За окном бушует шторм, и где-то там, в темноте, между грозовыми вспышками, прячется дракон.

Не тот, кого я ожидала увидеть.

Корпус корабля вздрагивает и ускоряется, будто кто-то взял его за горло и потянул вперед. Сначала я думаю, что мне кажется, просто волны стихли, и теперь ощущается разница в движении.

Но нет.

Корабль действительно набирает ход.

Томиан выпрямляется, хмурится, пытаясь рассчитать скорость по звуку гудящих двигателей.

— Мы идем слишком быстро, — говорит он. — Это ненормально.

— Может, шторм подгоняет? — предлагает Альтан.

— Или кто-то тянет, — отвечает Катрина, ее голос тонет в грохоте волн.

Я бросаюсь к иллюминатору, прижимаюсь ладонями к стеклу.

Море все еще бушует, но сквозь вал воды и туман я различаю движение.

Тонкий, ослепительно-яркий след света, натянутый, как струна. Он тянется откуда-то с берега прямо к корпусу нашего судна.

Похоже на гигантское сияющее лассо.

Я чувствую, как под ногами вибрирует металл, слышу, как воздух наполняется тихим гулом магии.

И вдруг впереди — огни.

Мелькают, приближаются, множатся.

— Порт! — кричит Дженни. — Мы уже у порта!

— Не может быть, — Альтан смотрит в окно. — У нас еще час пути.

— Наверное, кто-то из академии помог, — произносит Томиан. — Иначе бы нас перевернуло.

Берег растет прямо на глазах. Волны становятся меньше, шторм ослабевает, будто кто-то медленно выключает бурю.

И тут я вижу его.

Даррен выделяется среди всех находящихся на пристани людей. Он выше остальных и окружен магией, похожей на северное сияние. Она искрится и дрожит, переливаясь в лунном свете множеством разных оттенков.

От его руки тянется тонкая полоса света — ровная, пульсирующая артерия, связывающая его с нашим судном.

— Ох, — выдыхает Катрина, прижимая ладонь к стеклу. — Я никогда не видела такого волшебства…

— Кто это? — спрашивает Дженни.

Альтан щурится в догадке, потом медленно говорит:

— Похоже… наш новый ректор.

Корабль швартуется с мягким толчком. Волны глушатся, ветер стихает.

Магический свет вокруг фигуры на пристани постепенно гаснет.

А вот у меня под кожей вспыхивает ответное сияние — в том самом месте, где прячется метка. Я чувствую, как она оживает, пульсирует, словно сердце, которое бьется в унисон с его.

Я опускаю взгляд и поправляю воротник, стараясь ладонью прикрыть пылающее место.

Да, сложно мне будет в академии… Ведь стоит только подумать о драконе, и магия внутри приходит в движение.

Глава 8

Мы прибыли.

Друзья уже подхватывают сумки и наперебой переговариваются:

— Не верится, что добрались!

— Это было безумие!

— Видели, как нас тащило?

Я киваю, соглашаясь с каждым из них, но слов не нахожу.

Меня будто выбросило из шторма прямо в другую бурю — ту, что внутри.

Стоит сделать шаг — и я вижу его.

Даррен Риверзен стоит на краю пристани.

Он спокоен, собран, в темном плаще, который, кажется, поглощает весь свет вокруг. Его лицо освещает луна — и на миг мне кажется, что я вижу не человека, а воплощение самой силы.

Магия вокруг него еще не до конца улеглась — тонкие нити сияют, дрожат, растворяются в воздухе.

Я не должна смотреть.

Но не могу отвести взгляда.

Мое сердце бьется в такт метке — горячей, нестерпимо живой, пульсирующей под кожей.

— Рад видеть, что все добрались невредимыми, — произносит он низким хрипловатым голосом, медленно осматривая прибывших адептов.

И я знаю, что в следующую секунду его глаза найдут меня.

Так и есть — взгляд останавливается.

Холодный, внимательный. Без каких-либо признаков узнавания.

У меня внутри все сжимается.

Я делаю шаг назад, стараясь спрятаться за спинами парней.

Даррен смотрит на одного из деканов и что-то тихо ему говорит. В воздухе гаснет последняя искра его магии.

— Все объявления традиционно завтра, — объявляет магистр Дерми, декан факультета превращений. — Сейчас мы сверим вас со списками и проверим документы.

Ректор поворачивается и уходит.

Я смотрю ему вслед, пока его фигура не растворяется в портальном переходе.

Проверка занимает минут двадцать. За это время весь багаж постепенно исчезает, подхваченный магией академии — чемоданы автоматически переносятся в наши комнаты.

Они всегда там оказываются первыми. Удобно, особенно если ты первокурсник, которому только предстоит получить ключи от спальни.

Замок видно даже отсюда — огромный, с острыми шпилями, будто вытесанный прямо из скалы. Он нависает над портом, над серыми морскими волнами, словно страж, наблюдающий за каждым, кто осмелился ступить на остров.

Я помню его таким — величественным, неприступным, холодным. Но теперь вижу в нем что-то другое.

Что-то пугающее.

Большинство студентов уже достают из карманов порталы памяти — гладкие серые камни размером с грецкий орех. Стоит вложить немного силы — и тебя переносит в то место, где ты уже бывал.

В Академии такими порталами пользуются все, кому не лень, и сейчас многие адепты исчезают прямо на причале.

— Идешь? — Дженни машет мне рукой. — Мы появимся сразу у входа.

— Да, я… сейчас. — Я улыбаюсь, но не достаю портал.

Хочу пройти пешком.

Я не ходила по этой дороге целую вечность, и сердце почему-то просит увидеть все снова.

Через минуту толпа редеет, а из друзей рядом остается только Томиан.

Он поворачивается ко мне с легкой усмешкой.

— Что, решила размяться перед сном?

— Можно и так сказать. — Я прячу руки в рукава, чувствуя, как вечерний воздух обжигает кожу. — А ты почему не воспользовался порталом?

— Захотел составить тебе компанию. А то мало ли, на пути попадется какой-нибудь блуждающий дух неудавшегося мага.

— Очень смешно, — фыркаю я, но все равно улыбаюсь.

Мы идем через здание порта — запах соли, мокрого дерева, волшебные лампы под потолком.

Дальше начинается аллея, ведущая к лестнице, высеченной в скале. Вверх, к самому замку.

Я жду, что Томиан начнет задавать вопросы — про мое странное поведение, про то, почему я избегаю всех.

Но он молчит.

Только бросает короткий взгляд на луну, сверкающую в прорехах облаков, и вдруг говорит:

— Я, кстати, выбрал артефакторику для выпускного проекта.

Я останавливаюсь, глядя на него в недоумении.

— Что? Ты же маг воздуха. У тебя одна из сильнейших стихий на курсе.

Он пожимает плечами.

— Одно другому не мешает. Теперь у меня появились весомые причины заняться новым направлением.

Он говорит спокойно, без тени сомнения, но от его слов у меня внутри будто