При резком разрыве могло сработать предохранительное заклинание, которое явно там было.

За дверью стояла тишина.

Когда замок поддался и дверь открылась, я отступил на шаг раньше, чем зашёл внутрь. Магия Земли растеклась через порог, нащупала пространство, пересчитала источники.

Десять ядер. Крупные, плотные, с фоном, который был совсем не похож на охрану снаружи. Не пятый ранг, не шестой. Интенсивность, которую я научился отличать от всего прочего, потому что видел её раньше. У Бориса, у Василисы, у тех Луркеров, которые стали чем-то большим, чем просто монстры.

Изменённые.

Я вошёл.

Помещение было квадратным, с клетками по три стены. Клетки большие — под потолок, два с лишним метра в ширину, с толстыми прутьями. Внутри каждой стояло по существу, которое при других обстоятельствах могло бы называться человеком. Рост два с половиной метра, может больше.

Кожа матово-чёрная, как хорошо выделанная кожа. Мышцы гипертрофированы настолько, что силуэт скорее напоминал что-то архитектурное, чем биологическое. Ни одной лишней линии, никакой жировой прокладки, только перекрученные тяжи мышц под блестящей поверхностью. Глаза у всех десятерых горели оранжевым, не жёлтым, как у Бориса с Василисой, а именно оранжевым, почти янтарным.

Они отреагировали на меня сразу, все одновременно.

Это был не страх и не агрессия. Что-то, что запрограммировано глубже, чем можно перебить обучением или дрессурой. Они учуяли, что зашёл чужой, и тела ответили раньше, чем успело включиться что-то большее. Первый из них шагнул к прутьям и стиснул их лапами, металл скрипнул под нажимом. Второй ударил кулаком в стенку клетки. Бетон треснул с сухим щелчком. Остальные поднимались.

На каждом из них был ошейник. Узкий, металлический, с магической вставкой посередине. Тусклой, не горящей активно, но явно рабочей. Артефакт контроля. Медведевские метки, которые говорили этим телам, кого слушаться и кого убивать.

Сначала мне нужно было снять метки.

Первый стоял у прутьев, и расстояние между нами было меньше метра. Я подошёл к клетке вплотную. Он зарычал. Я смотрел на него и протянул руку между прутьями.

Изменённый попытался схватить её. Пальцы сомкнулись на запястье, сжали — сильно, с давлением, которое у человека оставило бы переломы. У меня не осталось ничего, потому что я не убирал руку. Просто смотрел на него и ждал, пока он поймёт, что хватка не даёт результата.

Несколько секунд. Потом он нажал сильнее.

Я выпустил Чистую Силу. Не вспышкой, не выбросом, а тихим постоянным давлением направленным внутрь, через запястье, которое он держал. В ядро, которое горело у него.

Он сопротивлялся.

Оранжевые глаза сузились. Давление в хватке возросло. Почувствовал, как кости запястья реагируют. Регенерация компенсировала. Я добавил давление.

— Подчиняйся! — приказал я.

Никакого эффекта. Улыбнулся. Тогда попробуем по-плохому, очень надеялся, что так будет. Тем более не терпится проверить свою новую силу Титана. Сосредоточился на ней.

Энергия потекла из ядра в систему каналов в теле. Сила Титана активизировалась. Тут же вспыхнуло давление. Изменённые, что были внутри начали пятиться. А ведь это всего какие-то жалкие крохи от моей былой мощи.

Увеличил давление. Энергия расходилась от меня волнами. Одна за другой и била по тем, кто когда-то был человеком. Удар. Ещё и ещё.

— Подчиняйся! — мой голос не звучал, а вибрировал в этом помещении.

Ядро внутри него дрогнуло, как огонь в фонаре, когда открывают дверь. Инстинкт, который был заложен раньше всех артефактов и всех хозяев. Инстинкт, который не обманешь меткой на ошейнике, потому что он старше любой метки.

Он разжал хватку.

Медленно. Палец за пальцем, потом рука опустилась. Потом — сантиметр за сантиметром — тело склонилось вперёд. Он опустился на колено.

Я протянул вторую руку, нащупал ошейник. Артефакт внутри засветился, реагируя на чужое прикосновение. Вложил в пальцы Землю и сжал. Металл ошейника лопнул в трёх местах сразу. Артефактная вставка погасла. Ошейник упал на пол клетки.

Я отошёл на шаг. Подобрал кольцо ошейника с пола через прутья. Осмотрел — магическая метка Медведевых, выжженная в металле. Бросил в угол.

Первый стоял на колене и смотрел вниз. Оранжевые глаза теперь были спокойны.

Второй у следующей клетки уже видел всё.

Он тоже схватился за прутья, но по-другому. Не с тем агрессивным рывком, что у первого, а с тем напряжённым ожиданием, которое я читал как вопрос. Что это было? Кто это? Почему первый больше не рычит?

Я подошёл ко второй клетке.

Второй был крупнее первого. Шире в плечах, ниже ростом, с теми пропорциями, которые говорили о другой базе для изменения. Разные люди давали разные основы, и то, что из них вырастало, отличалось, как отличается результат одного и того же рецепта на разных кухнях.

Он не хватал руку. Смотрел.

Я не торопился с ним. Выпустил силу Титана без прикосновения и приказал. Он согнулся медленнее первого. Ошейник лопнул так же.

Третий дался сложнее. Он бился о прутья минуту, пока ядро не дрогнуло и он сломался.

Потом четвёртый — быстрее. Пятый — ещё быстрее, потому что уже видел пятерых на коленях и делал собственные выводы. Шестой, седьмой, восьмой, девятый. К десятому хватки не было вообще. Он просто смотрел на меня через прутья, пока я подходил. И когда я добрался до замка его клетки, он уже стоял на колене, не дожидаясь.

Умный. Из всех десятерых — самый быстрый.

Я открыл клетки одну за другой. Они выходили и вставали вдоль стены. Десять чёрных силуэтов в белом подземном свете, рядом друг с другом, молчаливые, с оранжевыми глазами, обращёнными на меня.

Борис появился в дверях. Посмотрел на них. Потом на меня.

— Наши? — спросил он.

— Наши, — ответил я.

— Не чувствую в них разума. — хмыкнул гигант. — Бракованные?

— Нет, что ты… — покачал головой. — Эти как раз очень послушные. Человечности в них малова-то, конечно, но это не проблема.

— Как скажешь! — хрустнул шеей Матросов.

Потом он моргнул медленно. Что-то в его позе изменилось. Как у хищника, который видит сородичей там, где ожидал соперников.

— Уходим, — сказал я. — Сумку с ядрами возьму я. Оборудование? Собери лункеров, пусть возьмут всё, что в коридоре. Этих, — я кивнул на десятерых, — за тобой. Через тоннели обратно к гнезду.

Борис кивнул и пошёл в коридор командовать. Я взял сумку с ядрами, перекинул через плечо и поднялся обратно наверх.

Двор был тихим. Луркеры жрали. Несколько тел охраны лежали там, где упали, и там, куда их притащили твари. Два провала в асфальте зияли, как рты. Стены,