эльфийки, да и просто славным парнем. Что изменилось, спросите вы? Почему ты, Джо, бредешь по пустыне, весь такой нервный и расстроенный?

Да ничего особого, просто одна беременная женщина решила, что мы должны проводить больше времени вместе. В общем-то, она думала, что попадёт в комфортные условия, где я, лежа на диване и вкушая виноград с верблюжьим кумысом, вершу великие дела. Увы, она попала в пустынный бархан полный озлобленных демонов, охраняющих спящего принца. И, разумеется, сама тут же стала озлобленным демоном, причем — главным!

Думаете, смешно? Ни разу. Блондинка, едущая на бессознательном теле принца, левитирующем над песком большой жаркой пустыни — богиня. Да, без сил по причине беременности, но вот «позвонить» своему удравшему сыну она может в любое время. Тот «не берет трубку», видимо, затраханный мамочкой по самые десны, что Лючию, конечно же, бесит. Раздраженная и разогретая женщина свирепствует на окружающих. Те, в свою очередь, в подавляющем большинстве, представляют из себя демонов, которые инстинктивно преклоняются перед чужой мощью (чуют богиню) и злобой.

В общем, у меня попячили десяток суккубов, а когда я вякнул, пытаясь возразить — потыкали пальцем в Ахриза кар Махнуддиба, тихо сопящего на своей волне. Мол, миссия завершена, девушки свободны, поэтому, Джо, иди ты лесом, а я их забираю себе. Злобным демонам, мечтающим о свободе, похоти и всем таком, неожиданно пришелся этот поворот событий по душе, в результате чего я остался в абсолютном меньшинстве! Ну, с Лилит, можно сказать, если суккубу, заглядывающую богине в рот и всячески подлизывающуюся к ней, можно назвать союзником.

Нет, нельзя!

Вот так теперь и выходит, что я влекусь по пустыне, томимый женским игом, а единственный мой потенциальный союзник продолжает пребывать без сознания. Да и много бы я на Ахриза не поставил, очень мне не понравился этот молодой человек за то время, пока я его наблюдал на приеме. Дёрганный, нервный, всем своим видом ненавидящий это мирное стандартное действо. Ладно бы на него покушений много было, так нет.

Кстати, а зачем понадобилось эмиру организовывать прилюдное шумное покушение на такую немочь…? Почему тихо в сортире не придавил? Да хоть лично? Эмир мужик хоть куда…

Была бы возможность, я бы вернул Ахриза в сознание и расспросил, но один взгляд на злую как кобра богиню, едущую под зонтом из крутящегося песка, причем на принце, дал мне понять, что лишать её транспорта не стоит. Тут была проблема посерьезнее…

— Так, — принял мудрое решение я, — Идём до ближайшего оазиса, там мы с Наталис сочиняем нам песчаный корабль, а на нем летим в соседний Эрклис, прямо к башне мага! И домой. Всё, идём, идём, идём!

— Слишком долго! — совершенно недевичьим голосом рявкнула Лючия, долбанув бездыханного принца кулаком в грудь, — Надо быстрее!

— Тогда побежали! Побежали! — сориентировался я, припуская по песку вперед.

Оказывается, бежать, когда тебя сзади так громко ненавидят — очень даже легко! Хотя и приходится уворачиваться, потому что в толпе преследующих меня баб есть дальнобойная эльфийка!

Впрочем, они быстро выдохлись, вынужденные толкать богоизбранного принца в нужном направлении, но тут, то ли совсем со зла, то ли с чего-то еще, Лючия окончательно психанула. Тоненькая девушка с развевающимися на ветру волосами гаркнула нечто совсем не девичье, от чего совсем неподалеку от меня приключился взрыв, знатно засыпавший невинного волшебника песком. Взрыв, как оказалось, был фальшивым — просто песок оказался вытеснен новой личностью, возникшей в моей непростой жизни.

Выглядело это существо прямо как светлейший и революционнейший эмир Раваджи Гамур кар Дуанддиб, но на стероидах. Здоровеннейший и восточнейший мужик трехметрового роста был зверски горбат носом, свиреп очами, широк плечами, бессовестно богат одеждой, чалма была вообще упасть и не подняться, а усы, пусть и не такие длинные как у эмира, завивались могучим образом, подчеркивая буйную и строптивую натуру явившегося. На широком поясе супербедуина висела здоровенная сабля без ножен, только почему-то черная как негр в новолуние, найденный в подвале с картошкой.

В общем, представительнейший мужик.

Завидев наш боевой отряд маркитанток с беременяшкой, и не придав мне ни малейшего значения, здоровяк воздел руки к небу и завыл восточным образом о том, как небеса к нему сегодня благосклонны, позволив узреть не кого-нибудь вроде павшего в песок жалкого волшебника, а самую несравненную, прекрасную, добрую (еще сорок эпитетов) Лючию! В общем, «сколько лет, сколько зим» по-божески. Горланил он без малейшего смущения, раскидывая руки в стороны, шевеля усами как заправский таракан и запрокидывая умеренно бородатый подбородок всё выше и выше.

— Арахат, — терпелка моей богини, и так уже треснувшая несколько раз вдоль и поперек, не позволила злой женщине дослушать весь словесный понос, — Я нуждаюсь в твоей помощи. Будь добр, переправь нас к ближайшей башне ма…

— Ни слова больше, прекраснейшая!! Я спасу вас из этого места! — возопил мужик, оказавшийся богом, — Немедля! Сию же секунду! Вы будете моими гостьями! Все, кроме эльфийки, я ненавижу их народ!

А затем очередной усатый подонок щелкнул пальцами, пропадая сам, пропадая Лючию, забирая с собой всех суккуб и… оставляя меня и Наталис хлопать ресницами друг на друга посреди полного нигде. А, ну да. Еще и принц. Видимо, эта сволочь и принцев тоже ненавидит!

— Это чё сейчас было…? — с очень сложным выражением лица выдавила длинноухая девушка, глядя на меня с очень русским выражением лица.

— Это называется «баба с возу — кобыле легче», — туманно объяснил я, поигрывая волшебной палочкой, — Наталис…?

— А? — насторожилась эльфийка.

— У меня к тебе, как к наемному работнику, возник ряд вопросов, связанных с этикой взаимоотношений «начальник — подчиненный»!

Если от вас по пустыне никогда не удирала эльфийка верхом на принце — вы и не жили, можно сказать, никогда!

Впрочем, надолго наша разрядка не затянулась, но зато путешествовать стало гораздо легче. Два мага, на принце обоим хватило места, а значит — можно было прибавить ходу, развив скорость едва ли не в три десятка раз, чем она была раньше у всего табора. За нами даже оставался след из поднятого в воздух песка! Проклиная себя за то, что раньше не догадался предложить разделиться (хотя хорошо же — Лючия бы меня прибила бы нафиг за такую идею), я ловил лицом раскаленный воздух и слушал улюлюканье повеселевшей эльфийской девы позади. Шарма в ситуацию добавляло то, что приличная остроухая отказалась сидеть задом на чреслах Ахриза кар Махнуддиба, поэтому