Судьбы нарожденных и стариков. Каждого жителя Славии. Ты готов к таким жертвам? К такому повороту событий? Или просто заигрался в князя?

— Как ты в жреца? — горько усмехнулся Владимир. Он замолчал на несколько секунд, опустив взгляд вниз, но, когда я уже подумал, что придется применять заклятья, вздернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. — Не волнуйся, я все понял. Все. Поджечь фитили! Подготовить бомбарды! Огонь!

Артиллерийские выстрелы разорвали утреннюю тишину грохотом взрывов. Пушки едва доставали до городских построек, но взрывающиеся в кварталах бомбы пробивали хлипкие крыши и без труда зажигали деревянные дома и склады. Черный дым начал подниматься высоко над городом, и языки пожарищ возвышались над городскими стенами. Полоцк полыхал. Единственная твердыня и опорная точка империи в стране готова была пасть.

И теперь кто бы не был полководцем возвращающейся армии, обязан торопиться для того, чтобы спасти свое жалкое положение. Первые отряды врага на кабанах прибыли после полудня, держась на расстоянии двух выстрелов. Они были еще слишком малочисленны и устали в пути, но возвышающийся над толпой алый гигант уже готовил их к атаке.

Алексус Вокра собственной персоной прибыл на поле боя.

Глава 46

— Они здесь. — Мрачно констатировал я, отбрасывая в сторону труп последнего лазутчика. — Вот теперь начнется настоящая заварушка.

— А это тогда что? — спросил Макграг, показывая на полыхающий город.

— Разминка. Владимир, сумеешь проследить, чтобы ни один человек не выскользнул из города?

— Не приказывай мне, жрец. — С нажимом сказал князь. — Если не хочешь занять мое место.

— Даже не думал. Мне нужен вон тот хрен на горе. — Ткнул я пальцем в Вокру. — И мне нужна его голова до того, как основное войско прибудет на поле боя. Выбирай: управлять всем лагерем и отбиваться от войск неприятеля или пойти со мной в атаку, оставив основные позиции на одного из воевод?

— Предпочту не бросать своих людей посреди битвы. Я князь, а не перекати-поле. Да и тебе, Добрыня, того же советую. В лагере остаюсь!

— Ну вот и ладушки. Только запомни, стоит Лисандре вырваться из города — и победы нам не видать. Она демонесса и чернокнижница, проблем может создать на целую армию. А пока она за стенами и огнем, пусть лучше держится за город, чем на нас лезть. Илья, прочитаешь молитву, если припечет?

— Сделаю. — Усмехнувшись, кивнул воевода. — Не думаю, что Святогор будет против пары молитв в его честь. Не бойся, тылы твои надежно прикрыты.

— Главное, чтобы было куда отступать. Сир Крег! Готовь дружину. Одеть доспехи! Малый вперед! — девять паровых движителей застучали в унисон. Да, в этой броне не спрятаться и не подкрасться, но кому это нужно, когда противника можно задавить многократно превосходящей боевой мощью? Стальная свора, поддерживаемая по бокам морфами, прикрывшимися башенными щитами и двумя десятками стрелков.

Вот только Алексус был не только умелым магом Крови, но и умелым полководцем. Увидев приближающийся стальной кулак, он развернул своих рыцарей и помчался назад, заманивая нас на свободный участок, где его кабанам было бы легко маневрировать. В скорости мы с ним соперничать не могли бы при всем желании, но у нас такой нужды и не было.

Отдавая приказы через интерфейс, я скомандовал двигаться к лесу. Отрезать его от поля, зажать между стеной горящего города и бурной рекой, на которой стоят наши корабли со скорпионами. Вокра маневр разгадал мгновенно, посылая своих кабанов вперед. Скорость была явно на его стороне, он это видел и буквально усмехался нам в лица, показывая крученые свиные хвостики на жопах. Он был явным фаворитом гонки. До тех пор, пока не добрался до леса первым.

Кабаны заметили неладное куда раньше собственных всадников, они завизжали, вырываясь и стараясь уйти от опасности, но Кровавые рыцари, не понимая в чем дело до самого конца, гнали скакунов в кусты. Когда же кусты внезапно прыгнули им навстречу, было слишком поздно разворачиваться.

Акташ и его собратья не выдавали своего присутствия до последнего. Дружок умудрился даже спрятать наездницу меж лопаток. А потому, когда перед Кровавыми рыцарями материализовались огромные звери, те растерялись и, потянув поводья на себя, не смогли достаточно быстро остановиться. Атака стаи была стремительной, безжалостной и кровавой. Они больше не были волками, убивающими чтобы, насытится, они стали истинным воплощением моей войны — безоговорочное и полное уничтожение.

— За Святогора! — взревел я, давая маховику полный ход. Стальные подошвы погружались в плодородную землю по щиколотку. Оставляя за собой толстый белый шлейф, доспех мчался вперед. В едином порыве мы сумели зажать кабанницу Вокра, и он все понял.

— Кровь на руку! — скомандовал Алексус, и его воины подчинились беспрекословно. Они прыгали со спин скакунов и совали руки в чаны, закрепленные на боках зверей.

— Щиты! — крикнул я, не снижая скорости. Прикрывшись стальной пластиной, я рвался вперед, не особенно разбирая дороги. Но удар, который последовал через секунду, заставил содрогнуться даже меня. Не зря, ой не зря барон звался Кровавым. Воздух наполнился красным туманом, а через секунду начал звенеть, будто во время заморозков. Догадка была жуткая. — Задержать дыхание! Назад!

Но было уже поздно. Лишь немногие кто вошел в кровавый туман успели среагировать. Несколько человек упало на четвереньки, пытаясь отхаркнуть следы кровавого тумана. Тончайшие иглы впивались в кожу, лицо, глаза и нос. Хотели оружие против паровых доспехов, укреплений и танков? Вот оно, во всей красе. Жаль только я заранее не знал, что такое вообще бывает. Разгоняя от себя багряные щупальца, я поднес к собственному лицу Кладенец.

Пылающий меч слепил, но благодаря его жару я сумел избавиться от трещащих вокруг игл, бесконтрольно оседающих повсюду, можно было хотя бы дышать. Но Алексус не собирался давать мне передышку. Покрытый шипами кровавый хлыст промчался в нескольких сантиметрах от меня, и я ошибочно посчитал, что он не опасен, ведь таким же оружием владел Лекс и первый встреченный в моей жизни маг крови. Ничего необычного. Ха.

В самый неожиданный момент хлыст дернулся назад, к Вокре, а затем с волной воздуха на меня обрушились сотни шипов, отделившихся от его полотна. Я рефлекторно поднял щит, и тут же огромная сосулька, сформировавшаяся где-то высоко надо мной, обрушилась на голову. Нападение было совершенно неожиданным, и потому отразить его я не смог. Шлем треснул — но выдержал, все же тяжелая сталь парового