Но вечером, когда все разбрелись по своим комнатам готовиться ко сну и можно было быть уверенной, что больше никто не выйдет в коридор, Аня накинула на плечи вязаный палантин, обулась в любимые меховые тапочки-калошки и почти бесшумно спустилась в гостиную первого этажа.

Зная все закоулки дома, что называется, наизусть, свечу она не взяла. Тем более от инея в окна мягко светлело, и Аня бродила везде едва освещённой тенью. Сначала проверила, закрыт ли засов входной двери в дом. Затем по узкому коридору добрела до потайной дверцы, выводящей в сад. Тоже надёжно закрыта. Обошла гостиную, чувствуя себя психом-шизофреником, но всё равно проверила все щеколды на окнах. Поколебавшись немного, посетила кухню, где, фыркая на себя, явно одержимую навязчивой идеей, проверила плиту: не оставили ли здесь гореть огонь?

Снова очутившись в гостиной, Аня нерешительно подошла к большому напольному зеркалу, увидела в стекле свою расплывчатую тень. И покрутила пальцем у виска. Потом ещё и указательным пальцем твёрдо постучала себя по лбу, чтобы убедительней было, и прошептала:

- Усадьбу окружает защита, выполненная лучшими магами города! А ты – проверяешь запоры! А ну марш спать!

И, щепотью прихватив слишком длинный подол ночного платья, которое использовала здесь вместо пижамы, помчалась к лестнице на второй этаж.

Глава 2

Утро понедельника выдалось, как всегда, упорядоченно-суматошным. Разве чуть спокойней, ведь не было главной непоседы – Лиссы.

Но и кое-чем другим утро чуть-чуть отличалось от предыдущих: Никас, смеясь и негодуя, постанывал из-за натруженной поясницы, пока садился за стол, а мальчишки вообще охали-ахали, стараясь не шевелить руками-плечами слишком резко. Кристал и Онора испуганно и с сочувствием смотрели на них, а безжалостная Аня за столом чуть не зловещим тоном напомнила:

- А ведь я вас предупреждала! Не поверили, да?

За столом же братья договорились выехать из поместья пораньше, чтобы успеть забежать в первую попавшуюся аптечную лавку и купить противовоспалительную микстуру, избавляющую от боли в мышцах.

- Ничего! Это мы переживём! – оптимистично пресекала Аня все попытки своих мужчин поплакаться. – Зато эту зиму мы будем жить в тепле! Представьте: за окном мороз, метель, а мы будем открывать окна, чтобы подышать свежим воздухом! Замечательно же! Никас, ты говорил, что печника вызвал на завтрашний день?

- Да, так и есть. Только вот… Ох, чуть не забыл! – аж испугался старший брат. – Агни, у нас ещё остались деньги? Я купил два воза отличного угля – надолго хватит, а до жалованья мне жить ещё неделю. Прости, Агни, на оплату печника я дал только аванс, а на всё остальное…

И он беспомощно развёл руками.

- А когда привезут уголь? – поинтересовался Кеган. – Мы будем снова разгружать его сами, как это было в прошлом году?

Умоляюще глядя на Аню, Никас виновато признался:

- Я заплатил и за разгрузку.

- Лучше бы сами, - проворчал Греди. – Перемазались бы, зато с деньгами были бы.

- Неделя до жалованья? – переспросила Аня. И вздохнула. – Никас, тебе придётся половину жалованья отдать мне. Чтобы у тебя не было соблазна тратить деньги на всё, что хочется. Пока мы себе такое позволить не можем. Хотя с платой за разгрузку я согласна: отмываться от угля потом – никакого запасённого мыла не хватит. А на оплату услуг печника пойдут деньги из жалованья Таегана. Он оставил мне часть, которая ему в дороге не понадобится. Кукольные деньги я трогать не буду. Ты же помнишь, что на них мы собираемся купить лошадь. Никас, пожалуйста! Будь бережливей! Мальчики, прошу вас! Присмотрите за братом, чтобы он в лавки не заглядывал!

Деловая беседа за столом закончилась шутливо-жалобными воплями Никаса на свою несчастную долю и напоминанием Греди, что сегодня вечером к ним приедет Конгали, которая в их доме появляется два раза в неделю, чтобы вспомнить те свои летние дни, что она провела здесь, будучи призраком.

- Агни, ты испечёшь к чаю сладкие печенья-фигурки? – взволнованно спросил Греди, а Кеган усмехнулся, глядя на брата, а у Кристал глаза разгорелись, когда она взглянула на Аню. – Ей они так нравятся!

«Как нравится она тебе?.. Ещё один сладкоежка, кроме Кристал!» - с трудом удержалась Аня от доброй насмешки. И успокоила его:

- Испеку, конечно! – и скомандовала: - Мальчики, бегом на выход! Времени маловато, если вы хотите успеть в аптечную лавку!

Проводили мужчин и разделились. Кристал отправилась в учебную комнату ждать дайну Сарейд, учившую её общей магии, и повторять домашнюю работу. Аня с Онорой – в кухню. До появления учительницы Кристал они собирались испечь то самое печенье. Работу обычно делили так: Аня готовила песочное тесто и резала его пополам, а там уже обе раскатывали свои части до тонкого пласта, из которых затем нарезали фигурки. Металлические формочки для фигурного печенья купили недавно, во время очередного похода по городским лавкам. Затем будущее печенье они разложили по противням, втиснули в него изюм, изображая глазки, и сунули противни на полку плиты, уже раскалённой до необходимой температуры.

- Что дальше? – спросила Онора, трогая свои горячие, румяные от жара щёки. – Я тебе ещё нужна?

- Нет, скорей всего, - раздумывая о дальнейшем расписании и предполагая, что девушка хочет побыстрей сбежать в библиотеку, ответила Аня. – Я хочу попробовать замазать дыры под подоконником в комнате Никаса. Думала, что он сделает это вчера, но он сказал, что не хочет спать в помещении, где пахнет глиной. А если сегодня замазать – как раз до его приезда всё высохнет.

- Ой! – обрадовалась Онора. – Ты мне покажи, как это делается, я сама буду замазывать в его комнате! Я научусь! Я тоже хочу помогать по дому!

Нетрудно догадаться, что влюблённой девушке любая работа в комнате Никаса будет приятной. Аня мысленно пожала плечами: ага, Никас думал, что сегодня будут только две комнаты готовы! И, улыбаясь, повела Онору в подвал, чтобы показать, как смешивать сухую глину с водой до нужной консистенции. А потом показала, как впихивать заранее наломанные Никасом деревяшки в пустотелые дыры в стенах, а уж потом залеплять их строительной глиной. Счастье, что в комнате Никаса трещин мало и все неглубокие… Постояла немного рядом, наблюдая, как Онора старательно мажет глиной трещины, похвасталась немного, как здорово вчера работал Никас и как быстро научил её штукатурить. И – втайне полюбовалась, как сияет