя внутри он и не подозревал, ломается с треском, рассыпаясь на куски.

* * *

Несмотря на все старания, Дарьен не мог не сжимать кулаки, пока шагал через Железный Док. Гнилое дерево стонало и проседало под ним на каждом шагу. Сидящие на буях чайки издавали режущие слух крики.

Мясник ждал в конце причала, подол его плаща длиной до щиколоток трепал ветер. Ветхие лодки, привязанные к деревянным опорам, подскакивали и оседали на волнах. Для конца децема ветер был довольно теплым, но Дарьен продрог, ощущая собственное сердце в груди как кусок льда.

Ему следовало подумать об этом заранее. Лорен заслуживала того, кто дал бы ей жизнь, для какой и рождаются хорошие девчонки вроде нее – спокойную и счастливую. Это был лишь вопрос времени, рано или поздно она все равно осознала бы, насколько он ей не подходит. Но он надеялся, что это случится гораздо позже, а не через несколько жалких дней, которые он провел с ней рядом и мог называть ее своей.

Мясник повернулся к нему, с его губ свисала сигара. Он многозначительно взглянул на свое запястье без часов.

– Опаздываешь.

– Давай к делу, – отозвался Дарьен. – Если только не хочешь стать тем комплектом зубов, о котором я говорил.

Ветер сдул пепел с сигары, Кейсен усмехнулся, впиваясь в ее мокрый конец пожелтевшими зубами.

– Ты вообще в курсе, что ты больной на голову сукин сын? Никогда не видел, чтобы кто-нибудь дрался как ты. Надо бы тебе почаще бывать в Колоде. Народ раскошелится, чтобы посмотреть бойню, если узнает, что там будешь ты.

– Может, я и приму твое предложение, – врастяжку произнес Дарьен, – если перейдешь к делу и перестанешь зря отнимать у меня время.

Мясник махнул лапищей.

– Ладно, ладно, – он бросил сигару на доски причала и раздавил ее обшарпанным ботинком. – Я тут подумал: тебе стоит узнать, что в наводке, которую ты раньше получил от Бойда, кое-что было малость не так. Хризанта не барыжила для меня или моих конкурентов, она закупалась. У меня.

Дарьен встрепенулся.

– И никто из твоих не узнал сестру Темноспина? Как это?

– Какая-то ведьма, а может, варлок зачаровали ее. Я во всем разобрался, только когда сообразил, что сделка состоялась прямо под камерой на шоссе. Когда мои ребята подчищали следы, я увидел ее настоящую – и это была сестра Темноспина, могу поручиться.

– Есть догадки, для кого она закупалась?

– А вот тут-то и начинается полный кавардак. Один из моих ребят передал мне, что видел черный лимузин, который ждал Хризанту у места отгрузки возле реки. В точности как тот, на котором возят по городу важную задницу Каланты.

На Дарьена накатило головокружение, крик чаек и плеск воды у опор причала стали вдруг далекими.

– Каланта… – пробормотал он. Перед глазами поплыл туман. – Этого не может быть.

– Да ну? – Кейсен поднял кустистую бровь. – Видно, девчонке Сэндс понадобились наличные. Думаю, когда она узнала, что именно закупает и для чего ее нанимателям понадобились вещества и снадобья, она захотела выйти из игры.

– Но ей не дали, – вместо этого ее с помощью Источника превратили в демона – вернее, экспериментировали над ней, пока от нее была хоть какая-то польза, а потом отпустили вместе с остальными наводить ужас на город и отвлекать блюстителей от самого важного. – А те кровяные снадобья – для чего они обычно применяются? Ты знаешь?

До сих пор ему и в голову не приходило спросить об этом. Его настолько увлекли поиски подозреваемых и выявление всех хоть сколько-нибудь причастных, что спросить у Мясника, что именно они покупали, он не додумался. Правда, варлок, которого они схватили в «Адвокате Дьявола», упоминал, что снадобья нужны для наведения чар на Источник Арканума, но…

– От этих снадобий кто угодно становится послушным. Из-за них ничего не помнишь и ни на что не реагируешь, – так вот почему Сабрина не помнила, что было с ней в плену. Мясник продолжал: – Мало того, я тут выяснил: если смешать их с нахт эссенцией, можно скрыть не только ауру, но и характерные особенности, и даже преобразить ауру полностью, чтобы тому, кто смотрит на нее с помощью Взора, даже в голову не пришло, что эта аура ненастоящая, – он мрачно усмехнулся. – Дерьмовее некуда. Хоть слышал такое раньше?

Мысли в голове Дарьена вертелись так стремительно, что он не успевал выразить их. Нет, ни о чем подобном он никогда не слышал. И да, он слишком понадеялся на свою магию и поплатился за свою самонадеянность.

Мясник спохватился:

– Да, и еще кое-что: у нахт эссенции есть противоположность – диес эссенция, «сущность дня».

Дарьен обратился в слух. Он дышал так тяжело, что опасался лишиться чувств.

– Какие у нее свойства?

– Если нахт эссенция маскирует чью-либо ауру, то диес эссенция помогает выявить ее.

– И какой в этом смысл?

– Возможно, диес эссенцией пользуются, когда кому-то