второй раз, когда он заговорил о личном. Первый – те злополучные серьги. Второй – сейчас.

Дживон была в замешательстве. С чего бы начальнику спрашивать о таких вещах?

К тому же Кан Дживон и сама не до конца понимала свою реакцию. Она могла просто попросить не задавать вопросов, не связанных с работой, но почему колеблется?

Она немного подумала и покачала головой:

– Нет, сегодня мы не встречаемся.

Ю Джихёк ничего не ответил. Дживон уже хотела попрощаться и уйти, как вдруг вспомнила: она ведь соврала Минхвану, что лежит больная в постели.

– Насчет этого, начальник…

Она замялась, подбирая слова, а Джихёк лишь слегка повел бровью, призывая продолжить.

– Прошу вас никому не говорить о том, что вы видели меня здесь. Особенно Минхвану.

– Почему это? – спросил Ю Джихёк довольно резко.

Из-за его высокого роста даже простой вопрос звучал как давление.

– Я сказала ему, что мне нездоровится.

– Вы правда больны?

– Как видите, я в полном порядке.

Снова тишина. Дживон, не зная, что еще добавить, просто стояла и смотрела в пол, а потом неловко произнесла:

– Это…

– В таком случае…

Они начали говорить одновременно, но Ю Джихёк взглядом дал ей понять, что она должна продолжить первой.

– В общем, в эти выходные я бы хотела побыть одна.

Оправдание вышло так себе, поэтому Дживон торопливо спросила:

– А что вы хотели сказать, начальник?

– Ах, в таком случае… – Джихёк на мгновение замялся, а затем вежливо кивнул, прощаясь: – Ступайте. Увидимся в понедельник.

Замялся? Чтобы сам Ю Джихёк – и замялся? Дживон тут же отбросила эту нелепую мысль и поклонилась в ответ:

– Да. До понедельника.

Она поспешно расплатилась за книги, радуясь, что неловкая ситуация наконец закончилась.

Выходя через вращающиеся двери, Дживон обернулась: начальник Ю все еще стоял там же, внимательно изучая какую-то книгу. Он был настолько высоким, что, даже не стараясь, Дживон видела каждое его движение.

Интересно, он тоже акциями балуется?

Подумав об этом вскользь, она вернулась домой. Все выходные Дживон провела взаперти, с головой уйдя в учебу. Впервые со времен университета она так усердно что-то изучала. Было непросто, но в итоге азы инвестирования ей поддались.

Так пролетели выходные. Наступил понедельник.

Дживон пришла в офис на час раньше обычного. Она планировала разгрести все дела еще до полудня. В этот ранний час вестибюль, обычно гудящий как улей, был пустым, и даже в лифте она ехала в гордом одиночестве.

Офис, разумеется, тоже должен был пустовать.

Напевая под нос, Дживон открыла дверь с табличкой «Департамент маркетинга № 1». И тут же замерла, потому что из-за стола начальника Ю Джихёка, сидевшего спиной к окну, торчала длинная нога в брюках.

– Ой?

Песня оборвалась.

Дживон никогда раньше не видела, как начальник идет на работу. И конечно, не видела никого, кто приходил бы вместе с ним. Впрочем, если подумать, что он всегда здесь в такую рань, все становится понятно.

«Раз уж пришла, надо поздороваться».

Дживон закрыла дверь и подошла к его столу.

Подойдя ближе, она поняла, что Джихёк спит, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. Видимо, ему было не привыкать так дремать – поза казалась на удивление стабильной. «Зачем он вообще приходит в такую рань, если спит здесь?» – мелькнуло в голове.

Утреннее солнце вовсю заливало кабинет. Дживон заметила, что свет бьет спящему прямо в глаза – он невольно морщился во сне.

Дживон уже хотела вернуться к своему месту, но передумала. Вместо этого она тихо подошла к окну и медленно опустила жалюзи. Тень накрыла лицо Джихёка, и он заметно расслабился.

«Надо же, даже во сне очки не снимает».

Из чистого любопытства Дживон наклонилась, что-бы рассмотреть лицо Джихёка поближе. Раньше она этого не замечала, но сейчас, взглянув вблизи, она увидела, что кожа у него чище и лучше, чем у многих женщин.

Внезапно веки Джихёка дрогнули. Дживон вздрогнула и испуганно отпрянула. Почти в то же мгновение он приоткрыл глаза.

– Дживон?..

Он назвал ее просто по имени. Не добавив ни фамилии, ни должности.

– Да? Вы звали меня, начальник? – подумав, что ослышалась, переспросила она.

Ю Джихёк тряхнул головой, прогоняя остатки сна, и поправил очки.

– Кан Дживон. Рано вы сегодня.

Видимо, ей и правда послышалось. Теперь он снова был официально-холодным. Дживон вежливо поклонилась.

– Я ведь в пятницу ушла пораньше. Вот я и решила поработать подольше.

– Это необязательно. Срочных дел сейчас нет.

– Но младший менеджер Пак говорил, что в офисе аврал…

На середине фразы Джихёк вдруг резко поднялся, отодвинув стул.

– Вы завтракали?

Снова личный вопрос. Третий за короткое время. «С чего бы это?» – подумала Дживон, чувствуя, что они с Ю Джихёком почему-то немного сблизились.

– Дома выпила стакан соевого молока.

Не дослушав ответ, он развернулся и размашистым шагом вышел из отдела. Дживон только и оставалось, что гадать, зачем он спрашивал, если ему неинтересно.

Она вернулась к своему столу и включила компьютер. Торги должны были начаться в половине девятого. Пока она настраивала систему и регистрировала сертификаты для покупки акций, Ю Джихёк внезапно поставил ей на стол коричневый бумажный пакет.

– Что это?

Дживон перестала кликать мышкой и подняла взгляд на Джихёка.

– Купил себе и вам заодно.

– Ой, не стоило…

Она уже хотела по привычке отказаться, но вовремя одернула себя.

– Спасибо большое, начальник. Это отличная идея.

Она решила, что будет жить счастливо. И нет никакой нужды отказываться от чужой доброты.

Дживон взяла сэндвич в левую руку, правой при этом продолжая управлять мышкой.

8:10. Съела сэндвич.

8:20. Протянула руку и взяла запотевший стакан с холодным напитком.

8:27. Сделав глоток американо со льдом, поставила пустой стакан на стол.

8:30. Выставила ордер на покупку акций «Джей Фарм».

В сумме две тысячи пятьсот десять акций. Весь ее капитал – двадцать миллионов вон – был вложен в одно предприятие.

– Фух…

Она выдохнула. От волнения во рту пересохло. Дживон снова взяла в рот соломинку и невольно покосилась на стол Ю Джихёка.

– Этот напиток тоже вы принесли, верно? Спасибо.

– Да.

«Да уж, отвечать так на благодарность – тоже талант», – подумала Дживон.

Она откинулась на спинку стула. Только что она вложила десять миллионов папиного наследства и десять миллионов кредитных денег в одно-единственное предприятие. Теперь оставалось только ждать, как изменится ее судьба.

В восемь тридцать пять в офисе появилась Ян Джуран и весело поздоровалась со всеми:

– Доброе утро!

Следом потянулись остальные сотрудники. Последними, почти одновременно, зашли Пак Минхван и Чон Сумин.

– Доброе утро! Дживон, ты уже здесь?