— Все очень просто. Много лет назад, когда мне было немногим больше двадцати, я довольно часто спускался в каньон. Однажды сошел с туристической тропы и наткнулся на эту пещеру. Впрочем, тут не было ничего особенного; как вы знаете, здесь много пещер. Но когда я понял, что она находится недалеко от той, куда поместили ядерный заряд, я придумал план, и мне оставалось лишь перенести бомбу сюда. Собираясь в свою экспедицию, я прихватил с собой складной шест, чтобы с его помощью закрывать камнем вход в пещеру.

— Но зачем вам было жить все это время в пещере? — спросила Пайн.

— Вы провели здесь много дней, — добавил Кеттлер. — Вам требовалась вода.

— Да, — сказал Рот. — Неподалеку есть источник, и я взял с собой фильтры. А еще несколько солнечных аккумуляторов. Я выставлял их наружу, чтобы они заряжались. — Он сделал паузу. — К сожалению, мне приходилось ставить их на открытом месте, пока я сам находился внутри. Однако я использовал камуфляжную сеть, чтобы спрятать вход. А когда отходил от пещеры, то задвигал валун, чтобы никто ничего не заметил и не застал меня врасплох, когда я возвращался.

— Значит, все это время вы здесь работали? — спросила Пайн.

— Разборка и сборка ядерного заряда, в особенности в одиночку, — медленный и сложный процесс.

— Меня удивляет, что они не оставили возле исходной пещеры круглосуточную охрану, — сказала Пайн. — В таком случае ни вы, ни кто-то другой не сумел бы унести бомбу.

— Они не могли, — ответил Рот. — Если б солдаты охраняли пещеру в каньоне, это вызвало бы подозрения и их план не сработал бы. В данном случае время решало все.

— Вероятно, финальная фаза операции должна была начаться сразу после срыва мирных переговоров, — предположила Этли. — После чего они довели бы дело до конца.

— Если б кто-то заметил вооруженных солдат возле пещеры до этого, они не могли бы заявить, что случайно натолкнулись на тайник с ядерным зарядом, — сказал Рот и широко улыбнулся. — Хотел бы я посмотреть на их лица, когда они вошли в пещеру и обнаружили, что атомная бомба исчезла.

— Значит, вы перенесли ее в эту пещеру… А солдаты искали бомбу и вас.

— Вы все точно описали, — подтвердил Рот.

— Они следили за мной, рассчитывая, что я приведу их к вам, — со вздохом сказала Пайн. — Так я и сделала.

— К счастью, вам удалось остановить их до того, как они до меня добрались. — Рот содрогнулся. — Тем не менее мы очень близко подошли к краю пропасти.

— Мы всё еще очень близки к самому краю, — сказала Пайн и глянула на ядерную бомбу. — А что вы собирались делать дальше?

— Я собирался все задокументировать. Затем завалить камнями вход в пещеру, выбраться из каньона и рассказать о том, что мне удалось узнать, не раскрывая местонахождения ядерного заряда. Я как раз заканчивал, когда появились вы.

— Но рано или поздно они могут прийти сюда и отыскать заряд. И довести свой план до конца. А если вы начнете выступать или попытаетесь их в чем-то обвинить, они скажут, что вы сошли с ума, или назовут предателем. Или вы просто исчезнете.

— Но я все равно не сумел бы выбраться отсюда с ядерным зарядом, — возразил Рот.

— Возможно, мы сможем использовать вертолет парковой службы? — предложил Кеттлер.

Пайн покачала головой:

— Нет. Я уверена, что они отслеживают все подобные варианты. И, судя по всему, приказали парковой службе сидеть тихо. Вспомни про Ламберта и Райса.

— Но нельзя же просто оставить заряд здесь, — возразил Сэм. — Возможно, он и не взорвется, но в нем ведь есть радиоактивные элементы…

Рот кивнул.

— Да, в ядре. Если устройство будет повреждено, можно ждать чего угодно.

Этли подошла к бомбе и осмотрела ее.

— Вы сказали, что его предоставили заговорщикам русские?

— Да.

— Дело в том, что на их месте я захотела бы чего-то больше неопределенных обещаний северокорейского угля.

Рот подошел и встал с ней рядом.

— Что вы имеете в виду?

— Вы не находили здесь чего-то такого, что не можете объяснить?

— Объяснить?

— Вы знаете ОМП, мистер Рот. Нет ли здесь какой-то странности или чего-то вам незнакомого?

Рот посмотрел на металлический контейнер.

— Ну, вот это. — Он показал на ряды маленьких заклепок на металлических панелях. — Они на всех четырех сторонах. Я предположил, что они нужны для укрепления конструкции. Но на самом деле в них нет необходимости.

Пайн ощупала стенку изнутри, потом постучала по ней костяшками пальцев.

— Там пусто, — сказала она.

Рот посмотрел на стенку и нахмурился.

— Честно говоря, я не обратил на это внимания, — признался он.

Этли направила на заклепки луч фонарика и принялась внимательно изучать каждую.

— Здесь по одной заклепке на каждой стороне, которая отличается от остальных, — сказала она, когда закончила осмотр. — Вы можете срезать часть металла вот здесь?

Рот сделал, как она просила, и они увидели за стенкой небольшое электронное устройство.

— Проклятье, а это еще что такое? — спросил Рот.

— Какая у вас машина? — поинтересовалась Пайн.

— «Мерседес» S-класса. Но какое это имеет отношение к данному устройству? — удивился он.

— Вы знаете о маленьких круглых дисках, вставленных в раму, которая идет по периметру вашего автомобиля?

Он еще раз посмотрел на электронное устройство, которое находилось внутри бомбы.

— Камеры. Вы хотите сказать, это нечто вроде камеры?

— Да. — Этли подняла кусочек вырезанного им металла. — Это линза, замаскированная под заклепку. Вероятно, есть и подслушивающее устройство.

— Но зачем? — спросил Кеттлер.

— Когда я работала в вашингтонском офисе, мне пришлось вести одно расследование, где речь шла о русской шпионской сети, — сказала Пайн. — Тогда мне даже пришлось слетать в Украину. Нас предупредили, что номер в гостинице будет находиться под наблюдением, и мы вели себя соответствующим образом. Я спала в одежде и никогда не пользовалась телефоном в комнате. Даже ни разу не говорила громко. Русские любят использовать самые разные приборы для слежки. Когда мы строили там посольство, мы допустили ошибку, пригласив русских субподрядчиков. В результате посольство превратилось в одну большую камеру и передатчик. К счастью, мы вовремя об этом узнали.

— Но зачем русским устанавливать в бомбу приборы для наблюдения? — спросил Рот.

— Для того чтобы записать, как наши люди, а вовсе не северные корейцы, привезли и установили бомбу в каньоне. Я не сомневаюсь, что результаты съемки уже загружены в их базы данных.

— Дерьмо господне, — пробормотал Кеттлер. — Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что если мы начнем войну на основании фальшивых улик и убьем миллионы людей…

— …то у русских будут неопровержимые доказательства того, что мы сами в этом виноваты