ничего, вроде пролёта над Липавками, но вот в глаза барона Бруствуда и старосты, о чем-то мирно общавшихся на подворье у последнего, мне смотреть было как-то неловко. А тут еще орущая курица начала прямо в полёте больно клеваться, так что я и выпал, в конечном итоге, на телегу, полную сена.

Фиаско, однако.

Пришлось возвращаться в пустыню несолоно хлебавши. Там, в заколдованном бархане, меня поджидали казни египетские в виде богов, демонов, эльфов и заколдованного принца. Не убили меня, наверное, только потому, что никто не понимал, как выбираться из этой жопы, а, учитывая, что Эфирноэбаэль От-Мамы-Свалил-Овершнель был вне зоны действия сети, мы неожиданно оказались в весьма щекотливой ситуации. Единственная радость была представлена светлой богиней Лючией, полностью недееспособной, жалующейся, ноющей и обиженной на судьбу, но прекрасно ориентирующей нас по карте местности. Высшее существо безошибочно указало направление на все возможные точки местности, рассчитало маршрут вплоть до метра, а затем уселось на принца и в ультимативном порядке потребовало везти её отсюда. Иначе она за себя не ручается!

— Дорогая, ну ты же сама решила заглянуть ко мне на работу!

— Молчи, Тервинтер Джо! Немедленно исправь всю эту ситуацию! Мы с девочками не должны страдать из-за твоих выкрутасов! — одним махом переписала на себя мою собственность беременная богиня. Затем, нашептав что-то на ухо эльфийке, Лючия заставила её колдовать какую-то довольно сложную фигулину, которая воздушным вихрем создала над спящим принцем-богиневозом густое облако песка, отлично закрывающее от солнца. Затем импровизированный божественный нашест оказался окружен суккубами, явно почуявшими откуда ветер дует, на свободное принце-место уселась ушастая волшебница, а я оказался в роли бедуина, направляющего караван. Куда — вопрос излишний, отсюда, вот куда!

Ну мы и пошли. Я молча, а двенадцать женщин за моей спиной — нет!

Технически, нам было всё равно куда идти, но на всякий случай, я двигался к ближайшему оазису, продолжая выполнять единственную разумную в моей ситуации вещь — взывать к богу. Лючия была бессильна, её сынок свалил и отключил волшебный телефон, Шакалот бросил меня, так что оставался еще Вермиллион. Старый друг и наставник никогда бы так со мной не поступил, считал я… первые десять часов блуждания под палящим солнцем, а затем уже пришлось начать немного сомневаться. Этому способствовало всё возрастающее злобное бухтение сзади, которое как раз усугублялось тем, что Лючия, несмотря на своё интересное состояние, прекрасно чуяла, чем я там занимаюсь!

Ну вот как так получилось-то?

Интерлюдия

— Мойра, я от тебя ухожу.

Простые, но давно вынашиваемые слова. Он произнес их спокойно, глядя в голубые глаза не верящей собственным ушам девушки. Наконец, увидев, что фраза оказалась воспринята, Освальд Озз, кивнув бывшей спутнице жизни, зависшей посреди собственной лавки, вышел из здания, отправившись к ближайшей башне мага. Он хотел домой. Давно хотел.

Всё началось и давно, и недавно. Наверное, всё-таки недавно, с момента, когда забежавший в лавку Джо усадил их обоих за стол, а затем обстоятельно, хоть и туманно, пояснил перспективы Озза окончательно избавиться от своей Причуды. Возможно, но только ценой личной магии. Всей. На это Освальд пойти не мог и не хотел, он принял новости достойно, но вот его подруга… она окончательно слетела с катушек. Требования, условия, нотации. Расписание… практически на всё.

Мойра методично, прикрываясь благими намерениями и заботой, превращала Освальда в некоего невидимого, неслышимого, строго контролируемого и ограниченного слугу, великодушно называемого «партнером».

Озз быстро шагал по Дестаде, впервые за долгое время чувствуя, что дышит полной грудью. Он не хотел задерживаться в этом городе ни на минуту дольше, поэтому топал целеустремленно, даже не глядя на двери таверн и баров, гостеприимно подмигивающие ему там и тут. Ему сейчас было не до выпивки, он был пьян совершенно другой эссенцией — свободой. Его ждал дом.

Скромная маленькая башня в одном из баронств Рикзалии. Место, которое когда-то казалось тюрьмой, но постепенно стало желанным и дорогим домом. Не сразу, конечно же, вечно поддатому магу пришлось изрядно потрудиться, чтобы превратить своё логово алкоголика в приличное место, да еще и сделать это в тайне от своей женщины, но все уже было давно завершено. Полностью, хоть и довольно скромно, обставленная башня дождалась возвращения своего хозяина.

Кивнув гоблинской чете, встретившей его у порога, Озз немедленно прошёл на кухню, где прибрал заранее заготовленный бочонок рома, а затем, вооружившись им и кружкой, вышел во двор, сев на лавку, в тенек. Крепкий ядреный алкоголь полился к нему в глотку, как домой. Парню, только что совершившему резкий поворот в своей жизни, необходимо было подумать. Посмотреть на всё с другой перспективы.

Сначала отношения между Освальдом Оззом и Мойрой Эпплблум казались какой-то сказкой для затворника-алкоголика, давно потерявшего надежду хоть на какую-то нормальную жизнь. Умница и красавица, блондинистая волшебница внесла в жизнь слабовольного башенного мага самую настоящую струю перемен. Между ними были чувства, а они, как все знают — священны. Настолько, что Озз даже пытался на одной силе воли превозмочь свою Причуду. Не вышло, но вот стать лучше себя прошлого? О, он работал над этим постоянно.

Благодаря Джо, его усилиям и покровительству, дела у двух волшебников в Дестаде шли очень хорошо. Серебро и золото, в количествах совершенно немыслимых для нищего башенного волшебника, ранее лишь изредка имевшего медь на покупку чего-нибудь почти бросового. Нормальные продукты, качественная одежда, поддержка близкого. Что еще надо? Ничего.

Только там, где для Озза был пик счастья, для его деятельной, но очень неопытной подруги — лишь начало пути. Мойра, искренне возмущенная, что всё в её жизни происходит с подачи человека, в которого она была безответно влюблена большую часть жизни (и, при этом, совершенно не зная, насколько тот негодяй!), изо всех сил пыталась поставить всё под свой контроль. Она хотела сама быть незаменимым специалистом, слыть настоящей волшебницей, а не посредником какого-то хитровывернутого гения! Она работала, она наводила связи, она училась одеваться. Она посещала популярные рауты и варила не слишком-то разрешенные зелья, чтобы обзавестись знакомыми и должницами в высших кругах Дестады.

Она работала. Мягкий, покладистый, требующий контроля напарник усугублял авторитарность блондинки, а его непонимание амбиций девушки всё сильнее отдаляло их друг от друга. Почему же непонимание?

Да всё просто, размышлял Освальд, приканчивая третью кружку рома, всё очень просто. Мойра была хорошей ученицей в Школе Магии. Она прилежно училась, она корпела над пергаментами и зельями, она старалась получить хорошие оценки, да… но Освальд Озз, этот худой и несчастный алкаш, он был и