Дейтар кивнул молча, но я заметил, как он, будто невзначай, краем глаза снова посмотрел на человечку у окна.

К сожалению, невероятное блюдо закончилось слишком быстро. В желудке ощущалась приятная тяжесть, и я пожалел, что под рукой не оказалось бутылочки хорошего вина.

Я уже собирался сказать об этом Дейтару, как произошло нечто странное.

Сначала мне показалось, что друг просто забыл побриться. Но щетина на его щеках начала расти прямо на глазах — и, что хуже всего, приобрела зелёный цвет.

— Что это? — спросил Дейтар, тыкая пальцем в мою сторону.

На его пальце, между прочим, тоже пробивалась зелёная щетина.

Я поспешно дотронулся до своей щеки — и с ужасом нащупал жёсткий, колючий мех. Он оказался ещё и липким, словно смазанным чем-то.

Я глянул на свои руки и едва не ахнул. Они покрывались тем же зелёным мехом, что и у Дейтара, пальцы скрючивались, а ногти чернели и удлинялись, превращаясь в когти.

Но это были не мои когти. Не драконьи.

Я перевёл взгляд на Дейтара — и сглотнул. Моего друга больше не существовало. На его месте сидело чудовище. Не волк, но и не человек. Словно оборотень застрял в полутрансформации, еще и позеленел.

— Ик! — вдруг раздалось за моей спиной.

Я обернулся.

Человечка стояла у окна, перепуганно прижав руки к груди и отчаянно икая. А рядом с ней, прямо на подоконнике, не лежал, а стоял! кабачок. И тоже, кажется, икал.

— Бежим, — прошептала девчонка кабачку и, перекинув ноги через подоконник, бросилась в ночь.

И тут меня осенило. То, во что мы с Дейтаром превратились, не было последствием магического отката. Это был результат ее так званой «обычной жаренной картошки».

Я бросился следом, Дейтар — за мной. Но клятая трансформация…

Обычно, когда мы обращаемся в драконов, наша магия расщепляет одежду, а при возвращении в человеческое тело собирает её заново. Сейчас всё было иначе.

Наши с Дейтаром тела трансформировались, а одежда осталась как была.

Сделав всего шаг, я растянулся на полу — штаны и сапоги оказались слишком тесными. Рубашка тоже трещала по швам, готовясь вот-вот разорваться в клочья.

А ведь запасной одежды ни у меня, ни у Дейтара не было.

— Шрадс её побери, — зло выругался я, с трудом ворочая трансформированными челюстями. — Что это за заклинание? — повернулся я к Дейтару.

Тот прорычал что-то нечленораздельное и поковылял к сковороде. Обнюхал её, едва ли не лизнул дно, затем направился к раковине.

Я терпеливо ждал, стоя на месте.

Нужно было срочно решить, что делать с одеждой. Нормально передвигаться в таком виде мы не могли. Но и снять одежду просто так было нельзя.

Кто знает, сколько продлится это заклинание и когда мы вернём себе нормальный облик? А оказаться внезапно голыми — ещё и перед этой коварной заразой — было бы не слишком приятно.

Одно дело, когда раздеваешься перед женщиной, у которой от каждого твоего движения перехватывает дыхание, и совсем другое — оказаться голым «вдруг» из-за её пакости.

— Волчье яблоко, — с трудом выговорил Дейтар, поворачиваясь ко мне.

В руках у него был то самое пресловутое яблоко.

Этот магический плод был давно запрещен, его сберегание и торговля карались смертной казнью. Но в тоже время за него многие оборотни готовы были душу продать. Ведь съев такое яблочко, даже самый захудалый оборотень обретал магию альфы на несколько часов.

За одно лишь волчье яблоко можно было купить неплохой замок, ещё и с парой деревень в придачу.

Интересно, откуда человечка его взяла? Еще и судя по тому сколько мы с Дейтаром съели, запас у неё был не меньше ведра.

— И лунное сияние, — добавил Дейтар, показывая полупустую баночку крема бледно-зелёного цвета.

— То есть мы ещё и в темноте светиться будем? — покосился я на свою новообретённую зелёную шерсть. — А ну-ка, погаси свечи.

Дейтар зло рыкнул, но свечи всё же загасил.

Я оказался прав — в темноте мы оба сияли на славу. Красивым зелёным светом, словно души свежеупокоенных мертвецов на кладбище.

— Ну коза, — не выдержал я и расхохотался. — Вот как, как она это сделала? В ней ведь нет магии. Она не могла сама их активировать, да ещё и в такой извращённой форме!

— А может, она и не активировала, — задумчиво произнёс Дейтар, глядя в окно, через которое сбежала девчонка. — Не стоит сбрасывать со счетов магический откат, который до сих пор может на нас действовать. Но в любом случае её нужно найти. Хоть на острове кроме нас никого нет, бродить по нему ночью опасно. Тем более простому человеку.

Тут я вынужден был согласиться с Дейтаром. Зрение у людей слабое, оступиться в темноте — ничего не стоит. К тому же девчонка действительно могла не знать, из чего готовит. Ведь тот, кто знал, что это за плоды, обязательно должен был знать и их цену. А просто так, всего лишь из желания напакостничать выкидывать целое состояние…

Прав Дейтар. И найти девчонку действительно было нужно.

Но оставался вопрос: как нам ее искать? В одежде мы и шага не сделаем, а без неё я точно не рискну пойти на поиски.

Находки. У каждого свои

Мелисса

Не знаю, кто из нас с кабачком испугался больше, но бежали мы оба так, что только пятки сверкали.

Куда именно я даже не представляла.

Вокруг темно, хоть глаз выколи. Лишь тусклый свет луны и звёзд позволял хоть что-то различать.

Я несколько раз падала, натыкаясь на что-то, цеплялась и летела кубарем, ударялась о двери и стены, оставляя позади себя погром похлеще, чем когда гонялась за кабачком.

Кабачок скакал рядом. Иногда обгонял меня, иногда отставал, но ненадолго.

На одном из поворотов я заметила, как он шмыгнул под лестницу, и тут же кинулась за ним.

Сомневаюсь, что под лестницей нам удалось бы спрятаться, но, в отличие от меня, кабачок местный — значит, знает, что делает.

Надежда оправдалась. Под лестницей оказалась маленькая неприметная дверка, через которую кабачок выскользнул куда-то в темноту.

Кинувшись следом, я немного не рассчитала высоту порога и полетела кубарем по земле. А когда наконец остановилась, с неожиданностью обнаружила, что держу в руках огурец.

Да-да, самый обычный зелёный огурчик, сверкающий пупырчатым бочком в лунном свете.

Я осторожно подняла голову и с удивлением увидела ещё несколько огурцов, свисающих сверху.

— Интересно, — пробормотала я, усаживаясь на землю.

В лунном свете удалось разглядеть не только огурцы, но и несколько подсолнухов, кукурузу, которую