приемниках), установленную прямо у сиденья бортрадиста. Сержант Штауб онемел, впервые заметив на матово-белом экранчике яркий зигзагообразный импульс цели. Явно бомбардировщик, заключил он, тот самый, на который они и выходили согласно целеуказаниям офицера наведения лейтенанта Яука.

— Захват курьера «Лихтенштейном». Дальность 2000 метров, — докладывает Штауб командиру корабля. Тот вынужден полагаться лишь на данные по дальности и азимуту, полученные от бортрадиста. На романтике полета поставлена точка — отныне всё решает техника. И теперь, как никогда прежде, экипаж машины — единая команда, где каждый зависит от другого.

Ночной истребитель дважды теряет цель — угол захвата антенны явно маловат — всего-то 25 градусов. Беккер, скорее по наитию, придерживается направления, где исчез бомбардировщик. И дважды снова ловит в радар преследуемого.

Внезапно Ме-110 оказывается прямо на хвосте у бомбардировщика. Длинная очередь из всех калибров превращает плоскости англичанина в ошметки. Эта победа 9 августа 1941 г. доказывает, что отныне ночные истребителя «прозрели»[13].

В ноябре 1941 г. техническое управление люфтваффе заказало первую партию в 40 станций «Лихтенштейн В/С» со сроком сдачи 1 апреля 1942 г. Однако из-за нехватки квалифицированного персонала на фирме «Телефункен» сроки эти были нереальны, и к январю 1942 г. стало ясно, что поставки заказанных РЛС завершатся не ранее августа 1942 г. Технический центр в Дипензее был способен переоборудовать всего 6 самолётов в месяц, так что только в феврале 1941 г. первые четыре Ме-110 получили новые радары. А вторая победа с применением бортовой РЛС была одержана лишь в марте 1942 г.

В начале 1943 г. фирма «Телефункен» разработала новую бортовую РЛС FuG212 «Лихтенштейн С-1», с почти такими же характеристиками, что и «Лихтенштейн В/С», но более лёгкую и компактную. В июне 1943 г. началось её серийное производство.

С января 1943 г. фирма «Телефункен» разрабатывала РЛС FuG 220 «Лихтенштейн SN-2» с более широким углом поиска и большей дальностью действия, предназначавшуюся для военно-морского флота. Но из-за большой длины используемых радиоволн FuG 220 оказалась непригодной для обнаружения кораблей, однако могла использоваться как бортовая РЛС истребителей. В конце июня 1943 г. первая такая РЛС была установлена на Ме-110G-4.

Помимо активной борьбы с вражескими бомбардировщиками люфтваффе применяли и пассивные меры. В числе их было строительство ложных объектов, начатое ещё в 1940 г. В частности, немцы начинают строить «ложный Берлин». Для этого осенью 1940 г. немцы замаскировали характерные ориентиры Берлина, как то: районы вокзалов Ост-Кройц (восточный крест) и Вест-Кройц (западный крест), а также вокзалы Штеттинский, Ангальтский, Потстдамский и аэродром Темпельгоф. Ось В — З (восток — запад) они маскировали вертикальными масками, вокзальные объекты окрашивали в защитный цвет (утемняли), а на запад от Берлина начали строить ложные сооружения.

Эти ложные сооружения не имитировали конкретные объекты, а совокупностью световых, огневых и дымовых эффектов имитировали районы Берлина. Всего таких объектов было построено около сорока, из них тридцать были расположены на запад от Берлина, а десять — в других направлениях.

Строительные работы на этих объектах выполняли рабочие команды организации ТОДТ, а сигнализацию и световые эффекты — фирма «Сименс» по плану и под общим руководством управления III воздушного округа.

Жизнедеятельность и эксплуатацию объектов осуществлял «III дивизион ПВО особого назначения», имевший в своём составе до тысячи человек. Этот дивизион оперативно подчинялся 1-й зенитно-артиллерийской дивизии, откуда и подавались команды о вводе объектов в действие. Командный пункт этого дивизиона находился в Грюнфельде, в 50 км на запад от Берлина, и представлял собой бетонную землянку с двумя оперативными комнатами и узлом связи. У землянки стояла вышка высотой 30 метров.

В задачу командного пункта дивизиона входило управление отдельными командными пунктами ложных объектов по вводу их в действие. Ложные объекты были рассчитаны только на ночное время, а их действие основывалось в первую очередь на световом и дымовом эффекте, а также на стрельбе осветительными и маркировочными средствами, такими же, какие использовал противник.

На рисунке показан план одного из ложных объектов, расположенного в Грюнфельде. Этот объект занимал площадь около 5 гектаров. На площадке были сооружены небольшие объёмные постройки — домики с просветами, внутри которых имели лампочки в 15 Вт каждая.

Эти домики размером в плане 1,2 × 3 метра и высотой 1,7 метра располагались в один ряд в 9 метрах друг от друга. Между рядами домиков земля была спланирована, и дерн снят.

План ложного объекта у Грюнфельда: 1 — домики; 2 — отдельные окна; 3 — костры; 4 — подсвечивание; 5 — световые эффекты; 6 — комбинированный костёр; 7 — костры; 8 — домики; 9 — командный пункт

В стороне от этих домиков располагались отдельно стоящие окна, подсвечиваемые сверху софитами.

Подсвечивание на ложных объектах производилось разнообразными приемами: низким или высотным расположением световых точек; серией лампочек, укрепленных по определенной системе.

Значительное место на площадках занимали костры разных размеров, из которых составлялись большие группы в различных комбинациях. Костры горели большим пламенем благодаря наличию в них значительного (до 50 %) количества отходов, пропитанных горюче-смазочными материалами (ветошь, тряпки и др.). Помимо этого, в кострах находилось много брикетов прессованного угля и дымовые шашки.

На площадке ложных объектов располагались также группы приборов для дымопуска.

При каждом налёте, помимо ракетных и сигнальных установок, поджигались «крупные предприятия», очаги поражения, а также действовали зенитно-артиллерийские «батареи», имитировавшие огонь зенитной артиллерии (вспышки залпов, освещение прицелов).

Наряду с ложными объектами, имитировавшими города, немцы строили и ложные аэродромы, которые были оборудованы макетами самолётов, отдельными строениями и системой световых эффектов. Ложными аэродромами управляли подразделения, подчинявшиеся командование аэродромов. Включение ложных аэродромов производилось только с разрешения главного пункта обеспечения безопасности полетов (Темпельгоф).

Эффективность ложных объектов зависела в значительной мере от погоды. В ясную погоду эффект от световых мероприятий был значительно сильнее.

Регулярно для проверки видимости ложных объектов в ночных условиях над городом и ложными объектами летали германские самолёты, которые корректировали деятельность ложных объектов.

О действии ложных объектов после каждого налёта представлялись донесения штабу зенитной артиллерии.

С конца 1943 г. эффективность ложных объектов снизилась. Это объяснялось тем, что англичане распознали систему расположения объектов. Кроме того, новая аппаратура — коротковолновые радиолокационные приборы — позволяла союзникам отличать ложные объекты от действительных.

Помимо ложных объектов, немцы применяли дымомаскировку. Задымлялись отдельные объекты по кольцевому принципу. Площадь задымления в 20 раз превосходила площадь объекта. Были случаи дымомаскировки пустырей с целью введения противника в заблуждение о якобы задымленном объекте. В качестве дымообразующей смеси использовалась хлорсульфоновая кислота, которая при соприкосновении с воздухом образует туман.

Ложные объекты и химические подразделения просуществовали до последних дней войны.